Вечер в Муристане - Мара Будовская

Праздновать было нечего, но праздновали. Вечером в четверг, двадцатого числа весеннего месяца нисана, или двадцать второго апреля, когда Песах уже закончился, а православная Пасха еще не началась, в мансарде Аракела Амбарцумяна собралась компания. Бумчик с хозяином дома выбирали вино для сегодняшнего вечера. Миша соединял ноутбук с телевизионным экраном. Евгения Марковна и Катерина готовили закуску. Отец дежурил в больнице, а мама присоединилась к сыну в поездке в Иерусалим. Натик Фишель расставлял стулья. Гаи с ним не было, она отправилась с оркестром на гастроли.

Со стороны Натика визит сюда был предательством по отношению к отчиму. Когда Миша уволился, Якопо Ломброзо смертно, по–итальянски, обиделся. Натик и Изабелла Евсеевна общались с Мишей тайком от него.

Сегодня, между праздниками и выходными, собрались здесь, на Голгофе, чтобы посмотреть фильм.

Аракела сморило на первых кадрах. Он отправился спать на антресоли. Остальные смотрели, не отрывая взгляда от экрана, а когда фильм закончился, зааплодировали.

— Спасибо. — поклонился Мишка. — Только что мне теперь с этим делать?

— Миша, ты никогда не читал заметок о том, что какая–нибудь старушка нашла на чердаке свернутое трубочкой полотно, скажем, Рембрандта? — спросил непривычно трезвый сегодня Бумчик.

— Не понял. При чем здесь Рембрандт?

— Погоди. Ну–ка, давай список актеров. Он с собой у тебя?

— Да, в компьютере.

— Замечательно! Есть годы рождения и смерти каждого актера?

— Есть. Вот, вся информация сведена в таблицу. — буркнул Мишка.

— О! Умница! Итак, Маргариту, Геллу, Цурило выбрасываем. Остались все советские актеры. Так, кто у нас первый ушел? Даль и Высоцкий умерли в восьмидесятом. Фильм, как правило, датируется следующим годом после завершения съемок, но датируем для верности семьдесят девятым. Добавляем столбец — 1979 минус год рождения, и посмотрим, сколько всем им лет было на момент окончания съемок.

— Бумчик, ты о чем сейчас? На момент начала съемок они все уже умерли!

— Я о картине Рембрандта, которую мы сейчас найдем на чердаке. Не мешай. Вот, сейчас формулу мышкой на всю длину оттяну. Ну–ка, гляди!

возраст в 1979 году Мастер Александр Кайдановский 38 Воланд Евгений Евстигнеев 53 Понтий Пилат Ростислав Плятт 71 Иешуа Олег Даль 38 Левий Матвей Владимир Высоцкий 41 Фагот (Коровьев) Олег Борисов 50 Бегемот Андрей Миронов 38 Азазелло Савелий Крамаров 45 Михаил Александрович Берлиоз Юрий Визбор 45 Иван Николаевич Бездомный Юрий Богатырёв 32 Степан Богданович Лиходеев Георгий Бурков 46 Никанор Иванович Босой Николай Крючков 68 Иван Савельевич Варенуха Анатолий Папанов 57 Григорий Данилович Римский Николай Рыбников 49 Жорж Бенгальский Ролан Быков 50 Василий Степанович Ласточкин Владимир Носик 39 Прохор Петрович Михаил Жаров 79 Максимилиан Андреевич Поплавский Зиновий Гердт 63 Андрей Фокич Соков Юрий Катин — Ярцев 58 Николай Иванович, нижний жилец Евгений Леонов 53 Наташа Елена Майорова 21 Алоизий Могарыч Иннокентий Смоктуновский 54 Аннушка Татьяна Пельтцер 75 Барон Майгель Сергей Филиппов 67 Арчибальд Арчибальдович Владимир Басов 56 Аркадий Аполлонович Семплеяров Юрий Никулин 58 Профессор Стравинский Николай Гринько 59 Иосиф Каифа Евгений Лебедев 62 Иуда из Кириафа Юрий Каморный 35 Марк Крысобой Анатолий Солоницын 45

— Мужик! Ты просто гений! У всех возраст соответствует роли, более или менее. Все, считай, что Рембрандт у тебя в кармане.

— Бумчик, да объясни же ты толком! Какой Рембрандт?

— Сынок, я, кажется, понимаю, о чем речь, — встала с дивана Евгения Марковна.

— Господин Чистопольский предлагает тебе выдать свой фильм за старую советскую продукцию, чудом сохранившуюся до наших дней. Не так ли, Абраша?

— Именно, мадам Фрид!

— А кто же тогда Рембрандт? Кто режиссер? — спросила Катерина.

— А это пусть хваленая американская киноакадемия ломает голову. — сказал Натик, — Тарковский это, Бондарчук или Михалков. Этот фильм ценен сам по себе, а не именем режиссера. А когда они зайдут в тупик, Мишка раскороет мистификацию.

— Итак. — пробормотал Мишка. — Вы мне предлагаете заявить, что якобы я нашел у себя на чердаке свернутый в трубочку советский фильм с лучшими актерами того времени. И чтобы я потащил его в киноакадемию с предложением у меня это дело купить. А на каких носителях он был свернут в трубочку с 1979 года? На DVD-дисках?

— На кинопленке. — отозвался Бумчик.

— Каким образом? Сноп–обработка пятиминутного мультика в лаборатории, где есть телекинопреобразователь, стоит три, а то и пять тысяч долларов. Помнишь, Бумчик, заказывали перегон рекламных роликов для фестиваля с цифры на тридцатипятимиллиметровую пленку? Сколько Ломброзо заплатил? А у нас семь часов и ни фига денег.

— Перегоним два- три часа. А остальные добавим, когда раскрутится. — предложил Бумчик.

— А деньги я найду, — сказал Натик. — Не беспокойтесь. Я у папы Якопо финансовый руководитель, разберусь.

— Натик, ты в своем уме? Это уйма денег!.

— А давайте скажем, что мы оцифровали пленку, и она рассыпалась у нас в руках! — воскликнула Катерина.

— Очень романтично! Вот только что прошла оцифровку с качеством кинопрокатной копии, и хрясь — рассыпалась! Фигня! — махнул рукой Мишка.

— Миша, приготовь два часа. Первую серию. — предложил Натик. Деньги я тебе дам. Когда раскрутится и принесет прибыль, продадим и вторую серию. А потом и все семь часов продадим.