Король Матиуш Первый - Януш Корчак

– Вот это я понимаю! – радовался доктор. – Если и дальше так пойдет, через неделю я снова буду называть тебя «ваше величество». А пока ты не король, а заморыш, сирота несчастный, который за всех болеет душой, а о нем некому позаботиться, потому что у него мамы нет.

Через неделю доктор опять дал ему зеркало.

– Ну как, похож на короля?

– Нет еще! – ответил Матиуш. Ему хотелось продлить это блаженное состояние. Еще бы! Доктор возится с ним как с маленьким и не называет «королевским величеством».

Матиуш ожил и повеселел, и теперь доктор с трудом загонял его в постель после обеда.

– А что пишут в газетах?

– В газетах пишут, что король Матиуш болен и, как все дети в его государстве, уезжает завтра отдыхать.

– Завтра? – обрадовался Матиуш.

– Да, ровно в полдень.

– А кто еще поедет?

– Я, капитан, Стасик, Еленка, ну и Клу-Клу – ведь нельзя оставить ее одну.

– Конечно, Клу-Клу поедет с нами.

Но перед отъездом Матиушу все-таки пришлось подписать две бумаги: по делам взрослых его заместителем назначался канцлер, а по ребячьим делам – Фелек.

Две недели Матиуш ничем серьезным не занимался, только играл. Верховодила в играх Клу-Клу. То придумает игру в охоту, то в войну, то сплетет шалаш из веток и ребят научит, как это делается.

Сначала Клу-Клу ни за что не хотела надевать туфли.

– Что за дикий обычай – носить одежду на ногах! – сетовала она.

Потом восстала против платья:

– Почему у вас девочки одеты иначе, чем мальчики? Что за дикость! Оттого они такие неловкие. Попробуй-ка влезь в юбке на дерево или перепрыгни через забор! Проклятая эта юбка вечно путается и мешает.

– Да ты и так лазаешь по деревьям, как обезьяна. Деревенские мальчишки по сравнению с тобой неповоротливые увальни. А Стасик и Матиуш тебе в подметки не годятся!

– Разве это деревья?! – расхохоталась Клу-Клу. – На такие палки только двухлетним малышам карабкаться, а я уже большая.

Как-то раз дети с интересом наблюдали за белкой, которая ловко перепрыгивала с дерева на дерево.

– Подумаешь, и я так умею! – воскликнула Клу-Клу.

И не успели дети опомниться, как она стащила с себя платье, скинула сандалии – скок на дерево, и погоня началась. Белка – с ветки на ветку, Клу-Клу – за ней. Белка – прыг на другое дерево, а Клу-Клу – за ней. Погоня продолжалась минут пять, пока наконец измученная, загнанная белка не кинулась на землю. Клу-Клу – тоже, ребята обмерли: сейчас разобьется. Но она с такой ловкостью то цеплялась за ветки, то отводила их в сторону, что благополучно скатилась вниз и еще успела схватить белку, и не как-нибудь, а за спинку, чтобы та ее не укусила.

– А эти северные обезьяны ядовитые?

– Что ты! У нас только змеи ядовитые.

Клу-Клу подробно расспросила, как они выглядят, посмотрела картинки с изображением ядовитых змей и отправилась в лес. Она пропадала целый день. Где только ее не искали! Но все напрасно. Лишь под вечер явилась она домой: голодная, вся в ссадинах и царапинах, зато в банке принесла трех живых змей.

– Как это тебе удалось? – удивились ребята.

– Очень просто, – простодушно ответила Клу-Клу.

Деревенские ребята сначала побаивались Клу-Клу, но потом привыкли и полюбили ее.

– Вот это девчонка! Любому мальчишке нос утрет. Интересно, какие же у вас в Африке мальчишки?

– Не хуже и не лучше меня. Это у вас девочки носят длинные волосы и юбки и поэтому не умеют ничего делать.

XXXVII

Клу-Клу не только лучше всех метала камни в цель, стреляла из лука, собирала грибы и орехи – но была лучшей ученицей по ботанике, зоологии, географии и физике. Увидит на картинке какое-нибудь растение или насекомое и без труда отыщет его в поле или в лесу. Услышала она как-то про цветы, которые растут только на болотах, и айда в деревню, разузнать у мальчишек, где здесь болота.

– Далеко. Верст пятнадцать отсюда.

Кому далеко, а кому – нет. Клу-Клу взяла ломоть хлеба, кусок сыра – и только ее и видели!

Теперь, когда она пропадала, ее даже не искали.

– Опять Клу-Клу хозяйничала в буфете, значит, в поход отправилась.

Вот уже вечер, а Клу-Клу все нет.

Оказывается, она заночевала в лесу, а утром возвращается с триумфом и несет букет кувшинок и в придачу лягушек, тритонов, ящериц и пиявок.

Гербарий у нее – самый лучший, коллекция насекомых, бабочек и камней – самая большая. Аквариум свой она содержит в образцовом порядке, и ни у кого улитки и рыбки не размножаются так хорошо, как у нее.

И всегда она улыбается, сверкая ослепительно белыми зубами. Но Клу-Клу умеет быть и серьезной.

– Знаешь, Матиуш, когда я любовалась замечательным фейерверком и огненным водопадом, то пожалела, что этих чудес не видят африканские дети. У меня к тебе огромная просьба.

– Говори, какая.

– Пригласи к себе в столицу пятьдесят наших ребятишек. Пусть они учатся, как я, а потом вернутся домой и других научат всему.

Матиуш ничего определенного не ответил. Он решил сделать Клу-Клу сюрприз и в тот же вечер написал письмо в столицу.

Дорогой Фелек! – писал он. – Когда я уезжал, на крыше устанавливали беспроволочный телеграф и работу собирались закончить к первому августа. Беспроволочный телеграф нужен нам для связи с Бум-Друмом. Пожалуйста, сообщи ему в первой же телеграмме, чтобы он прислал к нам пятьдесят негритят, Я открою для них в столице школу. Пожалуйста, не забудь об этом.

Он послюнявил конверт и хотел уже его заклеить, но тут открылась дверь и в комнату собственной персоной вошел Фелек.

– Фелек! Вот здорово, что ты приехал, а я как раз собирался отправить тебе письмо.

– Я, ваше величество, по делам службы, с ответственной миссией, – сухим официальным тоном заявил Фелек и, достав золотой портсигар, протянул Матиушу. – Попробуйте, ваше величество, сигары – высший сорт, экстраприма, аромат прямо-таки королевский.

– Я не курю, – заметил Матиуш.

– Вот то-то и оно! – назидательно сказал Фелек. – Это очень плохо. Короля должны уважать. Миссия, с которой я прибыл к вашему величеству, состоит в том, чтобы ратифицировать мой контрпроект. Я предъявляю ультиматум! Пункт первый: отныне я не Фелек, а барон Феликс фон Раух. Пункт второй: детского парламента нет, а есть Прогресс-парламент, сокращенно Пропар. Пункт третий: до каких пор вас будут называть Матиушем? Вам, государь, уже двенадцать лет, вы должны торжественно короноваться и потребовать, чтобы вас величали императором Матиушем Первым. Не то все ваши реформы полетят к чертям.

– А у меня был другой план, – сказал Матиуш просто. – Пусть взрослые выберут себе другого, взрослого короля, а я останусь Матиушем – королем детей.

– Не смею возражать против примитивной конфекции (он перепутал «концепцию» с «конфекцией») вашего величества. Дело хозяйское. Но лично я желаю именоваться бароном фон Раух, министром Пропара.

Матиуш согласился.

Дальше – больше. Фелек потребовал собственную канцелярию, два автомобиля и жалованье в два раза больше, чем у канцлера.

Матиуш и на это согласился.

Но это еще не все. Фелек потребовал графского титула для редактора Прогаза, то есть Прогресс-газеты (так будет называться газета для детей). Матиуш и на это дал свое согласие.

Фелек привез заготовленные заранее указы и грамоты. Матиуш подписал их.

От этого разговора у Матиуша остался неприятный осадок. И он готов был согласиться на все, лишь бы поскорее отделаться от Фелека.

Матиушу жилось так привольно, что он и думать забыл о государственных делах, о разных совещаниях и заседаниях. Вспоминать о том времени, когда он работал, выбиваясь из последних сил, не хотелось: не хотелось думать, что будет, когда кончатся каникулы. Поэтому ему не терпелось, чтобы Фелек поскорей уехал.

Выручил его доктор.

– Фелек, я просил оставить Матиуша в покое! – ворвался в комнату рассерженный доктор, узнав о приезде Фелека.

– Господин доктор, попрошу не повышать голоса и называть меня настоящим именем.

– А какое же твое настоящее имя?

– Барон фон Раух.

– С каких пор ты стал бароном?

– С тех пор как его величество милостиво пожаловали мне этот титул. – И Фелек величественным жестом указал на столик, где лежали бумаги со свеженькой, еще не просохшей подписью Матиуша.

Многолетняя служба при дворе приучила доктора ничему не удивляться.

– Господин барон фон Раух, – спокойно, но твердо сказал он, – его королевское величество находится на отдыхе, и ответственность за его здоровье несу я. Поэтому, господин барон фон Раух, извольте немедленно убираться туда, куда Макар телят не гонял!

– Я тебе это припомню, противный старикашка! – проворчал Фелек, сгреб бумаги в портфель и, надувшись как индюк, удалился.

Матиуш был бесконечно благодарен доктору за вмешательство. Тем более, что Клу-Клу придумала новую игру: ловить лошадей с помощью лассо. Делалось это так.