Верхом на бомбе. Судьба планеты Земля и ее обитателей - Александр Никонов

Человечество давно и прочно сидит на нефтяной игле. Даже тогда, когда не было автомобилей, а вся структура цивилизации еще не стала «нефтяной», уже тогда нужда в нефти была острейшая! Помните «Белую гвардию» Булгакова? Чего требовали крестьяне от города? Они требовали, чтобы горожане не отбирали крестьянский хлеб и чтобы привозили из города «гас» – керосин. Не при лучине же сидеть!.. Даже в Афганистане, который по сию пору из четырнадцатого века еще не вылез, дехкане бегали к нашим советским солдатикам-шурави с банками – солярку выменивали для керосинок и примусов. Потому что ничего удобнее жидкого топлива нет.

– Лампа Ильича.

– Ну лампа? ладно… А вот отапливаться электричеством невыгодно. КПД преобразования электроэнергии около 40%. То есть, электроплитка на кухне дает нам только 40% тепла, потраченного на производство электричества, а остальные 60% теряются на пути в город. Поэтому котельные в городах топят мазутом. Без жидкого топлива города наши просто вымерзнут.

…Эксперимент проведен. Голод, холод, миллиарды трупов – вот его результат. Теперь самое время задаться вопросом, а на сколько же еще хватит нам нефти?

На этот счет есть разные точки зрения. Кто-то говорит, что нефти хватит еще на 200 лет. Кто-то, как мой собеседник, полагает, что на 20 лет в России и на полвека в Саудовской Аравии, но вряд ли арабы будут с нами делиться. А лично я, сколько себя помню, всю жизнь только и слышу разговоры, что «нефти осталось на 30 лет». Проходят десятилетия, а ее все «на 30 лет»…

Начнем с худших прогнозов. А худший прогнозист в этом смысле, конечно, Паршев, запугавший всю страну своими книгами. Он полагает, что тема нефти в мировой политике – как тема секса в приличном обществе: об этом вслух не говорят. Но все время думают…

– В год человечеством добывается и используется 3 миллиарда тонн нефти. Из них 1 миллиард потребляет Америка. Треть всей мировой нефти! – угрожающе поднимает палец автор экономических триллеров. – То есть, один американец уничтожает в 15 раз больше нефти, чем средний землянин. Естественно, Америка нуждается в нефти больше других. Соответственно, больше других и суетится по этому поводу. Если бы Штаты использовали только свою нефть, своих запасов им хватило бы всего на 3-4 года. Восемь миллиардов тонн нефти есть в Венесуэле, 6 – в Мексике. Главные же запасы земной нефти находятся в странах Персидского залива – там больше 70 миллиардов тонн. Поэтому американцы все время там пасутся со своим флотом…

Вообще же, за свою историю человечество уже израсходовало 100 миллиардов тонн нефти. В земле осталось 140 миллиардов тонн. Это доказанные запасы, разведанные. Есть еще прогнозные запасы, их оценивают в 60-70 миллиардов тонн.

– А в России сколько нефти? – осторожно поинтересовался я.

– А непонятно! Нет точных цифр. Данные очень разнятся. Очень большие оптимисты говорят, что разведанной нефти нам хватит на 50 лет. Пессимисты десять лет назад полагали, что уже в 2015 году мы не сможем добывать нефть. Не потому, что ее не останется в наших недрах, и не потому, что цена ее упадет ниже себестоимости, нет – нефть в мире будет только дорожать, потому как ее все меньше остается, – а по другой причине: количество энергии, которое нужно будет потратить, чтобы добыть килограмм нефти, сравняется с количеством энергии, которое содержится в этом самом килограмме нефти! Это называется энергетической эффективностью добычи. После Второй мировой войны она составляла 1:50, то есть, затратив кило нефти, мы добывали 50 килограмм. В середине 1980-х энергетическая эффективность упала до 1:8, а с учетом доставки до потребителя – 1:5. И вот примерно к 2015 году она должна упасть до 1:1. А для газа критическая дата наступит лет на 10-15 позже, чем для нефти…

Вообще же, данные по запасам российской нефти колеблются от 6 до 20 миллиардов тонн. Разделите на годовую добычу, и вы получите пессимистический и оптимистический прогнозы – 20 и 50 лет соответственно. Есть некоторая надежда добывать нефть на шельфах, но на сколько ее там хватит, не очень понятно. К сожалению, пик открытий нефтяных месторождений прошел примерно в середине прошлого века. Тогда открывалось больше месторождений, чем разрабатывалось. А сейчас в мире объем вновь открываемых месторождений уже не покрывает расхода. Ежегодный прирост запасов составляет 0,8%, а ежегодный расход – 2% мировых запасов. То есть в среднем по миру, учитывая баланс «приход-расход», нефти хватит до 2070 года. Потом все. Аллес капут. А в России нефть кончится еще раньше. В любом случае нужно отдавать себе отчет в том, что час нефтяного кризиса близок, его увидит наше поколение…

– Андрей Петрович! Все-таки 20 и 50 лет – большая разница! Через 20 лет я буду еще весьма бодр. А вот через 50 лет мне нефть уже на хрен не понадобится. Пускай там сын разбирается, я оставлю ему в наследство запас патронов и ружейной смазки. Даже не сын, а внук!.. Сыну-то будет уже далеко за 60, ёлки-палки!.. Все-таки нельзя ли поточнее? Огласите весь список, пожалуйста…

– Можно попробовать прикинуть точнее, – кивнул Паршев. – Во времена Госплана было такое правило: иметь неснижаемый резерв подтвержденных запасов нефти на 30 лет добычи. То есть, учитывая, что в 1990 году мы добывали 516 миллионов тонн нефти, подтвержденные запасы равнялись примерно 15 миллиардам тонн. С тех пор добыли около 6 миллиардов и почти ничего нового, насколько я знаю, не нашли. То есть, сейчас у нас нефти должно быть 9 миллиардов тонн. Теоретически. Но если учесть, что примерно с середины 1980-х годов госплановские правила уже не соблюдались, то про неснижаемый запас в 30% можно забыть. И тогда получается, что нефти у нас меньше, чем 9 миллиардов тонн. Сколько именно?

Если сложить опубликованные на сайтах наших крупнейших нефтяных компаний все их запасы, то получится около 8 миллиардов тонн. Я говорил со многими экспертами, они тоже дают цифру в 7-8 миллиардов тонн. Ну, пускай, за последнее время что-то все-таки открыли. Значит, запасов у нас чуть больше – 8-9 миллиардов тонн. На двадцать лет добычи… Кстати, официальные российские источники в июне 2002 года заявили, что наша нефть будет исчерпана через 20 лет. Думаю, им можно верить. Все совпадает!

– Да, я тоже слышал эту цифру из официальных источников. Двадцать лет… Через двадцать лет я буду еще хотеть жить, но уже не в силах буду бороться за жизнь! Бодрый старикан, которого сожрут соплеменники, пока не высох… А ведь сыпаться все начнет немного раньше, лет за пять до финального свистка, когда всем станет ясно, что эра людоедства не за горами.

– Это ясно уже сейчас. Пик нефтедобычи в мире уже давно пройден, Александр. В разных странах это случилось в разные годы второй половины XX века. Мы уже катимся под горку.

– А может, не все еще так плохо? У человечества останется еще гидроэнергия, атомная энергия, ветряки, приливные станции и прочее такое мелкое… Останется газ, наконец!

– Главная проблема с газом не в том, что его мало, а в его транспортировке. Нефть налил в танкер и повез. А газ транспортируется либо трубопроводами, которые нужно тянуть на тысячи километров, либо кораблями в жидком виде, что очень дорого: для сжижения нужно охлаждать газ до -140°С. Что же касается АЭС, то не забывайте, что уран для АЭС – тоже исчерпаемый ресурс. Ветряки можно использовать не везде… К тому же электричество – энергия не удобная в мелкой расфасовке, в отличие от жидкого топлива. АЭС на автомобиль не поставишь. А электромобиль – утопия: все автомобили в мире расходуют в несколько раз больше энергии, чем вырабатывают все электростанции мира! А если учесть, что с потерей нефти мы потеряем и львиную долю электростанций… Вы знаете, что треть всей электроэнергии в США производится на тепловых электростанциях, то есть из нефтепродуктов? В Японии нефтяного электричества еще больше – 50%, а у нас – 25%.

– Неплохой результат, Андрей Петрович! Всего на четверть ужмемся! Прямо камень с души.

– Положите камень обратно… Крах неизбежен. И, к сожалению, мы станем свидетелями этого великого конца. К сожалению, в мире будущего сможет выжить гораздо меньше людей, чем живет сейчас. Только тогда им хватит возобновляемых ресурсов – биомассы, гидро– и ветроэнергии. Конечно, это не снимет всех проблем. Потому что непонятно, где брать, скажем, какие-нибудь редкие металлы типа ниобия или тантала. Они-то тоже невозобновляемые… В конце концов, вопрос перед человечеством стоит гораздо шире – о смысле жизни: мы должны ответить себе, является ли потребление целью жизни. Может быть, цель жизни – познание?

– А откуда вы возьмете деньги на познание, Андрей Петрович? Это дорогое удовольствие в эпоху физики элементарных частиц. Я об этом чуть не во всех своих книгах пишу! Деньги на познание может дать только богатая экономика, которая быстро крутится, производит прибавочную стоимость, в которой люди активно покупают и платят налоги, а из этих налогов государство финансирует науку. Но это и есть экономика потребления! Присмотритесь, страны с сильной наукой – это богатые страны, то бишь страны с экономикой потребления. Активное потребление, конечно, приводит к кризисам, в том числе кризису исчерпания ресурсов, зато кризисы подстегивают мышление, поиск выхода. То есть науку. То есть любимое вами познание.