Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

На пятый день Граймс решил перейти к новой стадии эксперимента. Как он радовался теперь, что ученые все еще заняты своими игрушками! Если они - ив первую голову Мэгги Лэзенби - узнают, то захотят вмешаться. Чтобы все шло по их сценарию и, как всегда, усложнят простейшую ситуацию. Ведь даже обычному лейтенанту понятно, что Гундоса нужно научить защищаться, чтобы отстаивать свои права.

Как обычно, Граймс сорвал два плода. Очередной выстрел отпугнул обидчиков - а затем лейтенант оглушил Гундоса. Всякий раз, едва туземец начинал подавать признаки сознания, процедура повторялась. Граймс резонно предполагал, что бедное забитое создание - не самый популярный член группы, и собирался этим воспользоваться. Так и получилось: когда пришло время возвращаться, туземцы исчезли в джунглях, даже не оглянувшись на собрата. Подняв Гундоса - тот оказался не слишком тяжел - лейтенант отнес его к урезу воды. Скелет "пони" по-прежнему лежал там, похожий на миниатюрный остов разбитого древнего корабля. Под рубашкой начало зудеть, и лейтенант порадовался, что догадался намазаться средством от насекомых перед уходом из лагеря. Опустив неподвижное волосатое тело на толстый ковер мха, он присел возле скелета, перерезал ножом плотные высохшие связки и отделил две бедренные кости. Получились неплохие дубинки - для человека немного коротковатые и легкие, но для такого, как Гундос, - в самый раз. И наконец Граймс собрал несколько спелых плодов, не замеченных группой.

Вскоре Гундос пришел в себя, издал характерное сопение и уставился на Граймса. Лейтенант успокаивающе протянул туземцу плод, который уже окрестил воняблоком, и бедолага вцепился в него руками и зубами. Почти сразу его вытошнило - видимо, от жадности. Надо было прихватить респиратор... Пока гуманоид счастливо чавкал, Граймс вертел и жонглировал костью. Наконец Гундос соизволил заметить, что делает лейтенант, и проявил даже некоторый интерес. В этот момент импровизированная дубинка опустилась на ребра скелета. Раздался громкий треск, и два ребра сломались точно пополам. Гундос потянулся к дубинке. Граймс отдал ее ему, а сам взял вторую.

Туземец оказался хорошим учеником. Под конец, без всякой подсказки со стороны Граймса, он принялся молотить по черепу мертвого животного и не останавливался, пока не пробил дыру. Граймс виновато покосился на часы пора было возвращаться в лагерь и готовить ужин. Он вдруг задумался, как же Гундос доберется до дома и как его там встретят. Но теперь он, по крайней мере, вооружен и сможет постоять за себя - Граймс надеялся на это.

Но туземец, похоже, вовсе не собирался идти домой. Сжимая костяную дубинку, он тащился за лейтенантом, время от времени издавая жалобное "и-ик". Оторваться от него возможности не было, а пускать в ход парализатор Граймсу не хотелось. В конце концов, есть запасная палатка, в которой хранятся образцы. Пусть переночует там.

К большому удивлению и облегчению Граймса, туземец не проявил никакого беспокойства, когда его завели в пластиковое иглу. Он охотно взял флягу с водой и присосался к ней, громко хлюпая. Потом с некоторым сомнением он взял конфету, но, лизнув разок, сожрал ее в два счета. Граймс слышал от ученых, что местная еда подходит для человека. Логично предположить, что человеческая еда тоже не причинит вреда местному организму. Еще вода, еще конфета - и Гундос свернулся калачиком на пластиковом полу палатки, явно собравшись отойти ко сну. Граймс оставил его и выбрался наружу.

Впрочем, самому Граймсу так и не довелось выспаться. А что, если его гость - или пленник? - поднимет ночью вой и перебудит весь лагерь? Или совершит еще какое-нибудь нарушение общественного порядка? Неожиданно лейтенанта охватило смутное, но неприятное подозрение: скорее всего, ученые не одобрят его экспериментов. Но эта ночь прошла так же тихо, как все предыдущие. Как всегда, позавтракав с утра пораньше, ученые разлетелись по своим делам.

Граймс подошел к запасной палатке и откинул полог. Вонь, ударившая в ноздри, заставила лейтенанта судорожно сглотнуть, но Гундоса она, похоже, ничуть не беспокоила. Туземец на четвереньках выбрался наружу, потом поднялся на задние конечности, прошествовал обратно, почти не сгибая спину, и вернулся со своей дубинкой. Свободной рукой он погладил Граймса по пальцам, заскулил и скорчил невероятную гримасу. Лейтенант отвел его к ведру с водой и дал два леденца.

Пока Гундос наслаждался прелестями утра, доблестный исследователь, сражаясь с приступами тошноты, вычистил палатку. Делать уборку после ученых - тоже не великое удовольствие, но не до такой степени. Отныне Гундосу придется самому заботиться о себе. К тому моменту, когда все ежедневные обязанности были выполнены, Граймс окончательно утвердился в своем решении - гуманоид проявил незаурядную склонность путаться под ногами.

Наконец настало время идти к реке. Граймс решительно шагал по тропинке, а Гундос ковылял рядом, размахивая дубинкой. На этот раз их прибытие совпало с появлением туземцев. Гундос не мешкал - он первым сорвал плод. Угрожающе ворча, вожак двинулся на него. Казалось, еще мгновение - и Гундос пустится наутек. Но тут он выпрямился и словно вырос на пару дюймов. Неуклюже занеся дубинку, он еще более неуклюже опустил ее, но ему повезло - удар пришелся в плечо обидчика. Второй удар попал в висок, и вожак упал. Граймс увидел, как на сером спутанном мехе показались капли желтой крови.

Гундос взвизгнул - но не от испуга. Размахивая дубинкой, он направился к тем, кто больше всех издевался над ним. Они побежали, почти все. Те, кто не ретировался сразу, сделали это, как только на себе прочувствовали мощь примитивного оружия.

Граймс, потрясенный, рассмеялся.

- Ах ты мой мальчик, - пробормотал он.

Гундос не обращал на него ни малейшего внимания - он набивал брюхо спелыми плодами.

Когда шестеро людей полностью поглощены своими исследованиями, а седьмой предоставлен сам себе, этому седьмому несложно хранить тайну. Впрочем, Граймс не слишком к этому стремился. Он не раз пытался рассказать ученым о своем этологическом эксперименте, но его никто не слушал.

- Для нас ты только водитель автобуса, Джон, - как-то раз заявила Мэгги Лэзенби - довольно резко. - Твое дело - астронавтика, а науку оставь нам.

Срок возвращения "Следопыта" неуклонно приближался, и Граймс уже не смог проводить у реки столько времени. Надо было готовиться к отлету: упаковать образцы, записи и не слишком нужные вещи, проверить двигатель челнока. Тем не менее ему удавалось улучить время и посмотреть, как идут дела у его подопечного. С удовлетворением лейтенант отмечал, что туземец, похоже, неплохо освоился с новой ролью.