Основная команда - Джек Марс

Таксист обернулся и посмотрел на Дэвида. Это был молодой темнокожий мужчина с бородой в зеленом тюрбане. Он широко улыбнулся. Какое-то время они смотрели друг на друга. Во всяком случае, улыбка усилилась. Теперь мужчина маниакально ухмылялся. Он положительно сиял. Дэвид не думал, что когда-либо видел такую улыбку. Был ли человек сумасшедшим? Его легко можно было принять за террориста-смертника.

"Сэр!" — сказал мужчина. «Меня зовут Джаджит, к вашим услугам! Вы можете называть меня просто Джит, если хотите. Это мое прозвище».

"Ты мусульманин?" — сказал Дэвид.

Мужчина покачал головой. «Сикх. Мы религия мира, и вам нечего бояться меня. Я приехал сюда из Пенджаба, и это лучший момент в моей жизни! Я так горжусь этой ночью. Подожди, пока я сообщу жене! Американский президент был в моем такси. Куда я могу вас отвести?

Энтузиазм мужчины был очарователен. Было бы неплохо, если бы кто-то из других людей, с которыми имел дело Дэвид, продемонстрировал хотя бы половину этого огня.

«Ну, Джит, — сказал Дэвид, — просто езжай. Я скажу тебе, куда мы направляемся, через минуту.

Чего он не хотел добавить, так это: « Как только я сам во всем разберусь».

"Конечно! Мы можем ехать всю ночь, если тебе угодно. Я даже не буду включать счетчик. Этот диск бесплатен».

Машина съехала с обочины и двинулась вдоль края парка. Вкратце, Дэвид подумал о том, чтобы мужчина подъехал ко входу на территорию Белого дома и отвез его обратно внутрь. На посту охраны будет странная сцена, но, вероятно, это будет благоразумно.

Конечно, он проведет день, пытаясь объяснить свою выходку группе людей, которые, возможно, не заботятся о его интересах. Однажды они уже лишили его президентского поста. Ему не нравилась идея защищать свои действия перед командой психиатров, которых Марк Бэйлор вызвал для оценки психической устойчивости Дэвида.

Он достал из кармана сотовый телефон. Это был дешевый, невзрачный аппарат, телефон-раскладушка. В нем уже были загружены предоплаченные минуты, и он никогда раньше не использовался. Звонок с него был совершенно анонимным делом, настолько анонимным, насколько это вообще возможно в наш век спутников-шпионов и добычи данных связи с помощью суперкомпьютера.

Это был телефон, который Лоуренс Келлер называл «выжигателем».

Он набрал номер Лоуренса.

Телефон звонил раз, два, три…

"Да?" — сказал голос. Это был Лоуренс. Он казался усталым, может быть, немного раздраженным. Но он все еще не спал, как и просил Дэвид.

— Ты знаешь, кто это? — сказал Дэвид.

"Конечно. Я ждал твоего звонка».

Дэвид кивнул. «Я бы хотел, чтобы вы встретились со мной у Мемориала Линкольна».

«Встретимся в…» Наступила пауза, пока Лоуренс Келлер переваривал идею встречи с президентом Соединенных Штатов в таком очень людном месте.

— Когда ты хочешь, чтобы я встретил тебя там?

Дэвид Барретт улыбнулся. "В настоящее время."

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

00:33 по летнему времени Аляски (4:33 по восточному летнему времени)

Небо над Беринговым проливом

Между мысом Дежнева (Россия) и мысом Принца Уэльского (Аляска)

«Всемогущий, Всемогущий, ты меня слышишь?»

Американский F-18 Super Hornet несся по небу на север, ведя воздушный патруль над западной границей американского воздушного пространства, к востоку от международной линии перемены дат. Справа была Аляска и старые добрые США. Слева от нее была Сибирь и Россия-матушка.

Внутри конуса истребителя небо было широко открыто. Сегодня ночью здесь было темно. Самолет двигался чуть менее девятисот миль в час.

Капитан Уолтер «Дикий человек» Кейплз взглянул на свой радар.

На нем был шлем, летный комбинезон, гидрокостюм, а вдобавок парашютная подвеска и спасательный жилет. Механизм был чертовски громоздким, но он был в этом так долго, что это было похоже на объятие любящих рук Бога.

Ему было тридцать девять лет, он был женат, имел трех прекрасных юных дочерей, и его дни дикого человека давно миновали. Но люди по-прежнему называли его Диким человеком, и он не возражал. Они должны были его как-то назвать, не так ли? А «Вальтер» как будто не подходил.

Здесь было много энергии. Вот как об этом думал Уайлдман: энергия. Такого он не видел с первых дней своей жизни, в последние годы холодной войны. Сегодня русские были дикарями.

Он часами наблюдал за строем истребителей МиГ-29, что делал редко. Траектории полета обычно объявлялись и сообщались заранее, чтобы ограничить вероятность неожиданного взаимодействия. Это не обсуждалось. Теперь все было в порядке.

Уайлдман знал. Он знал. Что-то случилось, какая-то секретная миссия пошла наперекосяк. У русских закипела кровь. Это было нехорошо. Но, по его мнению, победят более хладнокровные. Раньше всегда были.

Теперь впереди и к западу от него три истребителя МиГ только что пересекли российское воздушное пространство. Его радар сообщил ему, что они идут с ним на перехват. Если они хотели это сделать, они собирались пересечь американское воздушное пространство.

Он надеялся, что они знают, что делают. Его самолет был лучше, чем их. И он был в этом долгое время.

Он снова связался с авиадиспетчером.

«Всемогущий, это Девяносто девятый, ты читаешь?»

«Повтори, Девять Девять».

«У меня три пугала покидают воздушное пространство России и пересекают международную линию перемены дат. Атакующий строй, и они, кажется, идут на перехват.

"Расстояние?" — сказал авиадиспетчер.

— Я на тридцати тысячах футов, — сказал Уайлдман. — Пеленг пятнадцать градусов. Призраки в двадцати милях и приближаются. Пеленг один сорок пять. Похоже, они хотят меня подстричь».

«Девять-девять, держите курс».

— Роджер, — сказал Уайлдман.

Уайлдман несколько раз был в квартале. Он возил патрули повсюду на планете Земля. Персидский залив. Южно-Китайское море. Баренцево море. Арктика. Когда он был ребенком, он провел свое время прямо на краю железного занавеса в Европе. Позже он совершал бомбардировки Ирака, а затем Сербии. Кошка и мышь его не беспокоили. Курица его не беспокоила. Имитация нападения сирийцев или иранцев даже не ускорила его пульс. В эти игры люди играли постоянно.

Но эти ребята были русскими. Они были безумны. И они наступали тяжело.

«Давайте не будем начинать здесь Третью мировую войну, мальчики, — сказал он себе под нос.

Русские истребители немного скорректировали курс. Они шли прямо к нему.

«Всемогущий, это девяносто девятый. Эти призраки держат меня на носу, в двенадцати милях отсюда. Он подождал немного и посмотрел на приближающиеся самолеты. Они шли очень быстро, направляясь на курс, близкий к столкновению. — Я на высоте, еще тридцать тысяч, сейчас десять миль. Э... девять миль.

«Держи курс, Девять-девять».

«Восемь миль, Всемогущий. Тяжело.

— Вайлдмен, это твое воздушное пространство. Держи курс.

"Заметано."

Прошло мгновение. Уайлдман понял, что задерживает дыхание, и вытолкнул воздух, заставляя себя дышать нормально.

«Статус, Девять Девять?»

— Шесть миль и приближаемся, — сказал Уайлдман. «Это будет тесно».

Он сделал паузу.

«Четыре мили. Иисус. У этих парней сегодня жук в заднице».

«Держи курс, Уайлдман. Это наше небо».

— Я услышал тебя в первый раз.

Он взглянул