Вампир... ботаник?! - Елена Белова

Интере-есно. Аргентумом родиться надо, значит… А если он родится, но ему не дадут шанса эту самую силу проявить? Что будет, если из будущего аргентума тянуть и тянуть «энергию»… станет ли он тогда «правящим»? Вообще аргентумом будет?

Да нет, сам вампир бы про себя такое знал. Не мог не знать, он же умный.

Я уже подбиралась к другим интересным вопросам типа охраны этой самой башни и место закупки продуктов для ее обитателей, но тут судьба решила, что хорошего в жизни надо понемножку и пришла пора снова подергать Дарью за нервы.

Мигнуло небо.

Голубой купол на миг сверкнул серебряными искрами… вернулся к привычному цвету… и снова засеребрился…

Я замигала.

Вот что значит похмелье плюс переутомление: уже глюки видятся. Серебряные искорки. Хорошо, что не зеленые чертики.

— Ох! — Массимо схватился за руку. — Прости, красавица, меня зовут.

От удивления я подавилась очередным печеньем и уставилась на вампира, забыв о чертиках и искорках. Кто-кто я?

Но подтверждать слова о моей красоте вампир не стал. Изумленно посмотрел на руку, потер запястье и пожал плечами:

— Странно. Уже не зовут.

Я набрала воздуха… и промолчала. Безоблачное небо стремительно заволакивалось тучами. Зелененькими…

— Зовут… — тихо проговорил Массимо. — Ох, уже нет… И опять… Да что такое?

У меня зашевелились нехорошие подозрения. Я никогда не слышала, чтобы можно было опьянеть от крови подвыпившего вампира, тем более, что он на тот момент был уже вполне вменяемым и почти трезвым…. Но в принципе, в мире нет ничего невозможного!

И если так, то аргентумам еще мало досталось.

Пока.

— Массимо, глянь в окно, а?

— Зовут… — на автомате пробормотал вампир, оборачиваясь к окну, — Не зову… Иблиарте!

Это он так тучки назвал? Мне показалось или название на мат смахивает?

Но решение этого интересного вопроса пришлось отложить: за окном послышались крики. Я так понимаю, здешний народ тоже оказался непривычным к зеленым облакам, а реакция у местных бурная.

— Завеса! Завеса окутала город!

— Вампиры подняли завесу! Это война? Война?

— Гроза!

— Посмотрите, какие тучи!

— Близок конец света! Возрыдайте о своей участи, о правоверные!

— …и пожертвуйте на храм…

Небо с треском прочертила белая молния.

— Массимо, что происходит?

— Не понимаю. Барьер сработал. Причем разом и на отражение атаки, и на погоду. Этого не может быть!..

Грохнуло еще раз. Неслабо грохнуло.

— Я должен вернуться…

По-моему, эта мысль одновременно осенила и мятущиеся толпы на улице. Потому что именно в этот момент пошел Дождь. Именно Дождь, с большой буквы. Потом в легендах его так и будут называть, почтительно преклоняясь перед немереной силой вампиров. И заодно перед полной их непредсказуемостью.

Потому что с неба вместе с водой стало падать черте что.

Град, мелкие сосульки, замерзшие летучие мыши и очень даже живые лягушки, которые громко квакали, по полной недовольные новым местом обитания.

Едва не получив сосулькой по голове, Массимо мудро отложил свое возвращение к хозяевам и только из окна любовался необычными осадками.

Именно он и шарахнулся прочь, когда над деревьями на бреющем прошло темное пятно, вовсю горланящее то ли песню, то ли заклинание. Судя по тому, что на пятне при развороте обнаружилась серебряная мантия, это должно было быть именно заклинание. Но он орал с таким воодушевлением, словно это был, по крайней мере, «Шумел камыш, деревья гнулись»…

— Аргентум Клавдий… — недоверчиво проговорил Массимо. — Быть не может!

— Может, может, — злорадно хихикнула я. — Вот так оно бывает, когда с градусами не рассчитаешь! Интересно, ваша башня вообще на месте? Или провалилась уже?

Следующие пяти минут выдались очень и очень шумными. Орали жабы (что ж мне так везет на жаб в этом мире, а?), кричали люди, нервничал вампир Массимо, не представляя, что еще могут выкинуть пьяные аргентумы, где-то далеко опять трубил слон…

Одни сторожки были беспредельно счастливы и молча мели все подряд.

А в глубине дома в комнате безмятежно спал под охраной Левчика усталый вампир. И от этого почему-то на душе было теплее.

Буря утихла примерно через полчаса, сменившись обычным дождем (правда, довольно шумным), и мы с Массимо занялись делом. Вампир убежал в свою башню проверять, как там аргентумы, а я… ну у меня все понятно. Еду сготовить надо? Надо. К вампиру заглянуть надо? А то! Утихомиривать свой интернат надо? Надо. Вон Рад опять что-то у Джано в лаборатории стащил. Вернуть вернул, но смотрел так, что хоть спи у дверей этой самой лаборатории. Ясно, что опять полезет. Пришлось их чем-то занять. Была идея обкормить до полной неспособности двигаться, но я передумала. Это ж мальчишки. Им тонну скорми, все равно будут шустрые, как психованный кот Борис из рекламы «Вискаса». Ей-богу, я не знаю, кому легче: Массимо с его серебряными пьянчугами, или мне с этими живыми «Энерджайзерами»?

Аргентумы хоть не прячутся под моей кроватью.

Кровать меня и спасла. Ну то есть не совсем кровать. Когда мы в третий раз искали по дому Тагира и нашли его в моей комнате, я потянула это пугливое сокровище на свет и получила по голове книжкой, которая на этой кровати лежала. И не сразу поняла, почему у Алишера глаза засияли, как будто внутри кто-то запустил генератор на сотню лампочек.

— Путешествия! Мои путешествия!

И он потянулся к кожаной обложке, умоляюще глядя на меня.

— Дарья… можно?

Книжка, которую мне подсунул вампир, оказалась из прежнего имущества, которое Джано покупал для своего малолетнего подарка. Что-то вроде учебника географии, только в виде рассказов и заметок. Про страны и края, про моря и расы, про некоторые обычаи. Короче, устройство мира — то, с чем я пыталась приставать к вечно занятому вампиру.

Живем!

— Да бери, — махнула я рукой. — Только с условием: все мне вслух прочитаешь. Идет?

— И мне… — тут же присоединился Рад.

Короче, оказалось, из грамотных в нашей тесной компании один Алишер, и того Джано научил. Тагир еще малыш, Рад сказал, что читать в принципе умеет, но эти буквы не знает, а Санни — вот же несчастье ходячее! — объявил, что его, мол, учили только достойным умениям, а чтение в них не входит.

Алишер, прижимая к груди книгу, наскоро провел начало ликбеза (первые три буквы алфавита). Поздравляю, Дарья, в семнадцать снова в первый класс?

Но горевала я недолго.

Скоро Шер открыл страницу и стал читать первый рассказ, про путешествие в в край Высокогорье, и мысли про первоклашку весом в полторы сотни килограммов, про дождь за окном и хвост под юбкой как-то отодвинулись в сторонку…