Девять дней до весны - Наталья Андреева

— Ты!

Борис сделал вид, что это его не касается.

— Я бы дал тебе совет…

— А не пошел бы ты со своими советами?

— Не с того конца начинаешь. Ты бы сходила к Папе… — осторожно сказал Борис.

— Это еще зачем?

— Вы с ним, как бы это сказать поделикатнее… Гм-м-м… были близки.

Яна вздрогнула, как от удара хлыстом:

— Ты на что это намекаешь?! На то, что я один раз с ним переспала?!

— Не ори! Я советую, как расстроить этот брак. Что в моих же собственных интересах.

— Как?

— Ты умная. Соображай.

— Сначала я хочу видеть ее.

— Тамару? Зря. Ты не представляешь себе, что у нее за характер.

— Если не хочешь мне помочь, я все равно их выслежу.

— Слушай, Яна, твою бы энергию, да в мирных…

Она перегнулась через стол, схватила его за галстук, резко потянула на себя. Последнее время Яне жутко хотелось кого-нибудь исцарапать или задушить. Просто руки чесались. Борис не ожидал нападения. Когда вырвался от нее с огромным трудом, прохрипел:

— Шизофреничка…

— Скажи номер ее телефона, или я тут такое устрою… — Разгром в кабинете Бориса был ей по силам, и он это понял.

Почему Борис ее сюда еще пускал? Этого Яна понять не могла. Но чувствовала, что скоро двери «Оргфеи» будут для нее закрыты. Навсегда. А этот мерзавец не хочет ей помочь! Она ненавидела Бориса. Почему-то именно его, а не Илью. И на нем срывала злость.

— Хорошо, поговори с ней. — Борис нацарапал номер телефона на своей визитной карточке, протянул ее Яне: — Кстати, не хочешь приятно провести вечер?

— Приятно?!

— Я купил новый одеколон. Старый тебе не нравился. Мне всегда казалось, что между нами что-то есть…

— А именно? — насторожилась Яна.

— Он ничем не лучше меня, — вздохнул Борис. — Я не говорю о внешности. Вот если бы ты, подруга, заглянула в его душу, а потом в мою…

— Чтоб ты сдох! — Яна в сердцах хлопнула дверью, вылетая из его кабинета. Борис проводил ее грустным взглядом.

«Теперь, мой нежный зайчик, можешь готовить чемоданчик для своих вещичек, которые бывшая невеста вышвырнет вместе с тобой за дверь», — ласково подумала Яна, набирая номер телефона. Ей хотелось действовать немедленно.

— Тамара? Добрый день.— Трубку взяла она, а не Илья.

— Здравствуй.

— Ты знаешь, кто это звонит?

— Догадываюсь. — Соперница была подозрительно спокойна, и Яна завелась:

— Очень хорошо. Да, это звонит Яна, с которой твой жених провел немало приятных ночей. — Она злилась, потому что не находила нужных слов. Обидных слов. «Приятные ночи» звучит не слишком обидно.

— Ты хочешь рассказать мне подробности?

— Боюсь, ты не этого не оценишь, — ехидно заметила Яна.

— Где мы встретимся?

— Где угодно. За твой, разумеется, счет. Не у меня же богатый папа, — не удержалась Яна.

Тамара назвала известное кафе в центре.

— Сегодня в восемь часов вечера.

Длинные гудки.

«Что у меня есть? — лихорадочно соображала Яна. — Южные фотографии? Интимные подробности наших с Ильей отношений? Он может сказать, что после того, как переехал к ней, больше не спал со мной. И это будет правдой. Что может ее разозлить?»

Яна с огромным трудом вытерпела до восьми часов вечера. Но раньше Тамары приходить в кафе не собиралась. Только убедившись, что соперница уже приехала, вошла в двери, бросив взгляд, полный ненависти, на «Поло-классик», стоящий на обочине.

Тамара сидела за столиком, разглядывая меню. Восемь часов десять минут. Гонг.

— Привет!

Тамара подняла голову. Яна внимательно осмотрела свою соперницу с ног до головы. Тамара ее взгляд выдержала.

— Здравствуй, Яна.

— Давно ждешь?

— Минут десять. Присаживайся, пожалуйста. Что тебе заказать?

«А ведь мы чуть было не стали подругами! — подумала Яна, усаживаясь напротив. — Я относилась к ней с симпатией и всегда думала: не соперница. А она похорошела!»

— Я на диете, — сказала Яна после небольшой паузы.

— Намекаешь на мою полноту? Да, ты красавица, я нет. Что дальше?

— Дальше? Ты у меня жениха украла и спрашиваешь, что дальше!

— Яна, Илья тебя не любит, — спокойно сказала Тамара.

— Это он так говорит? Ну, разумеется!

Яна замолчала, потому что подошел официант. Тамара сделала заказ. Два греческих салата, два десерта, два сока…

— Я не буду есть, — зло сказала Яна.

Тамара кивнула официанту: это все. Когда тот отошел, Яна продолжила:

— Это тебя он не любит. По-моему очевидно. Он женится на тебе из-за денег.

— Ну и что?

Яна оторопела. Ах, вот даже как!

— Ах, да! Папа покупает нам мужей! Сами мы ни на что не способны! Хорошо иметь много денег.

— Если бы я поняла, что ты ему нужна, я бы замуж за Илью не вышла. Это правда. Но я знаю, что ты ему не нужна. Он бы все равно на тебе не женился. Никогда. — Тамара подцепила на вилку половинку маслины, положила в рот. С минуту Яна смотрела, как она ест. Потом спросила:

— Слушай, откуда ты такая взялась?

— Какая?

— Такая добрая. Понимающая. Богатым проще быть добрыми?

— Когда я родилась, у папы не было никакой фирмы, — спокойно ответила Тамара. — Я ходила в обычную школу, а не в колледж, и ела я то же, что и все, и никакой охраны и машины, на которой бы меня возили в школу, у меня не было. Я понимаю, что с тобой происходит. Но если бы мой любимый мужчина решил жениться на женщине, которая ему больше подходит, то…

— Ты ему больше подходишь? Ты?! Да если бы ты знала, как мы с ним…

— Яна, что бы ты мне сейчас ни сказала, это уже бесполезно, — оборвала ее Тамара. — Избавь меня от подробностей.

— Ну, конечно! — усмехнулась Яна. — Таких, как он, больше нет, я понимаю. Приятно иметь такого рядом. Тщеславие. Вот какой у меня муж! Я понимаю. На это и денег не жалко. Особенно папиных. Только это я сделала его. Запомни. Для себя. Не для тебя, не для другой. Вы все будете пользоваться тем, что создала я.

— Вот именно, что ты им хочешь пользоваться.

— А ты нет? Зачем он тебе?

— Потому что нам хорошо вместе.

— Со мной ему тоже было хорошо. Получше, чем с тобой, не сомневайся.

— Какого ты высокого мнения о своих достоинствах! — не удержалась Тамара.

— А ты у папы своего спроси. Он тебе расскажет про мои достоинства.

— При чем здесь папа? — Тамара покраснела.

Яна поняла, что в горячке сболтнула что-то не то. Не надо было этого делать. Или надо? И горько усмехнулась:

— Странно получилось. Выходит, я постоянно делю с тобой мужчин. Илья, потом Борис. И даже Владислав Александрович. Это тебе он папа. А мне просто Владик. Так, что ли, твоя мама его называет?

Тамара растерялась. Яна решила добить:

— Все твои мужья обязательно будут иметь любовниц. И твой отец имеет любовниц. А ты будешь закрывать на это глаза, так же как это делает твоя мать.

У Тамары на глазах выступили слезы:

— Господи, ну какая же ты… Как могут жить такие злые люди?

— А очень просто. — Вот теперь Яна была довольна. Нашла больное место.

— Ненавижу тебя… — прошептала Тамара.

— Пока я жива, тебе все равно не будет покоя. Запомни. Если ты от него не откажешься. Я уйду, а ты как следует подумай, стоит оно того или не стоит. И съешь две порции десерта. Твоей фигуре уже ничто не может повредить.

Сказав это, торжествующая Яна поднялась из-за стола.

Она была собой довольна. Один — ноль. А Борис-то прав! Почему бы ей не навестить и Владислава Александровича? И увеличить счет в свою пользу. Хорошо было бы прижать Папу, но как? Рассказать жене о его пристрастии к молоденьким хорошеньким брюнеткам? Так та в курсе. Яна помнила взгляд Людмилы Георгиевны, брошенный при расставании. Папа сказал: поезжай домой. И та поехала.

На следующий день Яна отправилась в офис Владислава Александровича. В приемной сидела симпатичная брюнетка. Яна окинула секретаршу взглядом с головы до ног. Черт возьми! Брюнетка способна выдержать любую конкуренцию.

— Владислав Александрович занят, — пропела секретарша. — Вам придется подождать. Присядьте, пожалуйста.

Ей пришлось целый час листать журналы. Брюнетка несколько раз исчезала в кабинете и возвращалась, не говоря ни слова. А Яна ждала, когда же ее пригласят.

— Он вообще меня примет? — спросила, потеряв терпение.

— Да. Он знает, что вы пришли. Подождите.

Яна со злостью перевернула страницу. Наконец, ослепительно улыбнувшись, секретарша сказала:

— Пройдите.

Папа сидел за столом, изучая какие-то документы. Увидев Яну, кивнул:

— Здравствуй, милая девушка. Присаживайся. Ты насчет работы? Так я тебя не увольнял.

— Я по другому вопросу. По семейному.

Яна уселась в кресло, закинув ногу на ногу. На ее стройную фигурку Папа посмотрел одобрительно. Почему бы не попробовать еще раз? Принял же, не отказал!