"Валутина гора" - Луи Бриньон

- У полковника приказ. В случае начала военных действий выдвигаться к Дриссе - сообщил Первакин.

- Приказ? А если обстановка изменилась? - негромко спросил у него Пётр, - а если на пути французы? Тогда что?

- Наше дело выполнять приказы!

- Я знаю Крампеля, - глухим голосом произнёс Пётр, - он любое дело погубит. В любом случае, надо дать полку несколько часов отдыха. Солдаты устали.

Первакин ничего не ответил. Они подняли батальон и сообщили солдатам о новом марше через Николаев в Дриссу. Солдаты, понадеявшиеся на скорый отдых, восприняли это решение с глухим ропотом. Колонна полка снова двинулась в путь. Полк растянулся на версту. В хвосте колонны шли подводы гружённые продовольствием и боеприпасами. Всё вокруг пока дышало спокойствием. Да и погода несколько улучшилась. Подул свежий ветерок. Жара начала спадать. Спокойствие умиротворяло. И чем спокойнее становилось вокруг, тем больше беспокоился Пётр. Он всё время всматривался вперёд, словно пытался высмотреть опасность. До Несвижа оставались не более десяти вёрст, когда показалась череда небольших холмов. Дорога начала уходить резко вверх. Пётр вышел из колонны и подошёл к Первакину. Тот заметил, что Пётр взволнован. Пётр указал рукой на холмы.

- Там отличное место для засады. Следует немедленно остановить движение полка и выслать во все стороны дозоры. Лучше уж время потерять, чем на неприятности нарваться.

Первакин чуть помедлив, кивнул и поспешно направился в сторону Крампеля. Через несколько минут он вернулся обратно и развёл руками. Пётр всё понял. Оставив Первакина, он отошёл от колонны, и двинулся вдоль края дороги высматривая местность. Справа от него, не более чем в одной версте протекала речка. Пётр проследил за ней взглядом и увидел узкий мостик. По нему легко бы могла пройти повозка. За рекой сразу начинался лес.

«- Как хорошо было бы повернуть туда, - подумал Пётр,- но Крампель, сволочь не позволит. Только и думает, как людей помучить. А до остального и дела нет».

Тяжело вздохнув, он повернулся и торопливо зашагал вперёд, догоняя свой батальон.

Орудийный залп раздался внезапно. Ядра начали разрываться по всей колонне. Послышались истошные крики раненых солдат. В одно мгновение весь полк охватило смятение. Солдаты заметались, спасаясь от огня. Позади разорвало одну повозку с боеприпасами. В воздух взметнулись столбы пламени. Артиллерийский огонь стих так же внезапно, как и начался. Среди всеобщей суматохи метался Крампель и до хрипоты кричал солдатам:

- Вперёд! Всем вперёд!

Полк несколько подобрал свои ряды и миновав подъём, начал выходить на равнину, оставив холмы слева от себя. Пётр метался среди батальона и помогал укладывать раненых в повозки. Затем, поручив двум солдатам из своего батальона заниматься ранеными, со всей скоростью устремился к голове колоны. Когда он выбежал наверх, то с ужасом увидел, как Крампель готовит полк для броска на холмы. Там, на возвышенности стояли орудия неприятеля.

- Нет! - изо всех сил закричал Пётр.

Но его никто не слышал. Передние ряды полка, держа наперевес штыки, двинулись в сторону холмов. Снова в рядах полка начали разрываться ядра, неся с собой смерть и опустошение. Артиллерийский огонь продолжался несколько минут, а потом снова стих. Крампель в очередной раз поднял прижавшихся к земле солдат и угрозами погнал к холму. Пётр, невзирая на смертельный огонь, сумел пробраться к голове колонны. Там он остановился. От него не укрылось то, чему ни придал значения, ни один из офицеров, включая Крампеля. Канониры, прекратив огонь, даже не думали спасаться. Они вели себя до удивления спокойно. Слишком спокойно.

Пётр немедля бросился вперёд и встав перед передними рядами полка, поднял руку и резко закричал:

- Всем стоять!

Солдаты, как ни странно повиновались ему. К Петру тут же подскочил бледный от ярости полковник Крампель.

- Прочь - только и успел закричать Крампель.

Пётр схватил его за руку и стащив с седла бросил перед собой на землю. Этот эпизод ошеломил солдат не меньше чем огонь неприятельской артиллерии. Нависнув над Крампелем, Петр сквозь зубы произнёс:

- Я молчал, когда речь шла обо мне. Сейчас речь идёт об отечестве. Пошли прочь отсюда или клянусь честью, я убью вас на месте.

Не дожидаясь ответа Крампеля, Пётр повернулся к полку и коротко произнёс:

- Беру командование полком на себя. Приказываю- немедленно отойти к реке. Немедленно.

- Конница! - прозвучал чей- то до предела напряжённый голос.

Из-за холмов начали появляться ровные ряды французской конницы. Они выезжали словно на прогулке и медленно направлялись в сторону полка. За первым рядом двигался второй, третий, четвёртый.

- Позади конница. Нас окружают! - раздался чей-то испуганный вопль.

Весь полк сбился на большом поле, с ужасом наблюдая за приближением конницы. Она двигалась на них одновременно с трёх сторон. Лишь впереди путь оставался свободным. Но там лежала бескрайняя равнина. Взгляды всех солдат обратились к Петру. Тот лишь одно мгновение оценивал обстановку. Полк был окружён несколькими тысячами сабель конницы. Оставалось два пути. Либо сдаться на милость победителя, либо…

К ним подскакал один из французских кавалеристов. Он передал предложение командования- сдаться. Им давалось на размышление четверть часа. После этого полк будет уничтожен. Выслушав парламентёра, Пётр повернулся к полку и громко скомандовал:

- Все офицеры ко мне!

Крампель всё ещё надеялся на поддержку со стороны офицеров, но увидев что они подчинились приказу, вскочил в седло и ускакал. Французы не обратили на него ни малейшего внимания. Они остановились и терпеливо ждали решения русских.

Дождавшись, когда все офицеры подошли к нему, Пётр отрывисто заговорил. При этом его лицо выглядело настолько решительным, и в нём сквозила такая уверенность, что все вокруг невольно восхитились этим удивительным самообладанием. И эти чувства понемногу начали передаваться другим.

- Мы окружены! Единственный путь спасения - река. Но её отсекли французы. Поэтому нам необходимо двигаться по равнине, незаметно сдвигаясь вправо. Сумеем продержаться несколько часов, наступит темнота, а там и спасение. Самое главное добраться до реки.

- Но как? - не выдержал Первакин, - против нас не меньше дивизии конницы. Как мы сможем выстоять?

- Выстоим! - с непоколебимой уверенностью ответил Пётр, - но для этого все мои приказы должны выполняться беспрекословно и с возможной быстротой - Пётр оглядел всех уверенным взглядом и задал один вопрос: - готовы господа офицеры?

Все как один кивнули в ответ.

- Пойдём римской черепахой. В пять рядов. В середине поместим повозки и резерв 150 человек. Первый ряд стреляет, приседает, перезаряжает. Второй ряд стреляет, приседает, перезаряжает. И так далее. Убит солдат в первом ряду, его место занимает другой из второго ряда. Того с третьего и так далее. При непосредственной близости от конницы выставляем частокол. Убьют меня, один из офицеров занимает моё место и продолжает командовать полком. Необходимо действовать чётко и только по команде. Солдат предупредите. Дрогнет один из них - падут все. По местам господа офицеры!

Часть 7

Приятного чтения Дамы и Господа!

Глава

Пока разворачивались эти драматические события, изгнанный Крампель перебрался через реку. Миновав узкую полосу леса, он вышел на дорогу ведущую в Николаев. Крампель с глубокой радостью увидел хвост колонны второй армии. Пришпорив коня, он полетел вслед за ней. Очень скоро он догнал и обогнал арьергардный полк. А вскоре увидел и самого командующего. Багратион стоял возле одинокого дерева недалеко от дороги, в окружение генералов и о чём-то с жаром говорил, постоянно жестикулируя руками. Генерала Тучкова и начальника штаба второй армии, генерала Ермолова, Крампель знал лично. По этой причине он не стал задерживаться и оставив коня, прямиком направился к генералам. Представ перед ними, Крампель с оскорблённым видом подробно доложил о происшедшем. Багратион помрачнел выслушивая Крампеля.

- И где же ваш полк господин полковник? - еле сдерживаясь, зло спросил у него Багратион.

- Унтер-офицер Арсанов под угрозой убийства вынудил покинуть меня полк. Принял командование и сдался в плен французам.

- Где это произошло?

- В получасе езды отсюда! На другой стороне реки!

- Покажете дорогу, я лично хочу убедиться во всём!

По знаку Багратиона к нему подвели лошадь. Его вызвался сопровождать генерал Тучков. Крампель поехал вместе с ними показывать дорогу. Ещё издали до них донеслись выстрелы. Багратион покосился на Крампеля, но ничего не сказал. Не доехав до берега реки, Багратион направил коня на возвышенность. Тучков и Крампель остались стоять чуть ниже холма. Багратион приложился к подзорной трубе, наблюдая сражение, что происходило в непосредственной близости на другом берегу реки. Он видел горстку людей, которые медленно, шаг за шагом отходили к реке. Видел, как конница начала очередную атаку.