Белая звезда - Александр Бауров

— Это глупость! Нас лишат власти гораздо раньше, чем они осадят Асанну. Вот увидишь, как все колеблющиеся в Совете станут нашими врагами на следующий день после падения Роратона! Тогда, перестав быть министром, ты заговоришь по-другому! Тебя будут допрашивать насчет сговора, а может, нас всех сразу арестуют, тогда ты будешь снова обо всем жалеть, да?? Фолийцы нам спуску не дадут, народ же будет готов растерзать голыми руками, и все, что ты сможешь им сказать — мне очень жаль, я ошибся??

— Конечно, такое возможно, но ты слишком себя запугиваешь! Не видишь истины потому, что круглые сутки сидишь здесь за этими стенами! Ты не общаешься с народом, с людьми. После взятия Тайшета боевой дух наших сил очень высок, мы не можем позволить себе растерять все это впустую, вызвав помощь нойонов.

Этим мы подорвем доверие людей и покажем собственную слабость! Армию мертвых большинство граждан считают исчадиями зла. В идею вечной жизни никто не верит! Они наш последний козырь, последний шанс, а не оружие, которое можно использовать для тактической победы. Ты говоришь о совете, но какое он может иметь право менять руководство во время войны? Это противоречит законам, а ты и Стиллрой должны служить закону с оружием в руках. Совет можно заставить заткнуться! Если мы отступим или вызовем нойонов, то проиграем, а если будем защищаться сами до последней капли крови, бросив немногих драконов и народное ополчение в бой, то победим! И завоюем славу!

— Ты просто болтун! — Артур вскочил с кресла и бросился к кипе бумаг. — Ты это читал? А это? А это? — он хватал свитки и швырял их в Мади, те отлетали далеко на пол и бурно разворачивались, как праздничные украшения. Первый консул откинул павшую на лоб мокрую прядь и глотнул воды. После дерзко и зло глянул на брата.

— Это доклады о состоянии дел. Ты думаешь или нет, о чем говоришь? Если нет, то спроси меня, я лучше тебя знаю, что происходит в стране на самом деле! Производства нет, откупщики не могут выехать на север, требуя большей доли доходов, которая так до сих пор и не согласована Советом. Крестьяне не знают, что делать с товаром, и стоят на грани открытого бунта, купечество задавлено непомерными налогами — все ради армии. Просить на неё ещё — значит погубить государство!

— Не получить этих средств значит так же погубить! — возразил Мади.

— Не перебивай! Ты говоришь о драконах, — взгляд консула скользил по картине, изображавшей драконьего всадника, обрушивающего сноп огня на разбегающихся всадников, — но их не больше десятка, как они могут остановить тридцатипятитысячную армию? Максимум поджечь обозы. В бою могут рассеять несколько сотен человек, но их все равно убьют. У Брохильда десятки гроссов из Кревланда! Потеряв драконов, мы останемся без чести, без символа и последней возможности для защиты.

— У тебя есть твой народ! — в голосе Мади сквозило отчаяние, он видел, что переубедить брата не получается.

— У меня нет народа, это болото, а не народ! К слову о драконах, ты ведь знаешь, почему они не плодятся?! Нойоны, отступая из нашей страны две сотни лет назад, вывезли драконье кладбище Фен-Шинуй, и город Драконов опустел, говорят, все яйца, которые они не забрали с собой, они заразили какой-то дрянью. И все молодые драконы возвращаются к ним для их чудовищных экспериментов. Для усовершенствования магией и создания драконов-призраков. Так давай используем их силу. Используем мощь, рожденную в Таталии, на благо нашего горячо любимого народа! Это возврат долга, это не слабость и не уступка! Ты говорил, что сам видел истинного нойона, что он похож на человека, что он поднял из пещер горы Ферис огромную армию мертвых! Это достойный ответ Фолии, зачем же отказываться от такой помощи, если мы можем легко её получить!

— Сядь, Артур, — Мади взял его за руку и усадил в кресло, после чего сел рядом и посмотрел прямо в глаза. — Я именно потому тебя отговариваю, что видел одного из них, пусть и издали. Этого мне вполне хватило. Любой, кого они коснулись, не может остаться прежним. Он сказал слова, не открывая рта, прямо сюда, — проконсул коснулся своего виска, — лица его я не видел, но холод, неимоверный холод и боль пронзали меня. Будто он заглянул мне в душу и видел гору моих грехов. Ему очень хочется, чтобы она росла, он от всех этого хочет. Они вяжут всех порукой долга и, единожды получив от них услугу, ты будешь расплачиваться до конца дней! Послушай, Артур, послушай меня внимательно, я менее всего хочу быть их должником. Они древняя первородная сила, нам неизвестная и непонятная, мы не можем трактовать их мотивы, опираясь лишь на древние легенды.

— Все равно надо…

— Нет! — оборвал брата Мади и заговорил быстрее, будто спеша высказаться перед надвигающейся неотвратимой бедой. — Нельзя этого делать. Пойми, они не случайно подняли эту армию. Здесь в городе я слышал, что небо к югу от Хребта Пепла вновь покрыто непроглядной тьмой. Как было две сотни лет назад перед войной стихий. Они скрылись от глаза Арагона и тащат к себе разбросанные по всему свету манипулы силы. Они столкнули лбами нас с фолийцами, посеяли смуту в Кревланде, даже огромная Эрафия переживает тяжелый кризис. Это все их рук дело. Они готовят почву под свое возвращение, хотят снова бросить вызов арагонцам! Мы и раньше смело отвечали северным странам. Всегда давали понять, что привилегии Эрафии несправедливы, и нам ничего за это не было. Времена единого правления, времена Империи Солнца, где маги руководили не скрываясь, канули в Лету! Теперь же мы рискуем навлечь гнев Владык Севера и оказаться на переднем крае неимоверной бури. Это будет не вторжение тридцати тысяч наемников! Это будет война стихий, когда целые страны бесследно исчезают с лица земли. Арагон выглядит неодолимо, нойоны наверняка что-то недооценивают! Ты хочешь связаться с падшими и сгинуть, отвергнутый и проклинаемый своим народом?!

— И давно ты это понял, брат? — с издевкой спросил Артур.

— Когда побывал в их землях, когда увидел то, что считал мифом. Ты этого не понимаешь, так как не видел их мир!

— Зато я чаще бываю в столице, — голос Артура стал жестким. Для себя он уже все решил и был не намерен выслушивать более чьи-либо возражения и наставления. — Я знаю, что думает народ, не попрекай меня! Я принял решение и после твоего доклада окончательно убедился, что прав!

— Какое решение?

— Посмотри сюда, — он указал на карту Таталии, разложенную на столе, — покажи, где сейчас находится отряд Торнтона? — После некоторых раздумий Мади показал, и его брат продолжил: — Отлично, в шести днях пути от перевала старого хребта. Армия Фолии в шестидесяти лигах западнее и едва ли преодолеет это расстояние быстрее. По донесениям разведки, у них приличный обоз и осадные орудия уже в собранном состоянии. Скорее всего, дойдут за неделю. От нас скакать туда шесть дней, а республиканская кавалерия может и быстрее, верно?

— Если с ними поеду я, то успеет! — проконсулу нравился ход мысли Артура.

— Хорошо, ты поведешь гвардию. Но главное, когда ты прибудешь на холмы, то пошлешь разведку на север в поисках передовых отрядов нежити, вступишь с ними в контакт и скажешь… — Артур откинулся в кресле и высокомерно продолжил: — Скажешь: мы, правительство Таталии, принимаем наш договор к исполнению и просим помощи в войне с Фолией!

— Но, Артур?!..

— Никаких но! — вскричал консул, вскочив из кресла, лицо побагровело, вся спесь тут же пропала. — Никаких возражений! Я решил, ответственность на мне, ты служишь консулу республики, а не брату. Ты — министр и должен мне подчиниться, или я быстро найду другого исполнителя!

Мади молчал, он понял, что сопротивление бесполезно, и уже начал думать над запасным вариантом действий.

— Я подозревал, что ты будешь со мной не согласен, и потому решил, что помимо тебя гвардию поведет мой новый советник по обороне. Я наделил его более широкими правами.

Пальцы дипломата пытались отыскать в кармашках комок бодрящей жевательной смеси, но все впустую. По пути в столицу запасы карнского зелья полностью иссякли. Мади болезненно потер виски.

— Новый, кто же это?

— Френсис Ларго!

— Этот бандит?! Артур, ну это выше моих сил, он же пират и разбойник. Я просил отвадить его от нашего двора, а вместо этого он втерся к тебе в доверие!

— Для тебя это уже не важно! — после паузы добавил консул. — Он был официальным представителем Карнской империи и Киликийского союза свободных мореплавателей.

— Сборища пиратов и бандитского государства, покрывающего любой разбой на море за свою долю, — возражал Мади.

— Как тебе известно, и Фолия, и Кревланд занимаются тем же на суше, и что?

— И как же такой морской волк осел на суше?

— Мне доказали, что он чист перед нами. Последний корабль он проиграл в карты. Кажется, у него была какая-то личная трагедия — много гулял, пил, но теперь все в прошлом. Его проверяли мои личные адепты из «серых» магов… Он покончил с пьянством, а кроме того, он мастер военного дела, сам убедишься!