Лепестки холода (СИ) - Нелли Видина

— Тина, — полный безразличия голос Стаса оборвал мелодию, — рад слышать.

— Не могу ответить взаимностью, — буркнула я, а Стас рассмеялся. Я замолчала, и смех медленно угас.

— Итак? — спросил Стас как ни в чём не бывало.

— Дирк согласен присутствовать.

— Ты спрашивала согласия своего лисёнка? — в голосе послышались нотки недоверия и интереса, словно я не очевидные вещи говорю, а рассказываю про визит шестикрылых зелёных человечков с Марса.

— Разумеется.

— Мне оставить свои предостережения при себе?

— Именно.

— Хорошо. Леди Тина, её зверь лис. Имя при встрече с гостем будет излишним.

— Принимается.

— Тина, уверен ты помнишь о договорённости обсудить твой туалет.

— Чёрные замшевые туфли на низком ходу, классические брюки чёрного же цвета и блузка с широким рукавом. Я буду с оружием. Обсуждению подлежит только цвет кофты: белый, чёрный, красный или салатовый.

— Салатовый не годится. Белый — ты будешь похожа на официантку или секретаршу. Отпадает. Слишком много чёрного могут превратно истолковать. Методом исключения получаем цвет свежепролитой крови.

Некоторое время он помолчал, но, не дождавшись от меня ни какой реакции, продолжил:

— Я полагал, что увижу тебя сегодня.

— Я не поеду через весь город ради того, чтоб ты на меня таращился. Стас, можешь появиться сам, но в дом я тебя не приглашу.

Стас ответил как обычно — рассмеялся.

— Я буду, Тина, через сорок минут. Ты же не думаешь, что я упущу возможность встретиться с той единственной леди, что сумела стать моей равной.

— Бездарный способ произвести на меня впечатление.

И снова смех.

— Я доставлю вещи, из которых Дирк выберет то, в чём будет на встрече. Этикет должен быть максимально соблюдён. Достаточно, что вызов всем нормам и традициям бросает твой наряд. Скоро буду, Тина.

В трубке послышались гудки. Я мысленно ругнулась и пошла переодеваться. Завтрашней ночью Стас и я будем союзниками. Я переобулась в туфли и разделась до белья. Говорить Стасу, где и какое у меня оружие припрятано я не собиралась, но покажусь при полном параде. Я цепляла ножи к лодыжкам, поясу, рукам. Острую спицу с бусиной-набалдашником закрепила в пучок, который носила. Потом оделась и спешно вышла на улицу. Я не думала, что Стас ограничится ролью моего личного стилиста. Никогда не мечтала об уроках вампирьего этикета.

Подумав, я взяла с террасы два стула и вынесла к машине. Я поставила их на расстоянии друг от друга и села на тот, что был спинкой к дому. Хоть какая-то иллюзия защиты затылка. Стас прибыл не через сорок минут, как обещал, а уложился в полчаса.

— Ты раньше, — обвинила я.

— Не хотел заставлять ждать, Тина, — улыбнулся кровопийца.

— Я надеюсь, что в следующий раз ты будешь выражаться точнее.

— Будет следующий раз? — весело уточнил Стас.

Я встала со стула.

— Я оденусь так.

Стас вздохнул нарочито громко, потом его голова резко дёрнулась вниз и вверх, что означало кивок:

— Признаться, я боялся, будет хуже. Ты вооружена?

— Я не буду безоружной.

Снова кивок.

— Зачем эти замечательные стулья? Ты хочешь продлить минуты нашего общения и превратить их в часы?

— Я хочу знать, чего ждать завтра, — я села, и Стас последовал моему примеру.

— Знаешь, чем они замечательные? Стулья, я имею в виду.

Я не ответила.

— Мне они кажутся тайными пыточными агрегатами. Настолько неудобные, что долго не усидеть. Я разгадал твой коварный план.

— Я сижу. И давай займёмся делом.

Стас поднял руки, шутливо признавая поражение. С его лица сползли все эмоции, их как отрезало. Передо мной сидел настоящий мертвец, не пытающийся притвориться живым. Ни единого движения, кроме шевеления губ. Я слегка поёжилась.

— Твоё присутствие необходимо только на официальной части приветствия и прощания. Тайрик, так его зову, вампир в ранге мастера, был третьим в иерархии вампиров мелкого литовского городка, название которого тебе ничего не скажет.

— Почему он нелояльный?

— Он будет меня испытывать. Для своего мастера города или для себя лично. Второй вариант предполагает вызов и гибель одного из нас. Это опаснее и легче. В первом случае он не выйдет за рамки норм и превратит встречу в состязание изворотливости и садизама.

Я выругалась вслух.

— Какими приличными словами ты ругаешься!

— Лексику портовых грузчиков применять не обучена, — огрызнулась я.

— И впрямь леди, — улыбнулся Стас, и мне стали видны белые кончики его клыков. Свойская доверительная улыбка.

— К делу, Стас.

— От тебя потребуются слова приветствия. Я говорю первым, как хозяин приёма. Он ответит. Тогда очередь за тобой. Затем Тайрик вручит нам подарки. Отказываться нельзя. Только если есть весомая причина, например, нарушение человеческого законодательства для тебя. Совместная трапеза.

— Я должна смотреть, как вампы выгрызают людям горло?! — я была искренне возмущена и потрясена.

— Нет. Никаких убийств. Тот факт, что ты человек и не пьёшь кровь, даёт мне право ограничиться кубками, поскольку иное тебе не доступно. Но тебе будут говорить вежливые гадости и провоцировать.

— Ясно.

— Вещи для лисёнка, — Стас кивком указал на небольшую спортивного вида сумку, с которой появился, — Выспись, постарайся появиться до заката бодрой, сытой и ко всему готовой.

Я выразительно фыркнула, а Стас встал и легко ушёл вверх, словно его поднимал невидимый мне скоростной лифт. Я вернула в террасу стулья, бросила сумку Стаса на один из них, предварительно ощупав её своим холодом, ничего опасного не обнаружилось. Я пошла спать. Завтра меня ждёт тяжёлая ночь.

К башне я приехала загодя, как Стас и просил. Я была одета в те самые чёрные брюки, красную блузку и увешана ножами. Волосы я собрала в низкий пучок, выпустив один локон. В причёску я воткнула три серебряных и очень острых шпильки длиной в ладонь. И всё равно я чувствовала себя на редкость неуверенно. До сих пор мне ни разу не приходилось играть в клыкастую политику.

Дирк шёл следом за мной, чуть справа и стабильно отставал на три шага. Предложенные Стасом вещи он одобрил: добротный костюм тёмно коричневого цвета и кристально-белая рубашка. В последний момент Дирк решил не надевать пиджак и ограничился расстёгнутым жилетом.

У входа меня ждал мужчина лет двадцати. Он не прятал ни шею, ни руки. И он весь был искусан. Чтобы стать обладателем стольких шрамов нужно продержаться рядом с вампами не один год. Обычно закуска столько не живёт. Я невольно поёжилась.