Я забуду тебя завтра... - Анастасия Колмогорова

потом тебя находят с дыркой во лбу, как в фильмах. Тем не менее я кивнула, сделав вид что верю, и вдруг поняла что вообще никому не верю. Кроме Грешника. Он никогда мне не врал. Всегда говорил правду, какой бы она не была. Да, издевался иногда, недооценивал, но не врал. А я о нём так подумала. Решила что ошиблась на его счёт. Какая же я идиотка.

Всю дорогу мы ехали в молчании. Я не отводила взгляда от Климова, как бы не пыталась. Ну не выглядит он майором. Сколько ему лет? Двадцать пять? И в этом возрасте он получил такое звание?

— Мне 31.

Я смущенно отвернулась и буркнула извинения, на что он рассмеялся.

— У тебя на лице всё написано. Тебе нужно научиться скрывать свои эмоции.

Я кивнула, переводя взгляд на сцепленные в замок руки.

— Папа тоже так говорит. Всё время шутит, что шпион из меня так себе.

— И он прав. Сколько тебе лет?

— Восемнадцать. В том месяце исполнилось.

— Понятно. С прошедшим тебя. В твоём возрасте я уже работал в СБР, так что гуляй, пока молодая.

Я скорчила гримасу.

— Не. Клубы не моё. Я люблю дома сидеть.

Он усмехнулся.

— Мне бы сестру такую. Вечно забирал её из клубов и вытаскивал из злачных мест.

— Любит тусовки?

Он покачал головой.

— Любит журналистику. Вечно лезла в самое пекло в поисках сенсации, чтобы попасть на первую полосу.

— Ого. Не думала что это такая опасная профессия.

— Если ведёшь колонку про животных, то нет. Ей же преступников подавай.

— Я бы хотела с ней познакомиться. Она, наверное, интересная личность.

— И познакомишься. Я тебя к ней и везу.

И спустя полчаса мы действительно остановились у подъезда элитной многоэтажки. Выйдя из салона, я смогла заметить кучу людей по периметру двора. Было странно, что такие меры приняли из-за меня. Ну уж слишком много людей. По человеку на два метра. У всех оружие и довольно злобные псы, которые оскалились при виде меня. Я безумно любила собак, но эти пугали. Я таких злых в жизни не видела.

Поднявшись на лифте на восьмой этаж, мы подошли к железной двери с золотыми цифрами над глазком. После звонка нам открыла молодая девушка двадцати трёх или двадцати пяти лет. У неё были волосы тёмного шоколада, тёмные карие глаза и потрясающая фигура. Мне бы такую.

— Привет. Ты Рина?

Я кивнула, принимая её приглашение войти в квартиру, которая удивляла своими размерами. Тут было два этажа и полно старинных вещей. Вазы, картины, статуэтки, мебель. И всё это так прекрасно гармонировало с современной планировкой! Явно поработал хороший дизайнер. Поучиться бы у него.

— Меня зовут Кристина. Я сестра этого оболтуса.

Я улыбнулась. Сразу видно, что она младшая.

— Данил много о вас рассказывал.

Она закатила глаза.

— Я даже догадываюсь что. Ты голодна? Я там курицу приготовила. Ужасно хочу есть.

— Нет, но компанию составлю.

Не хочу оставаться одна. Тем более Данил ушёл разговаривать по телефону. За время поездки мы немного сблизились. Исчезло это напряжение, и я поняла что мои подозрения были беспочвенны, но друзьями мы не стали. И не думаю, что получится, как ни как я стреляла в него. Хоть и в состоянии аффекта. Наверное.

Зато с Кристиной я быстро нашла общий язык. Девушка мне очень понравилась своей самоиронией и, что довольно странно, катастрофичностью. Она постоянно о что-нибудь ударялась и чаще всего даже не замечала этого. Угол стола, проём двери, ножка стула, кран, то пальцы прихлопнет холодильником, то горячим воздухом ошпариться. Она явно может бороться за звание природного катаклизма. Но что меня удивило больше, так это её проницательность. После очередного моего поворота головы в сторону двери, она взяла меня за руку и успокоила:

— Не волнуйся, Рин. Он вернётся. Они всегда возвращаются.

Удивительно, но от её прикосновения я тоже не почувствовала боли. Я даже и не заметила этого. Словно так и должно было быть.

— Ты давно их знаешь, да?

— С подросткового возраста. Как только Данил вступил в отряд Захарова, они все стали нашей семьей. Так что будь уверена, что бы не произошло, они всегда найдут выход.

Я кивнула, но тревога так и не ушла. Два часа уже прошли, а его нет. Зря я уехала без него. Понимаю, что ничем не помогла бы и только под ногами мешалась бы, но… Господи, как же сильно я переживаю!

— Он заставил меня уехать. Сперва всё было хорошо, мы даже шутили, а потом как с цепи сорвался. Выгнал меня.

— У Ильи сложный характер. Он как… Как цунами. Сейчас весел, через секунду хмур, ещё через секунду снова весел. От него можно ожидать чего угодно.

Я упёрлась локтем в стол, а в ладошку щекой.

— И кажется, его хмурость всегда достается мне.

— Скорее всего, потому что ты ему перечишь. Он этого терпеть не может.

Я кивнула, скорчив кислую гримасу.

— Да. Есть такое. Но…

Я уткнулась взглядом в кружку с чаем и закусила губу. Так хочется поговорить о нём и о наших отношениях с Грешником с кем-нибудь. Узнать совета. Попытаться понять. Но не думаю, что Кристина тот человек. Однако она настояла:

— Что не так, Рин? Он тебя обидел?

Я в удивлении посмотрела на неё и закачала головой.

— Нет! Нет, просто… Я не понимаю его иногда. И… И я не знаю что мне делать. Он… Я, кажется, люблю его.

Тишина давила на мозг. Кристина молчала, смотря на меня так, будто я не Грешника полюбила, а свинью. То ли с осуждением, то ли с жалостью. Я не могла понять, пока не допёрла.

— У него кто-то есть, да?

Пришла её очередь удивляться.

— В смысле? У Ильи-то? Пфф… А хотя… И есть, и нет. У него есть любовницы, как и у многих других холостяков, и вот они и есть проблема.

Я нахмурилась.

— Почему?

— Илья… Он владеет стрип-клубами и… И буквально торгует любовью. Находит любовниц для шишек. А значит найти себе подобных не проблема. Тебе надо постараться, чтобы он выбрал тебя, а не тех с кем ему легко.

Я заморгала, не веря в услышанное.

— И сколько у него этих любовниц?

— Насколько знаю пять.

А с виду и не скажешь. Откуда у него столько времени и сил на целых… Так стоп!

— Пять постоянных?

— Да, а что?

— И как мне от них избавиться?

— Предложить то, чего нет у них.

— Но я не товар.

Она усмехнулась.

— Для того, кто торгует любовью все женщины товар,