По праву рождения - Нора Робертс

«Трехлетний малыш, – подумала она. – Перепуганный, травмированный… И мучается до сих пор. Чувствует себя виноватым».

И она повела себя с ним так, как если бы речь шла о ней самой. Она отпила пива и откинулась спиной к стене.

– Ну и как? Ты до сих пор боишься бородатых толстяков в красном костюме?

Дуглас рассмеялся. И плечи у него расслабились.

– О да.

Было уже глубоко за полночь, когда Долан подошел к опушке и взглянул на площадку, которую сам еще совсем недавно разметил под строительство домов. «Ваш дом на ручье Антитам». Его вклад в развитие родного города. Хорошие, добротные дома по доступной цене. Дома для молодых семей, мечтающих о сельском воздухе и городских удобствах. Тихое, живописное местечко… и всего четверть часа езды до федеральной автострады.

Он заплатил хорошие деньги за эту землю. Теперь проценты по займу съедят всю годовую прибыль, если он не вернется к строительству и не успеет сдать объект в срок. Он потеряет уже подписанные контракты, если простой затянется больше чем на два месяца.

Это несправедливо, думал он. Какое право имеют эти люди, которых вообще никто сюда не звал, указывать ему, как управлять фирмой «Долан и сын»? Историческое и Природоохранное общества уже заставили его потерять кучу времени и денег. Но он играл по правилам, платил адвокатам, выступал на городских собраниях, давал интервью. Все по уставу. Что ж, пришла пора закрыть устав.

Откуда ему знать: может, эта Лана Кэмпбелл и ее психованные экологи, любители зеленых насаждений, черт бы их побрал, нарочно заварили всю эту кашу, чтобы заставить его продать им участок себе в убыток? Может, вся эта банда хиппи – ученые, мать их! – с ней в сговоре? Нарыли кучку костей и подняли хай до небес. На кой хрен сдались людям эти кости? Людям нужны дома. И он построит им дома.

Вот поглядим, что запоют репортеры, когда узнают, что это за кости. Оленьи, свиные, говяжьи косточки. В гараже у него стоял морозильник, и он всегда держал там добрый запасец для своих собак.

Долан бросил довольный взгляд на большой и плотный мешок для строительного мусора, который приволок на себе от машины, оставленной в четверти мили от площадки. Сейчас, сейчас он преподаст урок этой сучке Данбрук.

Явилась к нему на стройку, наорала на него прямо на глазах у людей. Натравила на него шерифа. Вот змея! Во второй раз его унизила. Ему учинили допрос, как преступнику. Он порядочный гражданин, столп общества, черт бы его побрал, а не мальчишка-сопляк с банкой краски. Нет, это ей так с рук не сойдет. Она хочет обвинить его в вандализме? Прекрасно! Он облегчит ей задачу. Они хотят играть в грязные игры? Он им покажет, как играть в грязные игры. Они побегут, поджав хвосты, и весь город будет смеяться им вслед. А он вернется к строительству.

Людям надо жить сейчас, твердил он, вскинув мешок на плечо. Им надо растить детей, платить по счетам, вешать занавески, сажать цветочки в садике. И, видит бог, им нужны дома, чтобы жить. Сегодня. И плевать им на то, как жили какие-то первобытные обезьяны шесть тысяч лет назад. На него работают люди, они зависят от него. Им надо семьи кормить. Он делает это ради них, уверял себя Долан, выходя из-за деревьев.

На другом конце поля маячил трейлер. Долан знал, что какой-то хрен моржовый сидит там внутри, но свет был погашен. Дури небось накурился да и дрыхнет.

– Ну и черт с ним, – пробормотал Долан и посветил карманным фонариком себе под ноги.

Все изрыто, как после бомбежки. Он понятия не имел, чем одна дыра отличается от другой, и убедил себя, что никто этого не знает. Он тихо прошел к одному из квадратов, оглядываясь то на трейлер, то на лес при каждом шорохе. Внезапное уханье совы напугало его, он от неожиданности уронил мешок, но тут же посмеялся над собой. Подумать только, такой стреляный воробей, и вдруг темноты испугался! Да он охотился в этих лесах с детских лет!

Ну, не в этих лесах, признался себе Долан, вновь пугливо косясь на безмолвные черные тени деревьев. Местные старались обходить Саймонову Яму стороной. Он-то, конечно, в привидения не верит. Но кругом полно других мест, где можно и поохотиться, и погулять, и палатку поставить. Зачем же лезть туда, где по ночам жуть пробирает?

Вот когда он построит тут дома, тогда другое дело, сказал себе Долан. Люди будут подстригать газоны, дети – играть на площадках. Вечерами будут смотреть телевизор, пока в кухне на плите будет поспевать ужин. Продолжая с опаской поглядывать в сторону леса, он поднял мешок с костями. Ему пришлось утереть пот, скопившийся над верхней губой. Казалось, тени раскачиваются, собираются вокруг него, придвигаются все ближе.

Рука у него дрожала, когда он нащупал в мешке холодную влажную кость. Долану не хотелось спускаться в яму. Все равно что в могилу залезть. И что ж это за люди – роются в земле, выкапывают кости прямо как вурдалаки!

Он возьмет сейчас лопату, вот что он сделает. Возьмет лопату и зароет кости в кучах земли вокруг ям. Какая разница?

Опять послышался какой-то звук: всплеск воды, шорох в кустах. Долан стремительно повернулся и посветил узким лучом фонарика в сторону деревьев. В сторону пруда, в котором мальчишка по имени Саймон утонул задолго до того, как сам Долан появился на свет.

– Кто там? – Сдавленный голос Долана прозвучал неуверенно, фонарь так и прыгал у него в руке, зигзагами света прорезая темноту. – Нечего тут шляться, это моя земля! У меня есть ружье, и, если надо, я пущу его в ход.

Теперь лопата ему была необходима – не как инструмент, а как оружие. Долан бросился к брезенту и зацепился ногой за одну из натянутых веревок. Он растянулся со всего размаху, содрал кожу на ладонях, выбросив их вперед, чтобы смягчить падение. Фонарик отлетел далеко в сторону.

Долан выругался, поднялся на колени. Здесь никого нет, сказал он себе. Кому тут быть в час ночи?! И чего он испугался – шарахается от теней?!

Но когда тень упала прямо на Долана, он не успел закричать. Ослепительная боль от удара по затылку длилась всего секунду. Когда его тело подтащили к пруду и столкнули в темную воду, Долан был так же мертв, как и Саймон.

Часть II

Раскопки

Что вы ищете живого между мертвыми?

11

Промокший насквозь Диггер, жадно затягиваясь, курил сигарету, которую стрельнул у одного из помощников шерифа. Диггер бросил курить два года, три месяца и двадцать четыре дня тому назад, но в это утро, выйдя к пруду по малой нужде в рассветном тумане и обнаружив труп, он снова закурил.

– Я просто взял и прыгнул. Ни о чем не думал, просто прыгнул. Я уже наполовину вытащил его на берег, когда заметил, что череп размозжен. «Поцелуй жизни»[16] был ему не нужен. Уже не нужен.

– Ты сделал все, что мог. – Колли обняла его за тощие плечи. – Тебе бы переодеться в сухое.

– Они хотят еще раз со мной поговорить. – Мокрые пряди волос свисали вдоль его лица, как пакля. Рука, подносившая сигарету ко рту, дрожала. – Терпеть не могу разговаривать с легавыми.

– Да кто ж это любит?!

– Обыскивают мой трейлер!

Колли поморщилась, оглянувшись через плечо на грязный трейлер.

– Что у тебя там? Травка? Тебе грозят неприятности?

– Нет, травку я давно бросил. Вместе с табаком. – Он с вымученной улыбкой поглядел на сигарету, докуренную уже почти до самого фильтра. – Может, стоит и то, и другое начать сначала? Господи, Колли, эти сукины дети думают, я это сделал!

– Им просто надо все проверить. Но если ты хочешь, мы пригласим адвоката. Я могу позвонить Лане Кэмпбелл.

Он еще раз затянулся, покачал головой:

– Да черт с ними, пусть смотрят. Ничего они там не найдут. Уж если б я решил убить кого-нибудь, я бы все устроил куда лучше. А я даже не знал этого сукина сына. Я его даже не знал.

Диггер опустился на землю прямо на берегу Саймоновой Ямы, глядя на клочья тумана над водой. Колли знаком попросила Рози остаться с ним, а сама направилась к Джейку.

– Что они говорят?

– Да почти что ничего. Но кое-что и без них можно понять.

Они огляделись вокруг. На раскопки прибыл шериф с тремя помощниками, место преступления – с квадрата Б-10 по квадрат Д-15 – уже было огорожено желтой полицейской лентой. Тело Долана лежало лицом вниз на примятой траве рядом с прудом – там, где его оставил Диггер. Рана была обескровлена. Колли заметила, что череп неестественно сплющен. От удара осталась глубокая вмятина.

Это мог быть увесистый булыжник. Удар нанесен сзади, сверху вниз. Скорее всего, двумя руками. Она смогла бы составить себе более полную картину, если бы ей разрешили осмотреть череп вблизи. Но и оттуда, где стояла Колли, было видно кровавое пятно в том месте, где он упал. Там он начал истекать кровью. Кровавый след тянулся к воде.

Повсюду виднелись следы ног. Некоторые из них принадлежали ей самой, подумала Колли, другие – Джейку и остальным членам команды. Отчетливо виднелись следы босых ног Диггера, идущие к воде, и его же следы, более глубокие, более редкие, ясно указывающие, что он бегом возвращался к трейлеру.