Пропавшая наследница Цакары (СИ) - Бессмертных Александра

Время остановилось. И лишь вершник продолжал движение. Достигнув алтаря, он обнажил лезвие чёрного клинка Таурина и поразил, минуя апостола, застывших стражей. Те исчезли. Потом подоспевший вовремя наездник обратился к Реянне:

— Хочешь ли ты жить, осужденная?

— Д-да… — робко прошептала та. С горечью смотря на чёрный клинок Таурина, понимая, что Геянмиллор не сообщил князю тэргов о случившимся и призвал Вестника. Понимая, что Седон не придёт на помощь…

— В моих силах сделать это, но… — Вестник замолчал и окинул пристальным взором сжавшуюся на гранитном постаменте фигурку. — При условии, что ты вернешь то, что взяла. Он не твой. Так каким будет твой ответ, последняя наследная дочь Цакары?

Повисла звенящая тишина. Почему Вестник назвал её последней наследной дочерью? Ведь есть ещё младшая принцесса Майя от второго брака.

Реянна не спешила отвечать. Знала, что Вестник не обманет, но… но тогда всё содеянное канет во тьму. Их с Седоном любовь, общий ребёнок. Всё то, что они сделали уже, чтобы прекратить войну. Отдай она сейчас Кулон Вестнику, тот вернёт его в сокровищницу, и ненавистная мачеха вскоре захватит власть. Как бы Реянна ни желала, она не могла остаться. Не суждено ей прожить счастливую жизнь и воспитать с Седоном детей. Их чувства с самой первой минуты были обречены на несчастье. В мимолётном порыве коснувшись рукой живота, наследная принцесса попросила у нерождённого ребёнка прощения. Она должна это сделать…

— Нет. Не верну! Не доверюсь на этот раз оракулу! — смело воскликнула Реянна, твердо смотря на своего палача, который стал бы спасителем, выбери она иной путь. Затем достала из потайного кармана аметистовый кристалл в форме сердца, обрамленный золотом, и сжала в ладони. — Во имя Древних и свободы народа я прошу тебя, Рэгнур, прими мой Дар Жизни и защити моих людей!

С небес сорвалась молния, проникла в храм сквозь расщелину в крыше и ударила в принцессу. Кулон рода разлетелся на множество осколков, которые ветер унёс ввысь, и он поднимал их всё выше и выше, пока не раскидал по разным мирам.

А всадник склонился над лежащей последней дочерью Цакары и проговорил:

— Мудрое решение, дитя. Мир и твои подданные отныне в безопасности., — Оон с помощью магии поднял ещё дышавшую наследницу и усадил впереди себя, укутал плащом. — Однако, как только аметистовый кулон будет вновь собран, ты вернешься, чтобы спасти свой народ снова. Так предсказал Оракул.

Реянна чуть улыбнулась, и её веки закрылись, перестало биться и чистое сердце в груди. Вершник дёрнул поводья, белоснежный конь увозил уже бездыханное тело наследницы прочь из древнего храма.

Однако на выезде с крыльца храма дорогу Вестнику преградил запыхавшийся князь тэргов.

— Стой! Ты… — Седон осекся, увидев Реянну в руках Вестника. — Чт-то с… ней?

— Ты опоздал, тэрг. Принцесса мертва, — произнёс Вестник сухо. Он не испытывал эмоций, потому что не являлся живым. Ему не понять чувств утраты и скорби на лице князя тэргов.

Опоздал. Жуткое слово, разом перечеркивающее всё ценное и значимое в жизни. Саму жизнь.

— Н-нет… Она не могла… Они не могли просто умереть! — Седон грохнулся коленями в траву, грудь свело нестерпимой болью, он схватился за сердце, чёрные волосы занавесили от Вестника лицо князя.

— Они? О ком ты молвишь, тэрг?

— О нашем с принцессой ребёнке…

— Ребёнке? — Вестник удивился. Приложил ладонь к маленькому, но уже округлому животу принцессы, что был незаметен среди пышных юбок платья. Слабый отголосок сердцебиения ощутил Вестник.

— Он ещё жив.

— Что?..

— Жив ещё ваш ребёнок.

***

Яна с трудом приходила в сознание. Образы виденного отпускать никак не хотели, всё тянули холодными хлыстами в горькую бездну.

— Господин! Смотр-реть, принцесса очнуться! — совсем рядом заголосил кто-то — наверное, Дик, а может, и Рид.

У Яны не получалось разлепить веки, но теплую широкую ладонь на своём лбу она ощутила достаточно хорошо.

— Жар спал наконец. И она почти очнулась, — прошелестел бархатный голос князя возле уха. Ох! — Дик, зови шаманку.

Лайири затопал к выходу и чем-то стукнул, наверное дверью, решила Яна. Она никак не могла сообразить, что происходит.

— Рея, открой глаза. Ну же.

Яна чувствовала: Седон очень близко. Это смущало. Особенно после того, что между ними произошло. Стоп. А что произошло? Вереницей кадров вновь замелькали виденные образы, и Яна резко открыла глаза. Да, князь склонился над ней недопустимо близко.

— Ты…

— Очнулась. — Обеспокоенное лицо тэрга тут же сменилось нейтральными эмоциями, словно князь только что опомнился. — Что видела?

— Я… — Яна задумалась, а нужно ли ему рассказывать об этом. Похоже, когда она коснулась осколков Кулона Богов, её посетили воспоминания принцессы Реянны, Вестника и… «прежнего» Седона. Что, если князь тоже ничего не помнит?

— Ничего. Просто сон.

— Просто очередной сон, значит, — криво ухмыльнулся тэрг, естественно не поверив.

Шаг X

Яна «спала» около двух суток и за это время пропустила много чего интересного. Лёд, сковавший всю планету, тронулся. В быстром темпе всё принялось таять, словно волна сходила. Место, где буйствовали осколки Кулона Богов, как изначально предполагал Седон, не являлось коралловым дном моря, оно оказалось закристаллизованным островом, на котором жило племя людей.

Кстати, о последних. Замёрзшие люди тоже оттаяли и предстали перед лайири и князем вполне себе живыми. Впрочем, как и обитавшие растения и животные. Магия. Не иначе. Их шаманка поведала, что пятнадцать сезонов назад в небе сверкнула вспышка и на остров упали две звезды, а потом начались погодные катастрофы. В желании спастись её племя спустилось к сердцу острова, где сконцентрировались остатки тепла, но племя не дошло, замерзнув раньше. А теперь благодаря пришлым странникам на огромных птицах всё возвратилось на круги своя.

— Они возвели нас чуть ли не в ранги богов. Когда всё более-менее просохло, племя соорудило хижины из широких листьев и тонких стволов деревьев, полы застелили сохранившимися шкурами из сундуков. Эту хижину выделили нам, — Седон с привычной усмешкой пересказывал ошалевшей Яне историю народа этого мира, пока Дик ходил за шаманкой. — Мы с лайири успели хорошенько отдохнуть, пока ты находилась в царстве сновидений.

При последних словах Яну прожег подозрительный взгляд князя. Она отвела глаза, повыше подтянув покрывало: внезапно пробрал холод. Скорее от испытываемых эмоций.

Застучала, отодвигаясь, входная дверь домика, пропуская коренастую седовласую женщину. Да, именно женщину, а не горбатую старушку, как представляла себе псевдопринцесса. И одеяние её не состояло из шкур и амулетов — обычные серая рубашка и широкая юбка по щиколотку песочного цвета. Шаманка подобралась ближе, велела Седону оставить их с девушкой одних и, как только князь вышел, присела перед Яной.

— Ну, как себя чувствуешь? — с участием справилась. — Может, болит чего?

— Н-ничего не болит. Спасибо.

— Ничего, говоришь, — улыбнулась, склонив голову к левому плечу. — А как же сердечная боль?

— Ч-что? — пробрала крупная дрожь. Яна непонимающе уставилась на шаманку. Серые, подёрнутые странной мерцающей пеленой глаза той смотрели прямо в душу, выворачивали наизнанку и обнажали потаённые чувства.

— Не бойся меня, вовсе не я желаю тебе зла, — шаманка правильно истолковала реакцию псевдопринцессы. Выпрямив голову, женщина поправила выбившиеся седые локоны из хвоста и скрестила руки на коленях. — Меня зовут Раура. Многие обычные люди, обделенные способностью видеть незримое, пугаются. Этот Дар Боги дают единицам. Мне Дар перешёл от пра-пра. И как печально бы ни звучало, за несколько лун до катастрофы мне явилось о ней видение, — улыбнулась шаманка своему отступлению от главной темы, а затем посерьёзнела: — Я не буду выспрашивать твою предысторию. Уверена, что ты, принцесса другого мира, и не расскажешь мне. Но я искренне хочу помочь. Мне «видимо» далеко не всё, но знаю, твои страдания связаны с тем, кто только что покинул хижину. Тяготит тебя ваша утраченная связь. Ты заблуждаешься, разделяя свою жизнь на «до» и «после» трагедии, которая якобы лишила тебя памяти. Прежнюю свою жизнь ты забыла в мире, откуда родом.