Целого мира мало - Катерина Полянская (Фиалкина)

— Только не говори, что у тебя тоже рефлекс, — угрожающе зашипела Лизавета.

Нет, это уже не дом, это дурдом какой-то!

Цветок с чавканьем дожевывал обломившееся ему угощение.

— Мы своих не грабим, — оскорбился блондин, торопливо поворачиваясь к ундине лицом, дабы скрыть конфуз, и опасливо кося глазом в сторону прожорливого растения.

— И что же ты тут делаешь?

Лизка отнюдь не была уверена, что хочет знать ответ, но не спросить было бы и вовсе глупо.

— Присматриваюсь, — честно ответил блондин. — Вдруг свадьба не состоится?

— Ты мой хороший, — ворковала ундина над распустившимся от гордости цветком, даже пышный бутон расцеловала. — Ты мой охранник! Побил тебя злобный дядька?

Судя по нескольким лепесткам, валяющимся на полу, пострадал в неравной схватке именно цветок. Нет, больше всего, конечно, досталось несчастным штанам, но они-то верещать уж точно не могли!

Почувствовав столь пристальное внимание к своей зубастой особе, тетушкин подарок картинно поник, напрашиваясь на новую порцию ласки. И Лизка с радостью купилась! С удовольствием бы наподдала блондинистому нахалу, но того уже и след простыл, так что оставалось только наглаживать довольно ворчащее растение.

— Передвину, пожалуй, тебя к двери, — решила наконец царевна, — будешь мне лазутчиков ловить. Можешь даже сразу есть, разрешаю! А выдастся у Крейра свободная неделька — к тетушке съездим, подружку тебе выпрошу…

С этими словами Лизанда забежала в купальню, схватила полотенце и была такова.

По дороге никто не встретился. Лизка сама не знала, почему любимой купальне сегодня предпочла подземное озеро, но настроение было странным… Со страшной силой тянуло нырнуть в ледяную воду бьющего внизу источника: очищенная магией и подогретая ею же вода из крана ее сейчас не устраивала. То ли ундина проснулась, то ли… Что? Лизанда в задумчивости повертела на пальце кольцо, найденное когда-то на дне Ледяного океана. Так и не снимала его ни разу с тех пор, как Крейр отдал.

Холодный, точно из снега или льда, камень будто бы светился в полутьме нижних этажей. И на ощупь становился влажным, если держаться за него долго. Начинал таять?

Лизка тряхнула головой, чтоб всякую чушь оттуда выбросить, оставила одежду и с разбегу сиганула в темную воду. Холодная толща тут же сомкнулась над головой, в тело словно тысяча призрачных игл вонзилась. Но страха, который иногда охватывал Лизу в океане, не было.

А стоило появиться хвосту, и холод чувствоваться перестал.

Наслаждаясь одиночеством, царевна дурачилась, подпрыгивала над водой, любуясь бликами от кружащих в воздухе светильников, и вновь падала в озеро, окатывая все кругом брызгами. Роскошный хвост искрился и казался почти фиолетовым.

Потом погрузилась на дно и с удивлением обнаружила, что здесь тоже есть своя жизнь. Маленькая и незаметная, совсем не такая кипучая, как в море у матушки, но есть! Водоросли казались совсем молоденькими. Зеленые росточки с упорством муравьев просачивались между камнями и робко выглядывали, силясь дотянуться как можно выше. Когда-нибудь…

Странно. Лизанда готова была поклясться, что в прошлый свой визит сюда тоже ныряла глубоко, но дно тогда казалось мертвым, точно Ледяной океан. Еще было с пяток перламутровых ракушек, но о времени их появления Лизка сказать ничего не могла. А надпись, выцарапанная чем-то острым под одним из каменных берегов, и вовсе почти стерлась от времени.

«Андид и Нотиллард».

В глазах появилась резь, но царевна ее прочитала!

И кто это такие? Очередной темный, женатый на ундине? Лизавета изо всех сил напрягала память, но нужной информации выудить оттуда так и не сумела. Могли бы и расшифровать для потомков! А теперь что? Придется читать летопись. Если Крейр не вспомнит…

Но на мужа в таких делах надежды мало, а мысль о том, что придется засесть за книги, заранее навевала дрему. Даже плавать расхотелось! А ведь в параллельном мире такой лентяйкой не была…

Додумать мысль Лизанда не успела. Берег был уже совсем близко, когда вода вдруг обожгла холодом, напоминая, кто здесь чужой и, по чьему-то неизвестному мнению, явно лишний. Но страх отчего-то запаздывал, а рефлекс уже выработался.

Наученная прошлым опытом, Лизка изо всех сил толкнулась хвостом и кулем вывалилась на берег, обдирая локти.

И с удивлением уставилась на мокрые и покрытые зябкими пупырышками ноги. Опять двадцать пять!

— Нет, — упрямо покачала златокудрой головой сваха, — через месяц никак нельзя. Через месяц у меня другая пара женится!

Яла с Лейвом обменялись обеспокоенными взглядами.

— Мы хорошо заплатим, — встрял практичный Крейр.

Тут рыбка и вовсе вспыхнула от возмущения.

— Обижаешь! Вы мне почти семья, кто же со своих деньги берет?

Вместо ответа колдун хмыкнул недоверчиво и скосил взгляд на будущего зятя, с которым как раз накануне оклад стража границ оговаривал. Но блондин усовеститься и сбросить пару десятков монет не возжелал категорически.

— Постой-ка… — опомнилась Лизка. — Мы — родные, но женить ты кого-то другого собралась!

Золотисто-ореховые глаза Луилит таинственно сверкнули.

— Неужели?..

У царевны даже дыхание сбилось — так боялась она поверить неожиданному счастью.

— Уговорила! — хлопнула в ладоши властительница желаний. — Теперь надо ловить момент, пока не передумали.

— А жить где решили?

— Днем — каждый у себя, а по ночам — в Заресье.

Все прочие присутствующие вслушивались в разговор ундины со свахой с хроническим непониманием на лицах. Наконец Крейр взялся прояснить ситуацию:

— Это то, о чем я подумал? Алисса и Константин женятся?

Две счастливые улыбки были ему ответом.

— Тсс! — Лули приложила палец к губам и хитро улыбнулась. — Официального объявления еще не было. Так что не вздумайте пока бежать с поздравлениями. И вообще я вам ничего не говорила!

Лизка фыркнула смешливо и набросилась с объятиями на почти родственницу. Совсем немного времени пройдет — и еще на две состоявшиеся пары станет больше! Ну разве жизнь не прекрасна?

— Вот не темная ты душа, Лизавета, — сокрушенно завздыхала Ялисса, — и дар наш тебя ни капельки не изменил! Та же Ариста сейчас точно переживала бы, что рискует не стать наследницей заресского престола. А риск большой, учитывая долгую разлуку венценосных родителей…

Родной брат? А может, даже еще и сестра? Лизанда отлепилась от рыбки и принялась шарить взглядом по уютной гостиной, выбирая, кого обнимать следующим.

— Итак, вернемся к нашим брачующимся, — не смог остаться равнодушным к чужой радости правитель Угодий. На то и колдун! — Лули, когда дату назначишь?

Под устремленными на нее взглядами (двумя умоляющими и одним требовательным) сваха надолго задумалась. Яла успела растерзать диванную подушечку, Лейв прокусил губу до крови, а Крейр раз десять измерил небольшую комнатку шагами, прежде чем прозвучал ответ:

— Не раньше чем через два месяца.

Ялка спала с лица.

— Так долго?!

Старший брат, коим с самого детства привык считать себя Крейр, отреагировал незамедлительно:

— Я что, скоро стану дядей?

— Как ты мог обо мне такое подумать?! — мигом раскраснелась Ялисса.

— И обо мне! — не забыл вклиниться будущий родственник темного семейства.

Под их напором темный свою грозность подрастерял и вроде бы раздумал воспитывать вполне взрослую и самостоятельную сестру.

— Будто бы я не знаю, каким таким чудесным образом к тебе иллюзорный дар перешел, — проворчал себе под нос, усаживаясь рядом с женой и обнимая ее за плечи.

— Вот и знай себе на здоровье, — хмыкнула Яла, любяще поглядывая на жениха. — А в остальном — только после вас.

Стоило Луилит скрыться в золотистых искрах портала, Лизка тут же забыла рыбкин наказ.

— Куда собралась? — заинтересовался колдун, глядя на прихорашивающуюся супругу.

Лизанда в последний раз провела гребнем по иссиня-черным волнам, закрепила на талии серебристый поясок и ослепительно улыбнулась.

— К маме.

Царевна сама каждый раз дивилась, сколь новое звучание приобрело за минувший год почти с самого детства знакомое слово.

— Безобразница, — усмехнулся муж, а сам смотрел ласково.

— Хочу узнать новости из первых уст!

Склонившись, быстро поцеловала темного в щеку и уже устремилась к двери, но была поймана за руку и возвращена обратно.

— Что это у тебя? — Крейр хмуро взирал на свежие ссадины на локтях ундины.

Вот когда Лизка чуть не прокляла прозрачные рукава. И заметил же! Нет, всей правды ему она не скажет, не то и к озеру путь будет закрыт.

— Я днем купалась, а когда на берег вылезала — поскользнулась.