В шаге от бездны - Дмитрий Гаркушенко

Когда я вошёл и нарушил их уединение, лица, обращённые ко мне, за несколько стремительных секунд выдали все возможные эмоции, присущие застигнутым врасплох людям. От кроткой надежды и радости до изумления и страха. Страха не за свою жизнь или здоровье. А страха людей, обладающих секретом, боящихся за его сохранность. Им было что терять, это читалось это в их глазах.

Я сделал несколько неловких шагов и со всей возможной скромностью и искренним чувством вины представился и коротко обрисовал ситуацию. Испытывал неловкость, граничащую со стыдом, прервав их, вторгнувшись без приглашения в их мирок. Янис с удивлением выслушал меня. В его голосе сквозило лёгкое недоверие, но оно было мне понятно. Мысли его были с этой девочкой, война, Джейк и его отец, в тот вечер, не интересовали его.

Он распереживался. Сказал, что должен уходить. Мне удалось убедить его, что деньги и время не проблема. Я заплатил за час и если будет необходимость — заплачу ещё. Только бы он рассказал всё, что знает о Джейке.

Так, наша странная компания провела ближайшие два часа. Я, сидя в неудобном кресле, и они, пристроившись на краю кровати, плечом к плечу, держась за руки. Представляете эту картину? Старик, солдат и девушка… оказывающая интимные услуги… в грязной забегаловке, на краю света…Мой рассказ был самым коротким и простым. Мария так звали девушку, молчала большую часть времени. А вот Янису было что рассказать.

— Янис лично знал вашего сына, — встреваю я.

— Да. И даже больше. Он знал, где Джейк мог находиться. Пусть приблизительно, с учётом превратностей войны, но это было хоть что-то. Янис рассказал мне подробности боя, в котором получил ранение, описал место… Вспомнил некоторые имена.

Джейка он знал ещё с учебного лагеря. Какое-то время они воевали вместе на Новом Пекине, между ними не было тесной дружбы, но как и всех в Сопротивлении, их объединяла одна цель и давала повод для общения. Чем-то они были похожи. Слушая его рассказ, я вспомнил слова сына «мы ошиблись, нам здесь не место». Вот и Янис, описывая произошедшие события, произнёс «я понял, что мне там не место». Так же, как и Джейк. Они оба увидели свою ошибку, оба разочаровались и оба хотели лишь одного — вернуться домой и забыть тот кошмар.

Прошло чуть больше месяца с момента, когда они виделись в последний раз. Чувствуя мои сомнения, Янис стал доказывать, что отряды, в которых действовали они, могли затаиться на вражеской или нейтральной территории на несколько недель. Выжидать, прятаться или отступать, ждать новых приказов. Порой это длилось продолжительное время. И Джейк, вполне возможно, жив и здоров.

— Он сказал, как они расстались?

— Да. Войска Метрополии охотились на них. Искали повсюду. Отряд Джейка отступал, уходя на ничейную территорию, а Янис со своими товарищами шли на задание, не зная об изменившейся обстановке. Отряды встретились. Их нашли и попытались отрезать. Четыре дня они вместе отступали в надежде уйти от преследователей… Но силы были не равны. Янис получил ранение в шею. Так вышло, что с несколькими товарищами им удалось в суматохе боя вырваться из кольца и дойти до своих. Джейк и остальные должны были уходить по направлению к какому-то старинному монастырю, указанному на их картах, в горы, там, где их труднее найти и окружить. Больше он ничего не знал. Но подозревал, что Джейк жив. На мой вопрос «откуда такая уверенность» Янис ответил, что знает одного парня из отряда Джейка, от знакомых он слышал, что тот жив. А значит вероятно жив и Джейк. Больше всего я хотел этому верить.

Бывает, мы получаем помощь от того, кому она сама требуется. Когда совсем этого не ждём. Случайности происходят постоянно, и некоторые меняют нашу жизнь. Я давно в этом убедился. Мы трое в тот вечер нуждались в помощи и как-то само собой пришли к выводу, что можем и должны попытаться. Разговор затих. Повисла тишина. Каждый думал о своём. Янис кусал губы и угрюмо смотрел в пол. Я получил необходимые сведения, правда, это мало что меняло. Сын там… я здесь. Разумеется, я хотел отправиться на Новый Пекин, найти, обнять, вытащить его оттуда… Понимаете какое это идиотское желание? Бред сумасшедшего! Я погибну там, если мне вообще получится вступить на поверхность планеты. Допустим, это удастся! Что я буду предпринимать? Объявлю всем, что забираю сына домой? Буду бегать вдоль линии фронта и уговаривать воюющих оставить стрельбу и дать мне время забрать Джейка? Или надену военную форму и с винтовкой в руке проберусь, как заправский диверсант, на чужую, незнакомую территорию, буду обшаривать горы и леса, выкрикивая имя Джейк? А потом доложу его командиру и товарищам, что он должен немедленно вернуться домой, а вы оставайтесь? Нормальный человек покрутит у виска и посоветует проспаться, услышав такой план.

Но в моей голове, как гонг звучали слова «должен…должен…должен», любым способом. Я был готов на всё.

Мария. Эта маленькая, хрупкая девочка… В ней было столько силы и надежды. Чистой доброты и сострадания… Я не мог похвастать таким. А она посмотрела на Яниса и тихо, но уверенно произнесла — «Ты должен помочь мистеру Линку».

Признаюсь, у меня навернулись слёзы. Её слова подтолкнули мою решимость. Всё можно сделать, если сильно захотеть, подумал я. Янис, в свою очередь, увидел шанс для себя и Марии, ничтожный, опасный, вряд ли осуществимый — но шанс. И попросил меня об одолжении, в обмен на его помощь. Мы обсудили наши предложения. Понимая, что рискуем всем, но в безвыходной ситуации, нужно цепляться за самую ничтожную возможность. Другого пути нет. И мы придумали наш план. Больше похожий на сценарий низкобюджетного кино, снятого отвратительным режиссёром.

— В нём было много «если»?

— В точку. Очень много. «Если» Янису удастся провести меня на транспортный корабль, отправлявшийся завтра вечером на Пекин, «если» он сможет раздобыть форму для меня и сделать так, что мои документы не вызовут подозрений, «если» попав на место, нам удастся хоть какое-то время остаться вместе, «если» нам двоим выпадет возможность отправиться на поиски Джейка, попросту говоря, дезертировать, «если» нас не поймают, «если» мы не попадёмся войскам Метрополии… ещё тысяча всяких «если». Только слепая удача и возможно неразбериха и суматоха на фронте, могла привести нас к цели. Шанс — один из миллиона, не больше.

— О чём вас попросил Янис, что вы могли сделать для него?

— Я должен был освободить и укрыть Марию. Найти ей