Владыка - Александр Гедеон

провели неподалёку, наблюдая за жизнью общины с помощью визоров. Ничего особенно интересного не увидели, а разведать местоположение священной рощи даже не пытались. Нужды в этом не было, зато риск оказаться неверно понятыми друидами — немалый.

Дану горела желанием как можно скорее отправиться знакомиться с далёкими потомками, желательно при поддержке отряда в крылатых эгидах. Разумно. Почтение почтением, а случайно огрести от примитивных дикарей представителю более развитой цивилизации будет очень обидно. Да и реноме подпортит навсегда. Если уж брать власть, так решительно и сразу, подавляющей воображение мощью.

Медлила она только ради Лёхи: несмотря на инструктаж, данный Лауре, доверять разделение человека и демона Дану собиралась лично. Это было даже лестно — великая и ужасная Древняя считала его если не союзником, то по меньшей мере полезным ресурсом.

С Белочкой Стриж тоже разговаривал. Много и обстоятельно. Демоница отчётливо понимала, что данное им слово не тяготит остальных обитателей острова. Даже если забыть о природе симбионта, для смертельного приговора хватало информации, которой тот обладал. Секреты пустотников, Кречетов и Древней. Можно было не сомневаться, что рано или поздно Даран или Райна рискнут испортить отношения с Лёхой, но при этом раз и навсегда решив вопрос возможной утечки данных.

«Нужно было думать об этом до того, как устраивать шоу с попыткой убить Дану», — резонно напомнил Стриж своему соседу по телу.

«Разве это справедливо, что она для тебя важней, чем я? — демон попытался зайти с другой стороны. — После всего, что мы пережили?»

«Не строй из себя дурочку, — лениво ответил Лёха. — Ты сидишь в моей голове и прекрасно знаешь ответ. Она не важнее тебя, но это не значит, что я позволю её убить. И тебя не позволю. Но я предупреждал, что тело — моё и хозяйничать в нём я не позволю. Разве что теперь у нас с тобой есть альтернативу мозгам, разбросанным по брусчатке».

«Как будто они у тебя есть», — зло буркнула демоница.

Стриж ухмыльнулся.

«Знаешь, а я буду скучать, — признался он. — Успел привыкнуть к твоему голосу в голове. Даже не знаю, как буду жить без этого».

«Да также, как и раньше, — презрительно фыркнула Белочка, но Лёха чувствовал, что ей неожиданно приятно от его слов. — С пустой звенящей башкой без проблеска мысли».

Камеру огласил искренний смех. Стоявший на посту Харон подобрался и внимательно осмотрел командира, но, не увидев ничего необычного, вновь расслабился.

«Кстати о моей пустой башке, — отсмеявшись, обратился к демону Стриж. — У меня есть к тебе последняя просьба»…

Глава 14

Много раз с момента появления демона в его теле Лёха мечтал о том, как избавится от него. Но когда это произошло, он почувствовал… сожаление. Словно от души оторвали кусок, оставив вместо него пустоту.

Исчезло ощущение чужого молчаливого присутствия. Будто ты сидишь рядом с кем-то, касаясь его плеча. Вы можете не говорить ни слова, но чувствуете, что не одиноки.

Чувство утраты, ущербности стало таким острым, что Стриж неосознанно, но отчаянно потянулся к тому, что долгое время было его частью. Было им самим.

Показалось, или в ответ он почувствовал отклик?

Крышка капсулы отошла в сторону и тело обжёг холодный воздух подземелья. Лёху знобило, одежда промокла от пота.

— Алекс? — с тревогой окликнула его Миа.

— Кто ж ещё? — сдерживаясь, чтобы не стучать зубами, откликнулся Стриж и невольно прикипел взглядом ко второму «тиглю жизни».

Там, надёжно закованная, лежала Белочка.

Тело пустотницы, которую сумели раздобыть Кречеты, местами покрылось чёрной демонической шкурой, но полного превращения, как в случае с Импом Ареса, не было. Ещё одним отличием стал отборнейший мат, которым отселённая сущность костерила всех подряд.

Судя по тому, как её трясло, разделение и Белочке далось нелегко.

— Впервые вижу такое, — призналась Дану, разглядывая демоницу с академическим интересом. — Речь, а значит и человеческий разум сохранились после отселения из тела носителя…

«Был бы там разум…» — услышал Стриж раздражённую мысль демоницы.

«На себя посмотри», — машинально ответил пустотник и встретился с озадаченным взглядом Белочки.

«Ты меня слышишь⁈» — хором спросили они и, неожиданно для всех, расхохотались.

— Алекс, ты в порядке? — обеспокоенная Миа осторожно коснулась плеча друга.

— Сам не пойму, — честно признался он. — Мне бы переодеться в сухое, укутаться в одеяло и выпить чего-то согревающего. Похоже я разменял одну заразу на другую.

— От заразы слышу! — возмутилась Белочка, звякнув цепями.

В её голосе Стрижу послышался тщательно скрываемый страх. Стоило об этом задуматься, как он буквально ощутил близкое к панике состояние демона. Теперь, когда его не прикрывал живой щит в виде Лёхи, шансов на выживание оставалось мало. И плевать, что бывший носитель обещал сохранить жизнь симбионту. Это будет не первый и уж точно не последний раз, когда кто-то подотрётся его желаниями и намерениями.

И взгляд Дарана очень ясно говорил о желании раз и навсегда решить проблему одним точным ударом шпаги.

— Вы обещали, что она останется жива, — напомнил ему, а заодно и Лауре, Стриж.

— Присоединяюсь к этой просьбе, — неожиданно встала на его сторону Дану. — Это поразительный экземпляр и я настаиваю на его вдумчивом изучении!

Лаура, тоже с интересом наблюдавшая за Белочкой, кивнула.

— В темнице и в кандалах, — после паузы мрачно уточнил Даран. — Под круглосуточной охраной!

— Обеспечим, — пообещала Миа, ненавязчиво подставляя Лёхе плечо. — И я заблокирую для неё путь через зеркало.

Это, кажется, успокоило капитана. Во всяком случае ненадолго.

— Приведи себя в порядок и отдохни, — бросил он Стрижу. — Через пару часов нам нужно будет поговорить.

Он покосился на демоницу и с усмешкой добавил:

— Без лишних ушей.

Лёха кивнул. О недавнем телепатическом контакте с демоном он решил пока умолчать.

— Так странно понимать, что теперь это лицо останется с тобой навсегда и ты не станешь прежним…

Во взгляде Мии читалось замешательство. До сих пор Стриж не задумывался каково ей быть рядом с тем, который то и дело меняет облик, иногда и вовсе на нечеловеческий. Наверное, то ещё испытание для психики.

— Я и стал прежним, — несколько виновато улыбнулся Лёха. — Таким я был до того, как погиб в родном мире. Не нравлюсь?

Они, обнявшись, лежали на кровати и тепло этой близости ненадолго заглушило образовавшуюся внутри пустоту.

Белочку он больше не слышал. Возможно тот обмен мыслями был эхом после разделения, а может требовалось находиться достаточно близко друг к другу чтобы слышать.

Думать об этом сейчас не хотелось.

— Просто непривычно. — Миа закрыла глаза и уткнулась носом ему в плечо. — Но голос и запах остались прежними. Так кажется, что ничего не изменилось.

Прощальный подарок Белочки избавлял