Серебряное сердце - Сторм Константайн

Роза печально улыбнулась.

– Наверное, я потеряла навыки искусства общения. Я не хотела бы показаться надменной.

– Ничего подобного, – уверила Фабиана. – Я восхищаюсь тобой и считаю, что у нас достаточно много общего. Пойдем, вернемся к развлечениям.

В глухом уголке Акры находился Точеный Дом, владения семьи Сильвер-Скин. Окно мансарды было открыто настежь. Под ним в небольшой комнате стояла, купаясь в рубиновом свете, Госпожа Серения Сильвер-Скин. Она подняла руки, чувствуя, как Лунные лучи проходят через кожу, смешиваясь с ее кровью. Этой ночи она не боялась. Для тех, кто мудр, кто знает истинные пути бытия, Рубиновая Луна была неопасна. Она питала Серению, как питала Бриллиант. Луна не дарила бессмертия, не снимала груза лет, но даже в свои семьдесят два Серения была подвижным и энергичным созданием. Купание в Рубиновых Лучах – не для всех. То, что она делала, было тайным обрядом, который ее семья совершала тысячелетия. Даже до Реформации эти знания строго оберегались. Требовались годы напряженных тренировок, чтобы предстать перед лицом Луны. Поначалу это делало Серению больной, она плохо себя чувствовала неделями. Но она продолжала, как и другие члены ее клана. Не всем удалось выжить.

Теперь Серения опустила руки и глубоко вздохнула. Она устала, что было необычно. Даже Рубиновая Луна не могла снять с ее плеч тяжкий груз ответственности. Она надеялась, что этот момент не наступит при ее жизни – вероятность этого была слишком мала. Если что-то пойдет не так – все пропало. Существовало множество тайных влияний, кое-какие конфликты, немного опасности, немного обычной глупости, которые могли помешать прямому ходу событий. С этой точки зрения было трудно отделить друзей от врагов, поскольку роли менялись, а большинство игроков действовали неосознанно. Серения знала, что может оказаться на улице в поисках союзников в тех местах, которых обычно остерегалась. В некотором роде она так уже поступила. Часть ее сомневалась, правильно ли она сделала. Может быть, не следовало вмешиваться. Может, Карадур нужно было оставить умирать. Все приходит к концу. Стоило ли вмешиваться в этот процесс?

«Мы – пустые суетные создания, – думала она. – Мы относимся к себе с таким уважением, верим, что Множественная Вселенная принадлежит нам, но вдруг мы – просто паразиты на ее спине? Может, Множественная Вселенная хочет избавиться от человечества, и это единственно правильный путь. Мы слишком умны. Мы способны сражаться. Но вот следует ли?»

Она закрыла глаза и увидела перед мысленным взором лицо Розы Айрон. Бедная Роза, так легко увлекающаяся, столь страстно жаждущая жить, такая жадная до знаний. Она была бы хорошим вождем для Карадура, но в этом нет необходимости. Ни для кого. По-настоящему важно только одно – Трансформация, новая эра. Жертвы должны быть принесены.

– И нет жертвы более значительной, чем твоя, Максимилиан, – вслух прошептала Серения.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ВСТУПИТЬ НА ПУТЬ

Когда до трех утра оставалось лишь одно мгновение, Рубиновая Луна скользнула за горизонт, погрузившись в свой годовой сон после краткого и беспокойного танца на небе. Участники празднества высыпали из Медного Дома на улицу, закутанные в свои отороченные мехом сверкающие одежды. Некоторые слуги Фабианы устроили фейерверк, и небо снова наполнилось алыми вспышками света. Искры падали вниз, теряясь среди покрытых инеем деревьев Медного сада. Леди взвизгивали от восторга, лорды гоготали, наполняя бокалы вином из забрызганных кувшинов. Группа музыкантов продвигалась через толпу, наигрывая веселую джигу на скрипках и барабанах – звуки возродившейся надежды.

За стенами сада по всему городу пускали ракеты и взрывали шутихи, затмевающие звезды. Музыка и громкие крики заполняли воздух. Люди бежали мимо дальних ворот, размахивая флажками, дуя в праздничные дудки и разбрасывая листочки красной бумаги. В эту ночь веселья и разгула Леди Коппер выслала слуг к воротам – разливать вино из больших деревянных бочек всем прохожим.

Стоя на террасе на задах особняка в черном меховом одеянии, плотно завязанном на шее, Леди Роза чувствовала свою отстраненность от присутствующих. Это были ее люди, хотя они ее еще не знали. Не ошибалась ли она, считая, что в них нет ничего интересного? Они не вдохновляли ее, никто из них, но Роза Айрон знала, что по сути они неплохие люди. Фабиана права – она судила людей, и это неправильно. Однажды она станет ими править. Но в данный момент ей хотелось больше, нежели они могли ей предложить.

Отец сообщил, что Алмаз успешно установлен на пьедестал, то есть замена совершена. Почему Макс взял Бриллиант? Что он выиграл от этого неразумного поступка? Это угроза для всех. Роза не была суеверна – она желала знать, как потеря Алмаза скажется на Карадуре. Она не разделяла точку зрения своего отца. Бриллиант Шрена был не только символом.

Роза вздрогнула в своих мехах. Фабиана настаивала, чтобы гости праздновали до рассвета, и тогда уже, едва волоча ноги, помятые и зевающие, тащились бы к своим экипажам, чтобы – несомненно – провести весь день в постели. Это казалось пустой бессмысленной тратой времени.

Роза ускользнула от гостей – в любом случае никто из них не привлекал ее – и попросила одного из слуг подать ей карету отца. Она собиралась вернуться домой и поговорить с Лордом Айроном. Но что она могла сказать? Все, что ей было известно? Невозможно. Он будет огорчен, разочарован. Кроме того, она боялась ранить его. Но Роза не могла просто поехать домой и лечь спать. Ее разум был абсолютно ясен и заполнен мыслями. Воспоминания о странном послеполуденном сне снова вернулись к ней. И, вместо того чтобы направится по широкой аллее прямо к Кузнице, она попросила возничего доставить ее к Особняку Лунного Металла. Роза стремилась к тишине и спокойствию его библиотеки. Она поищет что-нибудь, что сможет объяснить ее видение. Ее поведут руки и сердце.

Как жемчужина в центре Акры, Особняк тянулся к небу, словно сказочный замок. Частички, атомы Макса Сильвер-Скина, возможно, еще витали в его атмосфере. Роза въехала во внутренний двор и отпустила возничего праздновать Карнавал со слугами Сильверов. В одиночестве она прошла к огромной башне, где располагалась фамильная сокровищница, и направилась к главному входу. Слуги пропустили ее – она была им хорошо знакома.

В то время как Кузница и покои ее семьи были массивными, громоздкими и, возможно, слегка мрачными, дом Клана Серебра казался легким и воздушным. Сейчас освещение было приглушенным, но даже в разгар ночи основное пространство Особняка не погружалось в темноту. Множество стеклянных украшений поблескивало посеребренными боками. Во внутреннем дворике били ароматные фонтаны, и шустрые рыбки покусывали водяные лилии. Повсюду звучала приятная музыка – простая ненавязчивая мелодия, убаюкивающая чувства. Макс был источником беспокойства и раздражения в этом мирном окружении. И семья, в свою очередь, воспринимала его как болезнь.