Человек без прошлого - Николай Раков

— А если ничего не получится? Застрелиться?

— На Земле давным-давно существовало государство Рим. Так вот там военноначальник, ведя в бой солдат, говорил им, что им нечего бояться, они уже мертвы. Считалось, что такая речь убивает в воинах страх. Ведь нельзя умереть дважды. Вы уже ответили на свой вопрос. Вы мертвы, так чего бояться? Неужели вы, боевой офицер, боитесь смерти? Лучше смерть, чем жизнь тупой скотины у броков.

Последние фразы Альбрайта добили Горнбата. Генерал выскочил из кресла и заметался по кабинету. Сделав несколько поворотов туда и обратно, он остановился перед шкафом. Постояв секунду, открыл его, достал бутылку жели и налил в стакан. Он уже поднес его ко рту, но тут вспомнил, что в кабинете он не один, и, повернувшись, показал десантникам на бутылку. Оба согласно кивнули. Взяв из шкафа два пустых стакана, генерал налил гостям вина, но остался стоять. Десантники тоже встали. Генерал сделал жест стаканом и уже хотел выпить, когда Альбрайт остановил его.

— Минуточку, генерал. У нас есть традиция: когда мы пьем благородный напиток, мы произносим пожелания, чтобы события, наступления которых мы очень хотим, совершились. Так вот, выпьем за будущего друга императора, за его героизм, проявленный в трудную минуту, и за его смелость, когда он принял на свои плечи судьбу Сгона.

Все трое осушили стаканы и сели в кресла. Горнбат снова разлил жели.

— Вы знаете, у нас точно такая же традиция, но только свои пожелания мы произносим молча, про себя.

— Такие молчаливые пожелания, если сбываются, наверно очень часто приносят и смерть, — вступил в разговор не страдающий дипломатическим тактом Клест.

Но генерал только рассмеялся в ответ.

— Вы очень проницательны, — проговорил он и, сделав жест стаканом в сторону механика, молча выпил.

— Надеюсь, вы не пожелали мне смерти, генерал?

— Нет. Я пожелал вам долгой жизни, так как длина моей напрямую зависит от вашей.

На какое-то время в кабинете установилась тишина. Трое мужчин прихлебывали мелкими глотками жели, и каждый думал о чем-то своем. Тишину нарушил Горнбат:

— Ну вот, дорогие гости. Должен признать, что вы обладаете среди прочих своих достоинств сильным даром убеждения. Я подписал свой смертный приговор. Что еще я должен подписать?

— Я рад, что вы шутите, генерал. Подписывать ничего не надо. Мне нужно просто согласие высшего офицера на разрешение высадки десанта Федерации на планету Сгон.

— Но я отвечаю только за свою страну, и эта страна Праж.

— Генерал, не будем мелочными. Применим вашу поговорку «О если бы я был богат». Я не спрашивал у вас, но уверен, что вы член Совета обороны. Не сомневайтесь, ваша правда — это действительно правда. Я просто хочу, вернувшись на Сгон, иметь тут союзника и друга. Единомышленника в сложной ситуации. Мы победим, генерал, не сомневайтесь, и, если будем лишними на Сгоне, уйдем. Поверьте, уж таков разумный космос.

— Ладно. Задавайте ваши вопросы.

Горнбат вновь взялся за бутылку. Увидев отрицательный жест Альбрайта, все же разлил вино в стаканы.

— Жели дает только легкое опьянение, но в несколько раз повышает активность мозга. Думаю, эта ее сторона в нашем сегодняшнем разговоре может пригодится.

— Хорошо, генерал. Скажите, где сел челнок броков и через какое время улетит корабль киммерийцев?

— Они действуют с четкостью часового механизма. Челнок, как обычно, сел на Сумалине. Корабль улетит через неделю.

— Сколько надо времени, чтобы перебросить нас на остров?

— От ближайшего берега до Сумалина двадцать пять километров открытого водного пространства. От Сумалина до линии горизонта — двадцать. Я полагаю, надо учитывать нахождение их корабля на орбите. Где он в этот момент будет, мы не знаем. Значит, надо будет двигаться ночами. До места десантирования мы можем вас доставить за трое суток. А вот что делать дальше? У нас есть аппараты, позволяющие двигаться под водой. Мы пробовали атаковать Сумалин. Ни один диверсант не вышел на берег. Их жизнь завершилась в воде.

— Дальше, генерал, я справлюсь сам.

— У вас есть аппаратура для подводного плавания?

— Да, в нашем вездеходе.

— Но вы не знаете методики обнаружения броками подводных пловцов.

— В каждой операции, генерал, как бы ее тщательно ни готовили, имеются две-три точки предельного риска. Есть еще, как у нас говорят, неучтенный фактор. То есть обстоятельство, не поддающееся просчету. Это против нас и с этим мирятся люди нашей профессии. Но есть интуиция и везение. Они за нас. Я везунчик, а интуиция мне подсказывает, что все получится. Нам нужна от вас вся информация о броках и по Сумалину. Каждый поворот, каждый дом, каждый камень и куст. Под какие надобности используются те или иные строения. Я уже не упоминаю об охране и применяемых ею методах. Да, кстати, в водах острова водятся хищники? Мои размеры подходят под какого-нибудь морского зверя? Если да, то подберите информацию о поведении и повадках этого животного. Затрону еще один больной вопрос, генерал. У вас должна быть наглядная информация. По крайней мере один такой образец я нашел на базе в холмах. Мне надо увидеть, а не прочитать, с чем я столкнусь там. По киммерийцам — это их количество, характерные черты поведения и характеры отдельных особей, короче все как можно полней. И, наверное, последнее. Давайте теперь ловить шпиона.

Глава десятая

В которой ловят шпиона и готовят побег.

— Здесь неплохой информаторий, и почти все, что вы просите, мы найдем за несколько часов. Но не распыляетесь ли вы? Сейчас нужно готовиться к основной операции, а когда вы уйдете, агентом броков займется Фенчвар.

— Нет. Поймать и выявить агента придется нам в самое ближайшее время. Он должен мне помочь в осуществлении нашего плана. И еще, генерал, мне не понравилась связка слов «мы найдем». Нужную информацию подбираете вы один.

— По-видимому, я оговорился, — сконфуженно сказал Горнбат. — Но что вы собираетесь делать с агентом? Каким образом он может помочь в осуществлении плана операции?

— Не обижайтесь, генерал, но об этом позже. Мне еще надо многое обдумать. План до конца еще не сложился. Кстати, скажите, у вас есть внешнее наблюдение за ближайшими подступами к базе и внешняя охрана?

— Есть и то и другое. Что бы вы хотели узнать?

— В таком случае мы с вами занимаемся детскими играми. Только не могу понять, почему мы все еще живы, — задумчиво произнес Дин. — Если есть внешняя охрана, то почему в ней не может быть разведчика киммерийцев? Если он есть, то почему не доложил о нашем присутствии здесь?

— Внешняя охрана самая надежная. В ней никогда не будет предателя по той простой причине, что ее несут вены. Вен готов в любой момент отдать жизнь за своего хозяина, вступает в контакт с другим человеком только по его разрешению, да и то очень неохотно. Биоритмы хозяина и его вена настраиваются друг на друга годами. Постороннему прочитать их почти невозможно. Какое-то количество этих животных пребывает в диком состоянии, а в период войны потерявших хозяев венов становится все больше. Взрослый вен, оставшись один, живет недолго и никогда не примет другого хозяина. Бродит себе животное вокруг базы. Передает периодически обстановку хозяину. Есть также три перископные системы наблюдения. Наблюдатели меняются каждые три часа. С их помощью ничего передать наружу нельзя.

— Генерал, попрошу вас еще об одной услуге. Мне надо переговорить с Чоговаром. Не знаю, правильно ли я запомнил его имя, но это наш бывший пленник, захваченный в холмах.

— Вы правильно запомнили его имя. Он один из тех людей, которым я абсолютно доверяю, и одним из первых исключил бы из списка подозреваемых, но в этот список, похоже, попал я сам, так что… — Генерал, не закончив фразы, пожал плечами.

Расшаркиваться в реверансах Альбрайт не любил, поэтому пропустил последнюю фразу Горнбата мимо ушей.

— И еще, генерал, прошу лично опросить всех находящихся на базе, задав один-единственный вопрос: что, по их мнению, необычного, странного, произошло с того момента, как на базе появились мы. Вы хорошо знаете людей, и вопрос должен звучать по-разному. Сделайте акцент на беспокойстве о безопасности.

— Это моя прямая обязанность. Вопрос не вызовет подозрений. Что-то еще?

— Когда я могу поговорить с Чоговаром. И мне нужно, чтобы при разговоре присутствовал его вен.

— Где бы вы хотели провести разговор?

— В нашем вездеходе.

Генерал встал и вышел в приемную. Вернувшись, сообщил:

— Чоговар будет ждать вас у машины.

— Тогда все, генерал. У вас и у нас много работы. Встречаемся, как только появится интересная информация.

— Кажется, мою базу уже захватили, — с улыбкой заметил Горнбат.

— Я вас не понял, — поднимаясь из-за стола, проговорил Дин.