Свирепый Пеллюсидар - Эдгар Берроуз

Ей снилось, что она снова в Сари, и ее окружают лица ее друзей. Но самое главное в этом сне было то, что рядом был Дэвид, и они снова были счастливы.

Вдруг кто-то из стоящих рядом легонько толкнул ее, и она проснулась.

Сон продолжался. Вокруг Диан действительно столпились люди, но если их лица что и выражали, то вовсе не дружелюбие.

- Встань, - приказал один из вооруженных людей.

Диан легко вскочила на ноги. Вслед за ней, кряхтя, поднялся Гамба.

- Что вам надо от нас? - спросила Диан. - Мы не делаем ничего дурного и собирались уплыть отсюда, как только утихнет море.

- Что вы здесь делаете? - спросил в ответ воин, бывший, по всей видимости, предводителем.

- Нас пригнал сюда шторм, - ответила Диан, - мы пытались добраться до материка.

- Кто ты?

- Я - Диан, жена Дэвида Иннеса, Императора Пеллюсидара.

- Никогда не слышал ни о тебе, ни о нем. Я даже не знаю, что такое "император".

- Это значит "вождь вождей", - ответила Диан, - у него огромная армия и прекрасное оружие. Если ты позаботишься о нас, он будет тебе другом.

- Я не нуждаюсь ни в чьей дружбе, - презрительно фыркнул воин. - Мы воины Тандара и никого не боимся.

- Что такое Тандар? - спросила Диан.

- Хочешь сказать, что никогда не слышала о Тандаре?

- Нет, - ответила Диан.

- И я тоже, - поддержал ее Гамба.

Воин посмотрел на двух невежд с омерзением.

- Да вы находитесь на острове Тандар. А я - вождь этого народа. Меня зовут Гамлар.

- Очень приятно познакомиться, - сказала Диан, - но море успокаивается, и нам скоро уже надо будет отправляться в путь.

- Не спеши, - Гамлар засмеялся неприятным смехом, - вы никуда не поплывете. Никто, попав на Тандар, не покидает его.

Диан вздрогнула против своей воли. Она поняла, что спорить здесь не приходится.

- Следуйте за нами, - приказал Гамлар.

Пленникам оставалось только подчиниться, и после довольно утомительного путешествия по тайным проходам их привели к подножию утеса со множеством пещер, в которых и обитали жители Тандара.

Среди женщин, детей и воинов, отдыхавших в тени огромных деревьев, прохаживались тараги, которые, казалось, не обращали никакого внимания на окружавших их людей.

Заметив Диан и Гамбу, люди оживились, и вскоре все племя столпилось вокруг пленников. Было очевидно, что новые люди редкость на их острове.

Гамлар поманил одну из женщин.

- Маном, - сказал он, - эта - твоя, - и показал на Диан.

- Кто-нибудь хочет этого желтокожего? - обратился он к своим соплеменникам. - Если нет, то я прикажу скормить его тарагам.

Гамба начал суетливо озираться, но никто не выразил желания забрать его и, тем самым, спасти от ужасной участи. В конце концов одна из женщин сказала:

- Я возьму его, он может носить дрова и воду и выделывать шкуры.

Гамба аж заскулил от облегчения.

Маном, оказавшаяся женой Гамлара, отвела Диан в свое жилище и приказала сделать уборку. Когда уборка была закончена, Маном, уходившая пообщаться с другими женщинами, вернулась и спросила:

- Как тебя зовут?

- Диан.

- В пещере есть мясо. Разведи огонь и приготовь поесть для Гамлара, меня и нашего сына Бовара.

Диан не возразила ни слова и принялась за работу. Тем временем появился Гамлар и уселся рядом с Маном.

- Ну что, работает она, не ленится? - спросил он у жены.

- Работает, - ответила Маном.

- Это хорошо. Если будет лениться, мы отдадим ее тарагам. Мы не настолько богаты, чтобы кормить еще и ленивых рабов. А где Бовар?

- Спит у себя в пещере, - ответила Маном, - он просил разбудить его, когда соберемся поесть.

- Пошли за ним рабыню. Мясо уже почти готово.

- Пещера Бовара справа от нашей, - сказала Маном Диан, подозвав ее, пойди и разбуди его.

Диан повиновалась. Подойдя к входу в пещеру Бовара, она окликнула его по имени.

- Что надо? - отозвался сонный голос.

- Маном, твоя мать, послала меня сказать, что мясо уже почти готово.

Внутри раздалось шуршание, и вскоре молодой воин выбрался наружу.

- Кто ты? - спросил он.

- Я - новая рабыня Маном, - ответила Диан.

- А как тебя зовут?

- Диан.

- Красивое имя. И сама ты очень красива. Откуда ты?

- Из Амоза.

- Никогда не слышал о таком месте. Какая же ты красавица, - вновь повторил Бовар.

- Иди есть, Маном ждет тебя, - сказала Диан, тем самым заканчивая разговор.

Вскоре все сидели за импровизированным столом. Гамлар вынул грубый каменный нож и отрезал себе огромный кусок мяса. Его примеру последовали Маном и Бовар.

- Я могу поесть? - спросила Диан.

- Ешь, - разрешил Гамлар.

Диан достала из ножен свой бронзовый нож и тоже отрезала себе кусок мяса. Нож был хорошо наточен и резал значительно лучше, чем грубые орудия жителей Тандара.

- Дай посмотреть, - попросил Бовар. Диан показала ему нож.

- Никогда не видел ничего подобного, - сказал молодой воин и протянул его отцу.

- Что это? - спросил Гамлар.

- Нож, - спокойно ответила Диан.

- Я имею в виду, из чего он сделан?

- Это металл, который ксексоты называют "андрод", - ответила девушка.

Бовар тем временем вновь завладел ножом и вертел его в руках.

- Кто такие ксексоты? - спросил Гамлар.

- Это народ, который живет на другой стороне Безымянного Пролива.

- И что, у них все ножи сделаны из этого металла? - спросил Гамлар.

- И мечи тоже.

Диан решила на говорить своим хозяевам, что ее с Гамбой мечи остались в каноэ - она предполагала, что они смогут еще ими воспользоваться. Диан протянула руку к Бовару, жестом прося его вернуть ей нож. Тот отрицательно помотал головой:

- Мне нравится этот нож. Я оставлю его себе.

- Верни, - коротко распорядилась Маном, - эта вещь принадлежит ей. Мы не воры.

Бовар нехотя повиновался, но про себя решил, что должен обязательно завладеть ножом, даже если для этого ему придется прикончить новую рабыню.

Много снов миновало с того дня, как Пу прибыл в Танга-танга, но ни О-аа, ни Дэвид до сих пор не могли придумать никакого пути для побега.

Фурп и Зоуп молча ненавидели пришельцев, но пока не решались выступить против них открыто. Слишком много было искренне верующих людей, готовых отдать жизни за своих богов. Простые жители любили Пу и Ноаду за то, за что их невзлюбили верховный жрец и го-ша: с их появлением почти вдвое уменьшились пожертвования.

И Дэвид, и О-аа чувствовали: вокруг них происходит что-то неладное, против них настраивают людей, но поговорить со своими сторонниками или хотя бы выявить истинное соотношение сил они не могли - слишком тщательно их оберегали от нежелательных контактов.