Шаман - Никита Гримм

Я сидел рядом с кроватью в одной из палат в отделении терапии. На кровати лежала та самая седовласая девушка, которую я спас на правом берегу Невы. Арсений смог очень быстро и просто объяснить мне способ проведения детоксикации организма Одаренного с помощью его собственного Источника, что я смог практически сразу же повторить. Какой же я был дурак! Рядом со мной уже несколько месяцев находился полностью лояльный мне выходец из рода самых знаменитых и талантливых Лекарей мира, а я все пытался освоить те знания и умения, которые я смог получить за время, отведенное мне в библиотеке Долгоруковых! Только сегодня до меня дошло, что я могу освоить родовую школу Долгоруковых без посещения их библиотеки! А я все бился об стену скопированных знаний, пытался сам разобраться во всем!.. Правда, согласно условиям аркана, так как отравление «седовласки» было очень серьезным, ближайшие сутки мне предстояло провести рядом с ней, чтобы мои Источники регулярно подпитывали ее собственный Источник моей магической силой и продолжали выгонять яд из ее тела…

Я не совсем понял, что привело всех в ступор. То ли я с девушкой на руках, то ли сама девушка…. Но больница встретила меня со входа гробовым молчанием. Я спокойно прошел до терапии и попросил медсестер положить ее в отдельную палату. Сначала они говорили, что мест нет, а когда увидели девушку, то сразу побежали искать палату. В итоге, уже где-то час я сидел рядом с кроватью. Пока шел процесс очищения, я успел переодеть девушку в чистую больничную пижаму, вколоть несколько уколов и поставить капельницу. Несколько раз медсестры заглядывали в палату и тут же убегали, так ничего и не сказав.

Я уже собирался прилечь и немного подремать, как в палату влетел взмыленный раскрасневшийся Володин, из кармана халата которого торчала свернутая в тубус газета «Вестника Империи».

Не сказав ни слова, Борис Геннадьевич подлетел к койке, проверил пульс, реакцию зрачков, сотворил аркан диагностики, проверил этикетку на пакете капельницы, а затем уже взял в руки карту, которая находилась в конверте в ногах пациентки.

После того, как Володин пролистал медицинскую карту, он повернулся ко мне.

- И вам добрый вечер, Борис Геннадьевич. – Кивнул я с усмешкой.

Володин постоянно переводил взгляд с меня на пациентку. Этот танец глаз моего начальника продолжался минуты три, после чего Володин с шумом выдохнул и сел прямо на край кровати пациентки. Абсолютно не стесняясь того, что он находится в палате, и все окна сейчас в ней были закрыты.

- Волков, ты всегда стараешься находить приключения на свою задницу? – Выдыхая колечко сизого дыма, спросил Володин.

- И в мыслях такого не было, Борис Геннадьевич. – Ответил я, поднимаясь со своего места, и отправился открывать окна в палате.

Володин молчал, пока я открывал окна, продолжая курить и дожидаясь, пока я вернусь на свое место.

- Почему ты не заполнил имя и фамилию в медицинской карте? – Продолжил задавать вопросы мой начальник, когда я вернулся на прежнее место.

- А откуда я должен знать эту девчонку? Я лично с ней не знаком вообще-то. Просто, когда я возвращался со склада с медикаментами, увидел, как на эту девушку напали мутанты и решил ей помочь. После окончания боя, я увидел, что она была ранена и отравлена. Вот я и решил её исцелить. Аркан, который я применил, относиться к родовой школе Долгоруковых. Он помогает ей, яд покидает её тело, но ближайшие сутки мне придется провести рядом с ней.

- Ты еще скажи, что сам ее переодел? – Володин потушил одну сигарету и тут же вытащил новую из пачки.

- Конечно, ни одной медсестры рядом-то не было, а в грязной окровавленной одежде ее оставлять нельзя было, опять же, на одежде могли остаться частицы яда мутантов. Вот и пришлось побыть медсестрой. Опять же, что в этом такого? Для меня она, в первую очередь, пациент, а уже потом девушка, пусть и очень привлекательная.

- Матвей! – Володин спрятал лицо в руки, - ответь мне на один вопрос! Всего на один! Ты – идиот?!Я даже немного опешил от такого.

- Борис Геннадьевич, даже для вас это слишком. Я вроде бы ни разу вас не подставил, чтобы так обо мне говорить…

Володин на этот раз не стал дожидаться окончания моей речи и перебил меня:

- Матвей, тогда как можно не узнать в лицо принцессу родной империи! Ты же несколько раз был на балах императорского рода, и сейчас не смог узнать вторую дочь императора?!

О-па-па-па-пара-пара-па-пам-пам-пам… Вот этот поворот! А то-то я думал все это время, кого она мне напоминает… Всегда знал, что у меня очень плохая память на лица…

Володин, тем временем, достал из кармана своего халата газету, развернул на первую полосу и повернул ко мне большой фотографией с заголовком: « Великая Княжна Екатерина Александровна открыла новый дом сирот под патронажем императорской семьи». На фотографии была улыбающаяся девушка в диадеме тонкой работы, словно переплетенные ветви молодой вербы, выполненной из мифрила, с семью крупными синими сапфирами ромбовидной формы. Она вместе с министром культуры была в окружении толпы ребятишек лет пяти – семи. М-да… Везет же мне…

- Ну… И что с того, что это дочь императора? Она кто сейчас? Пациент? Пациент! А я кто? Я – врач? Врач! Не Лейб-Лекарь, конечно, но тоже кое-что могу… Да и нет его тут у нас под боком…

- Матвей, это дочь императора!

- И что с того, Борис Геннадьевич? Я ей из-за этого помогать не должен был? Или спросить разрешение на оказание первой медицинской помощи? Так я уверен, она не против!

- Матвей, это дочь императора, и она находится в столице, закрытой по причине бушующей эпидемии, причин которой мы не знаем! А она должна быть в Москве вместе с семьей! Вот скажи мне, только честно, ладно? Просто ответь абсолютно честно на один единственный вопрос, хорошо?

- Конечно, Борис Геннадьевич. – Я немного опешил от такого эмоционального порыва своего непосредственного начальника.

- Давно вы с ней являетесь любовниками?

Я открыл рот, широко распахнув глаза. Мне даже показалось на мгновение, что у меня уши вниз провисли, как у спаниеля. Вот как Володин, опытный хирург – практик, взрослый состоявшийся мужик, профессор, в конце концов, смог построить