Волшебство на грани 2 - Анастасия Калямина

- И ты не испугался участвовать? - поинтересовался я.

- Чуть-чуть. - Слукавил Тюбций, не желая рассказывать истинную причину такого поступка. - Но я был уверен в своём решении.

Ближе к вечеру тропа вывела нас на лесную опушку. Там и решено было сделать привал. Одним взмахом руки Карсилина наколдовала костёр, над которым, как бабочки возле лампочки, вились сосиски, прожариваясь во всех сторон. Тюбенций, никогда раньше подобного не видевший, долго не мог отвести от них взгляда. Затем появились пластиковые стаканчики, сами собой наполнившиеся вишнёвым соком.

После еды, когда уже совсем стемнело, мы дружно сидели вокруг костра, а на ясном безоблачном небе мерцали звёзды, Сулитерия, немного успокоившись за этот вечер от обуревавшего её негодования, сказала:

- Обычно, когда люди собираются возле костра, в такой тёмный час, они всякие страшилки рассказывают...

- Или песни поют. - Вставил я.

- А помните, такую детскую песенку про гномов? - спросила Карси, Тюбенций покачал головой.

И принцесса начала:

"В отряде было гномов семь,

Но стало только шесть,

Ведь страшное чудовище

Хотело очень есть.

В отряде было гномов шесть,

Но стало только пять,

Потом четыре стало их,

Затем и вовсе три,

До замка королевы той

Лишь двое гномов дошли.

Мораль сей сказки такова -

Где ходишь - выбирай.

И если не уверен, то

Не суйся в незнакомый край..."

Я подпевал Карсилине, Сулитерия тоже решила не отделяться от коллектива, и даже Тюбенций попытался что-то пропеть, хоть и получилось у парня весьма скверно.

Потом, немного поболтав, мы все легли спать, наколдовав спальные мешки. Правда, Сулитерии пришлось создать спальник еще и для Тюбенция, а так же потушить костёр.

И уже, через несколько минут, мы все спали. Тюбенций не замечал, как у него по лицу ползет большой муравей, парень спал, как младенец, поражаясь в своём сне, как же он, простой деревенский парень, смог втянуть себя во всё это. Затем, ему стала сниться его деревня, как на лугу пасутся коровы, а - он маленький мальчик, ловит вместе с отцом бабочек...

В отличие от него, мне такая безмятежность не снилась: я шел по холодному скользкому полу, запорошенному снегом, с удивлением смотря на ледяные стены и огромные острые сосульки, свисающие с потолка. Некоторые из них, как клыки, торчали прямо из пола. Казалось, что об них можно порезаться, и тогда кровь брызнет прямо на белоснежный снег, разнообразив цвет помещения алым. Помещение было огромное, словно фойе столичного театра, с высоким потолком со стеклянным узором в форме полумесяца, сквозь который пробивался и рассеивался солнечный свет. А, может, это вовсе не стекло, а лёд?

Потом я сообразил, что в центре помещения что-то происходит. Там находились две фигуры: одна - большая, наряженная в синюю накидку и дед Морозовские штаны, и прозрачная, как сам лёд. Эта устрашающего вида фигура, удерживала крепкими ручищами девушку в длинном чёрном пальто. По сравнению с ледяной фигурой, девушка казалась очень хрупкой и беззащитной. Казалось, что пленитель получает удовольствие оттого, что её попытки освободиться были напрасны.

Эта девушка была Карсилиной. Я хотел вызволить её, но они меня не замечали.

- Пустите! - Кричала Карси, теряя силы и терпение.

- Бесполезно! Ты пойдешь со мной. - Отвечало прозрачное существо. - Я тебя заморожу!

- Нет!

Существо сделало последнюю попытку убедить её, но, поняв, что не получится, отпустил. Девушка побежала, но далеко уйти не успела. Он взмахнул своей ледяной рукой, Карсилина поскользнулась, упала на спину и её кожа стала белеть.

- Прекратите! - я кинулся к Карсилине, но девушка уже вся была покрыта толстой коркой льда.

- Никто еще не уходил от Январиса! - в этот раз он смотрел прямо на меня, он меня видел!

Я понимал, что спастись нет шансов, и в ужасе зажмурился. Сейчас я буду заморожен....

....Проснулся, тяжело дыша. А что, если это не сон? Если этот Январис похитил Карси и убил её?

Что за вздор! Не могло такого случиться. Карсилина сейчас спит, и снится ей какая-нибудь цветущая ерунда. Но сердце глупо и взволнованно стучалось в грудную клетку, словно надеялось вырваться на свободу. Пытаясь побороть беспокойство, и уверяя, что зря паникую, я присел. Взгляд скользнул по Сулитерии, по Тюбенцию, спящему с дурацким выражением лица, и остановился на пустом спальном мешке, лежащем возле потухшего волшебного костра.

Внутри что-то оборвалось, похоже, это действительно был не сон. Январис забрал её!

Я выполз из спального мешка, поднялся и попытался не паниковать. Рано еще о чем-то судить. Однако здравый смысл куда-то пропал, и меня всего трясло.

В этот момент где-то недалеко раздался визг.

- Карси! - воскликнул я, не зная, какое чувство испытываю больше: радость за то, что она где-то рядом, или страх за неё?

И припустил в сторону озера.

***

Карси проснулась, услышав чье-то отдаленное пение. Пели женщины на непонятном языке. "Интересно, зачем они забрались так глубоко в лес, да еще и голосят на всю округу?" - подумала Карсилина. Нет, их песня не казалась ужасной, наоборот, навевала что-то тёплое и давно забытое, как будто она открывала окошко в детство.

Песня струилась подобно ручью. А Карсилина, лёжа на спине и смотря на звёзды, вспомнила случай с Томеснором и джинном, что он устроил, желая, чтобы девушка была с ним. Карси и сама не могла понять, почему вспомнила именно это. А на смену одному воспоминанию, пришло другое. О том, как я (это было еще до случая с башней и Гадриттой Трегторф) в самый обычный и ничем не примечательный день подарил ей букет роз с лепестками всех цветов радуги. "Пришлось, до магазина цветов сбегать, - улыбаясь, говорил я, - А то это уже лень неблагодарная получается, букеты прямо из воздуха наколдовывать. Конечно, совсем без магии тут не обошлось. Цвет у них был бледно-розовый. Пришлось перекрасить, ведь так лучше, правда?".

И тут, повинуясь какому-то не понятному порыву, Карсилина поднялась и направилась к озеру.

А, добравшись до него, она с удивлением обнаружила там трёх стройных и бледных барышень, в мокрых бежевых платьицах, с длинными тёмно-сине-зелеными волосами. Эти дамы водили хоровод вокруг небольшого, заросшего мхом валуна. Лунные блики дорожкой сверкали в воде.

Карси, не зная, что от них ожидать, притаилась за стволом плакучей ивы, опасаясь быть замеченной. Женщины закончили водить хоровод и напевать волшебные слова, и одна из них сказала:

- Нам нужны новые утопленницы!

- И где мы их возьмем? - не поняла вторая.

- Люди сюда редко захаживают. - Противным скрипучим голосом заметила третья.