Вернись и расскажи. Том II - Олег Александрович Волков

перескочил в соседнюю спальню. Планировка коттеджа более чем предсказуема. Если окна первой спальни выходят на улицу, то окна спальни через коридор должны выходить во двор. Так оно и оказалось.

– Дверь закрой, – торопливо бросил Арам.

Егор осторожно, не дай бог защёлка громко брякнет, прикрыл дверь. Это не спальня, это детская. Кровать в виде гоночного автомобиля, яркие голубые обои с цветными рисунками каких-то супергероев. Но, главное, окно выходит во двор. Арам с размаху вышиб прикладом раму, осколки градом вылетели наружу. Да и какой смысл тихариться? Грохот стоит такой, что даже вынос святых не поможет.

Для тренированного солдата спрыгнуть на землю из окна второго этажа – плёвое дело. Следом за другом Егор стремительным рывком пересёк двор. Хорошо знакомое упражнение – с ходу перебраться через забор.

– Да что б вас всех, – от души ругнулся Егор.

По ту сторону забора оказались густые колючие цветы, то ли розы, то ли бог знает что. Но это всё мелочи. Прочная ткань тактического костюма просто проигнорировала шипы.

Бой заметно сместился дальше по улице. Остатки 67-го ОДШБ отступают согласно плану Колоса. Вот, только, противник почему-то и не думает прекращать преследование. Тем лучше. Пока «федералы» и «легионеры» заняты друг другом, всё больше шансов улизнуть и от тех и от других.

Глава 8-1. В режиме выживания

Перед ними очередной двухэтажный коттедж на семью с доходами выше среднего. Но только расслабляться не стоит. То и дело оглядываясь по сторонам, Егор вслед за другом обошёл дом с левой стороны. Запертая калитка, ещё одна тихая улочка некогда благополучного района на восточной окраине Нуоры. И темнота, спасительная темнота. Одно плохо, Егор на миг выпрямился в полный рост и глянул через забор, им нужно на юг, а не на север. Место стычки двух отрядов придётся обойти по большой дуге.

– Проклятье, тупик, – тихо ругнулся Арам.

Егор присел рядом с другом на корточки. Ну да, перед ними типичная тупиковая улица. Обеспеченные обыватели обожают селиться на тупиковых улицах. То есть на таких улицах, где нет сплошного проезда, только въезд. Расчёт на то, что на такой улице могут быть только свои. Любое незнакомое лицо или чужая машина тут же привлекут самое пристальное внимание вплоть до вызова полиции.

– Давай, пройдём прямо через коттеджи, – предложил Арам.

– Давай, – охотно согласился Егор.

Минут тридцать, а то и все полчаса, до них доносился грохот боя. «Легионеры» на какой-то хрен проявили редкостное упорство в преследовании остатков 67-го ОДШБ. Впрочем, тем лучше. Егор с другом по большой дуге обошли место боя. Темнота печальным саваном накрыла некогда благополучный район Нуоры. От чего ужас произошедшего кажется ещё более ужасным. Некогда богатая и процветающая столица островной республики превратилась в колоссальный город призрак.

Дома, дома, брошенные дома. По большей части оставленные в спешке в результате эвакуации. Калитки, ворота, двери закрыты, на многих окнах опущены железные жалюзи. Однако то и дело попадаются уже разграбленные коттеджи. Вещи, чемоданы и одежда вплоть до нижнего белья, выброшены прямо из выбитых окон. И тишина, зловещая тишина. Бой затих, да и какой-либо артиллерийской канонады больше не слышно. Однако не просто война, а крах цивилизации вдруг самым жестоким образом напомнил о себе.

На очередной тупиковой улочке тлеет почти сгоревшая колонна автобусов. Полицейская машина взрывом перевёрнута на бок. И трупы, большое количество трупов. В массе гражданские, мужчины и женщины, дети и старики. Эвакуационный отряд попал под огонь воздушного штурмовика. Это, получается, у кого-то из «федералов» сдали нервы? Раз пилот без малейшей жалости расстрелял толпу гражданских.

И будто этого мало. Егор брезгливо пнул распахнутый чемодан. Кто-то уже успел пройтись по месту трагедии. У полицейского с оторванными ногами сняты шлем и грудная защита, да и оружия не видно. Шмотки разбросаны едва ли не по всей улице. Ни у одной женщины в ушах нет серёжек, зато у многих самым грубым образом отрезаны пальцы. Мародёры, а это могли быть только они, грубой метлой прошлись по разгромленному эвакуационному отряду. Расчёт прост: так или иначе при бегстве люди всегда хватают самое ценное.

– Егор, я вот что тут подумал, – Арам с задумчивым видом остановился перед очередным раскуроченным чемоданом с мужской и явно недешёвой одеждой, – может, нам имеет смысл переодеться в гражданку?

Егор подошёл ближе. Понятно с чего это у друга возникли такие мысли. Мародёры вытряхнули из чемодана реально крутые шмотки, чёрные кожаные куртки, брюки из плотной ткани, рубашки, трусы, носки с шёлковым отливом. Но Арам прав: если они решили остаться на острове Унтипал, то эмблема вооружённых сил Федерации социалистических республик на шевронах явно лишняя. Да и сами тактические костюмы выдают в них солдат противника. Соблазн переодеться неимоверно усиливается тем, что язык на всю Ксинэю един. Иначе говоря, им не придётся учить местное наречие, что, что, а по говору их никто не разоблачит.

– Не думаю, что это хорошая идея, – носком ботинка Егор поддел дорогую кожаную куртку. – Эти цацки от ножа тебя не спасут. Да и в статусе мы резко потеряем.

– Тоже верно, – нехотя согласился Арам. – Тогда сперва выберемся из этой «бетонной саванны», а там дальше видно будет.

И вновь потянулись некогда благополучные пригороды на восточной окраине столицы островного государства, что потихоньку начали переходить в южные. Нуора – классический мегаполис: вокруг плотно застроенного исторического центра находятся обширные пригороды. Причём Республика Унтипал была достаточно богатой, чтобы из её столицы исчезли грязные гетто с нищим населением.

Очередная некогда уютная улочка вывела на просторную площадь. На углу высокого кирпичного забора Арам