Полюби меня заново (СИ) - Анна Шнайдер

Сейчас целью, к сожалению, были мы с Никой.

44

Стас

Всю дорогу и до бассейна, и после него Ника болтала без умолку. В основном о своих школьных делах, друзьях и подружках, но и в этом безудержном потоке Стас умудрялся разобрать полезную для себя информацию.

Судя по тому, что всю неделю Катя приходила домой вовремя — с Артуром она не встречалась. Это первое.

Второе — Ника не слышала, чтобы мама разговаривала с ним по телефону, но видела, что она постоянно с кем-то переписывается. Наверное, как раз с Артуром.

Ну и третье — впрочем, этот факт новостью не был — Ника Катиного ухажёра даже на фотографиях не видела. Более того — она была не в курсе, как его зовут.

Стас не знал, что и думать. С одной стороны, Катя вела себя так, будто эти отношения ей не слишком дороги, но с другой… Может, она просто не хочет ранить Нику? И раз уж действительно не собирается больше замуж, то не хочет и знакомить дочь с любовником.

Тем не менее, несмотря на противоречивость рассуждений, Стасу казалось, что сложившаяся ситуация для него скорее обнадёживающая. Если Артуру от Кати нужен только секс, то рано или поздно она ему наскучит, а если соперник настроен серьёзно, то он не выдержит подобного пренебрежительного отношения к собственной персоне слишком долго.

Забавно, но то, что происходило сейчас в личной жизни у Кати, до боли напоминало Стасу поведение Регины: когда мужчина рядом нужен лишь как регулярный поставщик интимных ощущений, он допускается только до тела, но не до души. Стас этого в итоге и не выдержал. Ему хватило двух лет, чтобы понять всю бесполезность подобных отношений для себя. Сколько времени понадобится Артуру? Полгода уже прошли…

— Ник, давай заедем в торговый центр, — предложил Стас дочери, когда она ненадолго замолчала, чтобы выпить воды. — Поужинаем вместе. Я дико голодный, сегодня нормально не обедал.

— Тогда поехали к нам домой! — тут же радостно предложила дочь, и Стас замер от неожиданности. — У мамы там и суп, и второе! Голубцы ленивые! Такие вкусные-е-е!

Чёрт, и ведь не специально — просто сказал, не подумав, действительно хотел есть. И как теперь отказываться? Катя ведь просила не мозолить ей глаза и в квартире не появляться.

— Ник…

— Но в торговый центр надо заехать! — перебила его дочь с воодушевлением. — Торт купить или пирожных! Чтобы мама не сердилась.

— Что же ты тогда предлагаешь мне поехать к вам, если знаешь, что мама будет сердиться?

— Ну она посердится немножко и перестанет!

Детская логика, даже чуть жестокая в своей безапелляционности… Стас понимал, что поступает неправильно, по сути поощряя Нику в подобном пренебрежительном отношении к матери, но ничего не мог с собой поделать — ему и правда хотелось увидеть Катю.

И он увидел.

Сердце сразу сжалось, защемило, как только он переступил порог. Катя явно недавно вылезла из ванны — волосы были влажными, да и сама она была одета в один только пушистый махровый халат розового цвета и такие же тёплые тапочки. Милая, домашняя… бесконечно родная.

И очень, ну просто очень недовольная.

45

Катя

Насколько же проще разводиться, когда нет детей! Бывшего мужа в таком случае можно просто не видеть, а если начнёт приставать, требуя, чтобы его полюбили заново, написать на него заявление в полицию. Но наличие ребёнка сразу кардинально меняет ситуацию, заставляя думать в первую очередь не о собственном комфорте.

Сколько должно пройти времени, чтобы Ника оставила идею свести нас со Стасом? И хватит ли у меня нервов? Хорошо бы она как-то притормозила свои попытки манипулировать… И если бы Стас помогал мне, пресекая эти попытки, было бы гораздо проще. Но рассчитывать на его помощь не приходилось.

Пока Ника и бывший муж мыли руки, я быстро разогрела и суп, и второе. Точнее, себе — только суп, Нике — второе (суп она ела в обед), а Стасу и то, и другое. Всё, как назло, было его любимейшими блюдами — и суп с фрикадельками, и ленивые голубцы. Если бы я ещё и шарлотку сейчас испекла, как изначально хотела, он, наверное, и вовсе подумал бы, что я его специально ждала.

— Мама, мы готовы кушать! — радостно заявила Ника, забегая на кухню, и забралась на табуретку. Лицо её было счастливым просто до ужаса. Моего, конечно. — Папа, садись!

Стас, заходя на кухню, изначально тоже выглядел радостно-воодушевлённым, но, столкнувшись с моим сердитым взглядом, тут же принял виноватый вид. И как у него только наглости хватает? Вот уж действительно — я ему совсем не подхожу. Я бы так не смогла.

Интересно, а Артур — смог бы?..

Задумавшись на эту тему, я какое-то время сидела за столом молча — разговаривали только Стас и Ника. Поэтому я не сразу сообразила, а что конкретно они обсуждают. А когда сообразила…

— Погодите-погодите, — остановила их я, едва не поперхнувшись супом. — Вы о чём? Какая поездка на море?..

— Папа предлагает летом поехать на море! — вздохнула Ника, посмотрев на меня с укоризной. — На целый месяц! Мам, ты что, не слушала?!

— Да, задумалась. Стас, ещё раз — о чём речь?

Я слушала Стаса — бывший муж, рассказывая свою задумку, глядел на меня с опаской, — и не знала, благодарить мне его или ругать. С одной стороны, здорово, что он хочет оплатить Нике поездку на юг — я сама, даже с учётом его накопленных алиментов, вряд ли осилила бы больше двух недель, — с другой стороны, подразумевалось, что мы поедем все вместе. Втроём.

Замечательная манипуляция. Соглашусь — и фактически у Ники будет полное и справедливое право думать, что я простила её отца, откажусь — она сильно расстроится. Пять баллов по предмету «эмоциональный шантаж» обоим обеспечен…

— Ник, — сказала я как могла спокойно, красноречиво посмотрев в её пустую тарелку, — выйдешь ненадолго? Я с твоим папой хочу поговорить.

Дочка насупилась.

— Мам, ты папу не ругай! Он хочет как лучше.

В этом я не сомневалась. Стас и правда хочет как лучше. Ему.

— Я не буду ругать твоего папу, мы просто обсудим его предложение. Скучные взрослые разговоры, Ник. Иди пока, позвони бабушке Маше и дедушке Пете, они рады будут. Расскажи, как у тебя день прошёл.

— Ладно, — кивнула Ника и усвистала в свою комнату. Я, очень надеясь, что мой ребёнок всё-таки ещё не додумался до подлого подслушивания, закрыла за ней дверь, повернулась к Стасу и…

— Кать, не сердись, — выпалил он, опередив меня. — Я просто