Щит Империи. Часть первая - Лилия Быстрицкая

— Да-да. Первая сдача нормативов — уже через месяц. Так что, не теряйте времени. — Анжела улыбнулась, и от этой её улыбки Андрей сразу позабыл о соперническом настрое, тоже заулыбавшись в ответ.

В таком состоянии Архангельская и оставила его, и ушла, усмехаясь про себя.

Первый месяц учёбы был настолько насыщенным, что Андрей, при всём его усердии, еле успевал усваивать поток стремительно обрушивающейся на него информации. Он умел и любил учиться, однако занятия в АИМИ сильно отличались от тех, что были здесь: он привык к долгому и размеренному сидению в уединении за книгами, вниканию в суть написанного, к размышлениям, приводящим к осознанию глубокого смысла изучаемого предмета, а тут теория перемежалась с занятиями по физической подготовке, и приходилось мгновенно перестраиваться. Тяжело было не только ему, но и всем остальным, и это сказалось на сдаче нормативов и зачётов, где лишь сам Серов, единственный в своей группе, выдал блестящий результат по всем дисциплинам. Барсук и Николай хорошо сдали физическую подготовку, Наташа — зачёт по боевым заклинаниям, а Женя плелась в самом хвосте не только в группе, но и по общим показателям всех остальных групп.

Андрей недоумевал: девушка тренировалась, и того, чего она добилась хотя бы в искусстве фехтования, запросто должно было хватить, чтобы получить оценку выше средней. Однако, когда по жребию все студенты разбились по парам, Женя встала против Анжелы. Обе были в одинаково удобных доспехах. У обеих были одинаковые клинки, а у Светлитской было даже преимущество — физически она была крепче соперницы. Всего-то нужно было продержаться две минуты активного боя, и постараться сделать больше результативных ударов, чем противница. Бой начался, и Женя первой пошла в атаку, но потом вдруг стала пропускать звонкие Анжелины удары, хотя порыв защититься от них был, но она почему-то останавливала его. Сама же не попадала по Анжеле, и Серову начало казаться, что она либо полная бездарность, в чём он, всё-таки, сомневался, надеясь на лучшее, либо нарочно играет с Архангельской в поддавки. Но зачем?.. Этот вопрос не давал ему покоя, как и постоянно ощущение, что за ним кто-то непрерывно наблюдает, знает о каждом его шаге, о каждом слове.

На зачёте по магии Женя умудрилась перепутать заклинания, и чуть было не угробила себя саму и нескольких студентов из другой группы, благо, преподаватель вмешался и успел развеять колдовство прежде, чем оно навредило всерьёз.

После всего этого встал вопрос об отчислении Светлитской из Академии. Серов, угнетённый тем, что общий результат группы был весьма посредственным, и получивший болезненный удар по честолюбию тем, что это было прилюдно озвучено при других лидерах групп, уже был готов вознести благодарственные молитвы за освобождение от неё святым небесам. Но тем же вечером ему опять нанёс визит князь Светлитский. На этот раз они встретились в пустом холле студенческого общежития.

— Андрей, я узнал, что моя дочь не справилась с зачётами. Вы не хотите объяснить, почему так получилось?

— Ваше сиятельство… я бы сам хотел знать, почему. — Пожал плечами Серов. — Мы вместе посещали все занятия, ваша дочь тренировалась наравне с остальными… А в итоге — выдала чуть ли не худший показатель в Академии.

— Вы, видимо, не поняли, к чему я задал этот вопрос. Знаете, один человек на многое способен. Однажды вы, быть может, мановением руки сможете сокрушать целые вражеские армии, в вас есть задатки могущественного архимага. Но это произойдёт лишь если вы доживёте до того счастливого момента. А пока вы — «один в поле не воин». Вам нужна поддержка, и эта поддержка — ваша группа. Вас поставили лидером, чтобы вы организовывали людей, находили применение их талантам, и помогали талантам раскрыться, если сначала вы их не обнаружили. Сила инквизиторских групп — в слаженности их работы, в том, что можно рассчитывать на поддержку, если один оступился — другие подхватят. Каждое звено цепи важно, ведь, если хоть одно слабо — вся цепь разорвётся, разрознится, и станет бесполезной. Мне показалось, в нашу первую встречу, что вы знаете эту простую и естественную истину. Получается, я ошибался, раз вы эгоистично заняты только развитием себя самого.

— Я понимаю, что вы хотите сказать. Но Евгению отчисляют, и, как бы я ни хотел помочь ей добиться лучших результатов… я бессилен. — Ответил Андрей, тихо радуясь в душе тому, что девушку действительно отчислят, и он сможет, избавившись от неё, наконец, повысить эффективность группы.

— Так вы действительно хотите доказать, что не зря стали лидером? Очень хорошо, тогда вас порадует новость, что у вас будет ещё такая возможность. Евгению не отчислят в этот раз, и вы пока останетесь на хорошем счету, поскольку берётесь подтянуть показатели отстающей студентки. Вы ведь берётесь, я правильно понял?

— Несомненно. — Кивнул Серов, чувствуя, как такому ответу противится вся его внутренняя сущность. Но он не дал слабину, и даже не позволил негативным эмоциям отразиться на его лице. — И я очень рад, что Евгения остаётся с нами. — От этой лжи ему стало совсем противно, и он замолчал.

— Хорошо, я вижу, это решение зрелое, и теперь я спокоен за дочь. Надеюсь, не зря, и я не ошибусь в вас во второй раз. Поскольку второй — будет последним. До свидания, Андрей. Помните — я рассчитываю на вас.

Инквизитор ушёл, оставив Серова наедине с его тяжкими думами. В маге прямо-таки клокотала бессильная злость: так хотелось прямо в лицо князю высказать, что он на самом деле думает про его дочурку, так хотелось послать его самого, вместе с его требованиями, завуалированными под мягкие просьбы! Но больше всего его расстраивало то, что Женя никуда не денется, а ему придётся посвятить ей уйму времени, которое он лучше бы потратил на себя, на собственное образование.

Но Андрей не посмел возмутиться, когда была такая возможность, и сейчас за это себя тихо ненавидел и даже презирал, хотя и понимал, что сдержав свой порыв, он поступил мудро и осмотрительно. Гораздо больше его бесила необходимость взвалить на себя ещё одну тяжкую повинность, и при этом сделать вид, что он сам этого хотел. Отчаянно ударив кулаком в стену, так, что содрал с костяшек кожу, Серов всё же нашёл достаточно самообладания, чтобы взять себя в руки, и на этом подавить приступ скрытого гнева, не дав ему более изливаться.

Андрей стальной хваткой наставника взялся за Женю. Всю учебную неделю, после занятий, он по четыре часа уделял разъяснению приёмов концентрации, показывал, как пользоваться простейшими заклятиями, потом постепенно усложнял. Девушка, казалось, внимала всему, однако когда дело доходило до самостоятельной практики, у неё всё равно получалось не очень.