Московская магия. Первая волна - Артем Михалев

В ответ пришлось буркнуть что-то нечленораздельное. Ну откуда мне знать, с ними я или нет?

— Что ты там бормочешь? — Определенно, тактом узкоглазый не отличался. — Нерусский, что ли?

— Русский, — опешил я.

— Ну и чё телишься? Айда Родину защищать! — Он поманил рукой.

Двигатель машины заурчал, и она уже набирала ход. Раздумывать было некогда, и я вскочил на подножку. Изнутри плеснуло раздражением — какой-то узкоглазый будет обвинять меня в трусости. Хотя он вроде и не обвинял, но в интонациях что-то такое проскочило. Твердая рука схватила меня за плечо, помогая удержать равновесие. Отмахнувшись, я пролез внутрь салона, уже понимая, что совершил ошибку. Куда я лезу?

Да плевать! Я рухнул в кресло. Все равно пути назад не было, семь человек изучающе рассматривали меня. Печать труса и изгоя прилипает быстро, а отодрать ее очень сложно. Это я знаю точно, примеров хватает и в школе, и в университете. Зарабатывая авторитет годами, можно облажаться всего раз, но уже навсегда. Не доказывать же, что я новичок и ничего не умею. К тому же Граф сказал — обстановка критическая, и каждый человек на счету. Может, и пригожусь.

Узкоглазый сел напротив меня и принялся буравить взглядом.

— Новенький?

— Ну… — я умудрился ответить в тон.

— Умеешь что-нибудь?

Кажется, мое недовольство его ни капли не задело. Вопрос был задан все тем же нейтральным тоном. Словно заманив меня в машину издевкой, он снял маску и теперь общался по-простому. Сильно захотелось произвести впечатление и сорвать это спокойствие. Поэтому вместо ответа я заставил руки покрыться чешуей и выпустил когти на всю длину. Прямо перед его лицом.

— Понятно. Оборотень. Ладно, могло быть и хуже. По крайней мере, не девка. — Он хлопнул ладонью по подлокотнику. Оскорбление, высказанное все тем же нейтральным тоном, вогнало меня в краску. Эффект от моих понтов был полностью противоположен ожидаемому. — Пойдешь с первой четверкой — закроешь тыл. И постарайся нас не покалечить. Тебя как звать?

— Саша.

— Нет, Саша в группе уже есть, заблудимся. Будешь Ящером. — Узкоглазый без всякого трепета, взял мое запястье и покрутил ладонь. Подмигнув мне, он добавил:

— Я — Коста.

— Китаец? — Попытка реванша.

— Кореец. — Спокойный ответ. Попытка провалилась.

В машине было тихо. Парни время от времени перебрасывались фразами, но в основном все молчали. Внезапно на спинке водительского кресла зажегся экран. Сиденья в машине были установлены вдоль бортов — обзор отличный. Хлопнув ладонями, Коста привлек общее внимание.

— Сюда смотреть, бандиты. — Ткнув в монитор пальцем, он укрупнил изображение. — Пойдем двумя группами, от западных ворот. Слухачи говорят, живых там уже нет, поэтому выжигаем все, что шевелится. Сегодняшняя новость номер раз — занавес сняли. С завтрашнего дня в городе вводят комендантский час. Скрываться больше не надо, так что работайте без опаски.

— Кого убивать-то будем?

— Всех, Игорек, всех. На кладбище от пяти до семи сверхов и штук пятьсот зомбей. Если маги там серьезные, нежить будет шустрая и опасная. Какой у тебя там щит? Двушка? Набросятся кучей — прогрызут даже твою двушку. Будете зевать, все ляжем. Новичок, слышь меня?

Я кивнул. Отвечать не хотелось, боялся, что голос петуха даст. Пронесло. Что-то у меня воображение разыгралось. Представил нападение толпы мертвяков, и стало не по себе.

— Хорошо, — продолжил кореец. — С магами не связываться, их отработает Граф с компанией.

Пока мы ехали, Коста несколько раз объяснил нашу задачу. Особо не стесняясь в выражениях, он мимоходом напомнил о предыдущих ошибках и раздал всем задания. Кто, где, с кем и в какой последовательности. Насколько я понял, командир отлично знал слабые стороны своих подчиненных. Явно не в первый раз идет с ними на задание. Парни слушались беспрекословно, не обращая внимания на резкие выпады. Их неприкрытое уважение было очень хорошим знаком. Я начал успокаиваться.

За окном проносилась ночная Москва, сквозь затянутое тучами небо просматривался неполный диск луны. Водительское стекло было опущено, и в салон врывался прохладный ветерок. Я поежился. Прожженная в нескольких местах рубашка — плохая защита от ночной свежести. Или это нервы шалят?

— На выход, господа. Приехали, — ворвался в мои размышления голос командира.

Машина остановилась у ограды в двухстах метрах от ворот. Шагнув на улицу, Коста подал знак долговязому парню. На плече у того красовалась эмблема с двумя направленными друг на друга магнитами. Парень легко повел рукой вдоль забора, и стальная арматура начала сминаться гармошкой, открывая путь на кладбище. Противный скрежет заставил меня поморщиться, но определенные выводы я все же сделал. Выходит, на плече указана специализация или склонность к видам магии?

Проходя мимо, командир рявкнул:

— Тебе что, персональное приглашение нужно? Как в цирке, блин. Оборачивайся давай, пока не сожрали!

Коста ушел за машину и, открыв дверцу багажника, нырнул вглубь. Пожав плечами, я сбросил туфли. Спасибо Васильку, что напомнила, все-таки бегать голышом по городу не совсем в моем стиле. Сняв штаны и рубашку, я сосредоточился на облике ящера.

Пожар многое изменил в лучшую сторону — тело отозвалось мгновенно. Никакой боли. Немного тянуло мышцы, и внутри живота появилось странное ощущение, будто там что-то шевелится. Спину выгнуло, и я практически рухнул на землю. Мощные передние лапы с острейшими когтями толкнули асфальт, остановив падение. Длинный, вытянутый, как у змеи, язык выстрелил вперед, «ощупывая» окрестности. Скачком перестроилось зрение, в сознание ворвались наполненные красками образы. Темнота отступила, и я стал видеть гораздо дальше. Ветер донес запах свежей земли, гниющего мяса и какой-то неуловимый аромат с привкусом опасности.

— Ни хрена себе, динозавр, — раздался из-за спины удивленный голос Косты. — Волков говорил, что ты здоровый, но не до такой же степени.

Повернув голову в его сторону, я издал угрожающее шипение. Судя по выражению лица, мне удалось произвести хорошее впечатление. Наконец-то.

— Ладно, ладно. Теперь держи себя в руках.

Он поставил на землю уже знакомый мне холодильник. Достав из-за пояса длинный нож, Коста плавными движениями начал вспарывать пакеты и выплескивать алую жидкость на землю. От густого запаха крови я чуть рассудком не помутился. Рот мгновенно наполнился вязкой слюной. Дернувшийся хвост ударил в борт машины, и микроавтобус ощутимо тряхнуло. Внутри меня родилось злобное шипение. Командир и так не поворачивался ко мне спиной, а теперь и вовсе не выпускал из поля зрения. Закрыв глаза, я мысленно отвесил себе пощечину. Разозлившись на себя, несколько раз ударил лапой по асфальту. Во все стороны полетела крошка, но мне стало легче.