Оборотный случай - Иван Кононенко

— Да, ты рассказывал, что с твоими друзьями. Нельзя тебя быстрее вылечить, так что жди. Возможно, придется лежать еще неделю, может, меньше.

— Если я буду ждать, то…

— То ты выздоровеешь.

— Нет, мне нужно прямо сейчас идти в лагерь нелюдей… Или хотя бы искать Ктори! Найду ее, узнаю, где друзья, и спасу их!

— Не факт. Вдруг твоих сил будет недостаточно?

— Тогда я вернусь в Веору и попрошу отца и магов в Гильдии…

— Не факт, что они согласятся тебе помочь, а не уничтожат тебя на месте. Подожди, наберись сил, и тогда не упадешь в обморок посреди боя с этими твоими нелюдями. Понял, Редви?

— Хорошо. А как же противоядие?

— Но ты ведь хочешь спасти друзей! Человеку это вряд ли удастся.

— А вдруг удастся? — С жаром воскликнул я. Велуд молча уставился на мои губы, и через полминуты молчания, не выдержав, я тихонько сказал за него:

— Не факт?

— Точно.

— Спасу их и избавлюсь от болезни! Или же стану опять человеком — и тогда в Веоре меня примут и выслушают. Так как с противоядием? Ты не отвечаешь, как будто увиливая от ответа!

Оборотни для жителей Веорской области не лучше животных.

— Но ведь ты убил мага! Даже если опять станешь человеком… человечность не избавляет от ответственности за содеянное.

— Да… Но ответь же!

— Я уже лет двадцать занимаюсь медициной, но не встречал антидота. Прошу прощения. Иначе бы… Кхм. Кхм. Только временное лекарство, но даже оно весьма редкое и дорогое.

— То есть как… Противоядия нету?

— Я слышал про один способ, но он несколько нереальный…

— Говори! Я использую его! — Я громогласно стукнул по подоконнику.

— Ты продержишься десять лет без еды? — С усмешкой спросил лесник.

Во гадство.

— Это и есть твой способ?

— Я таких идиотских не мог бы выдумать: он чужой. Увы, наверно, придется тебе оставаться получеловеком.

— Но надежда еще есть?

— Конечно, есть! Главное — поверить в нее. Ведь не факт, что выхода нет.

— То есть ты веришь, что противоядие есть?

— В целом да. Но главное — чтобы ты в это поверил или заставил себя поверить.

— А разве заставить себя — это не самообман? Я не обману себя.

— Вообще-то обмануть себя легче, чем обмануть других. Ты удивишься, сколько раз ты врал самому себе и верил в это.

— Ладно.

— Хочешь, я научу тебя превращаться обратно в человека?

— Я не собираюсь, вообще-то, учиться быть зверем, Велуд!

— Не зверем быть, а собой, глупый ты!

— Я еще человек!

— Не совсем! Ты оборотень… А это компромисс между человеком и зверем.

— Человек!..

— Ты не хочешь учиться быть самим собой! Это фатальная ошибка! — Закричал лесник.

— Мне с этим клеймом и жить не хочется! Спасу друзей и сдамся Гильдии, если на то пошло! — В сердцах заоткровенничал я. — Или вообще наложу на себя руки.

— Ты еще счастливчик. Но ведь как сильно обманул себя… Поверил в штампы про перевертышей. Они ведь не все монстры и не всегда. Даже если они превращаются только на ночь — это меньше, чем на день. То есть большую часть жизни они — хорошие люди… Если бы ты не заразился оборотнизмом и продолжил жить, твой ход мыслей что, по существу отличался бы от теперешнего? Ладно же, лежи тут и сопи. Я пойду погуляю. Не беспокойся за себя — если я тебя выдам, лишь случится то, чего ты ждешь.

И с этими резкими словами Велуд, громко топая по старому полу своего домика, вышел за дверь и запер ее на три замка.

Разве я не прав? Разве жизнь не закончилась для меня неделю назад? Я не могу делать ничего, что раньше мог и что нравилось — ни быть в Веоре, ни общаться с близкими людьми и с друзьями, и не могу даже заниматься любимым занятием человечества — есть. Сырое мясо людей, таких же, как я — это что, пища?! Как подумаю, что мне больше не суждено будет попробовать аппетитную сочную мякоть роморского гвокса, так сердце кровью обливается.

Осталось лишь одно удовольствие, перестающее быть собой при сложившихся обстоятельствах: существовать.

А что толку? Ведь я могу навредить людям! А может, не просто людям, а своим знакомым, друзьям, родным!

В памяти возникла старая мечта, идиллия, возникшая в воображении года четыре назад и прочно въевшаяся в сознание: я с любящей женой, родителями и оравой детишек… Эта картинка блекла, таяла, как свечка в костре, темнела и уменьшалась… Этому сбыться не суждено. Жены не будет: не полюбит никто оборотня в здравом уме. А сумасшедших в жены брать — это не счастье. Детям тоже неоткуда будет взяться… И наслаждаться игрой с ребятней я не смогу: ни Онир, ни Стяк, ни Далон не будут отцами, если я их не спасу. Разве что другие мои друзья, но я не так близок с ними…

Как ни крути, какой-то паршивый случай испортил мое будущее.

Я часами сидел около зеркала и наблюдал за клыками, иногда щупая их, или просто смотрел в окно, на улицу, куда редко выходил. Сквозь небольшой кусочек леса было видно веорский пригород, вернее, только пять его домиков, из труб которых часто шел дым и окна которых по ночам так уютно мерцали среди деревьев мягким, переменчивым светом. Здесь живут великие люди! Вонгский лес, пусть и его самое начало — место опаснейшее, а они полагаются только на замки и стены из дерева. Лучше иметь таких друзей, а не врагов, потому что видно: даже лес их уважает, если они еще живы.

От нечего делать я или лежал на своей кровати, думая обо всем, что случилось за последние дни и как теперь изменится моя жизнь (да что там, уже изменилась!), или грыз какую-нибудь ненужную железку. Десны в первые дни страшно, до боли, чесались.

Состоял домик из двух комнат. В некоторых углах дерево гнило, и лесник затыкал его чем попало. Через одну такую дырку легко пролез бы человек. Окон довольно много, но небольших, дверь же одна. Дерево, из которого все это было сделано, очень старое, но крепкое, наверно, лесник поддерживал прочность стен своей магией.

Велуд уходил в лес, где беспрестанно работал, занимаясь своими обычными делами: очищал лес, ухаживал за больными животными, собирал растения и всё то, что было необходимо ему для обеда или моего выздоровления. Приходил домой обычно тогда, когда уже совсем темнело, но я находил занятия на время его отсутствия. Дела можно было пересчитать по пальцам, а вообще я попросту не мог делать ничего другого. В основном горевал или спал. Мне Велуд доверял, потому что я не мог ничего опасного сделать из-за ожогов. Или же потому, что больше друзей лесник вообще никогда не заводил и он попросту доверился мне как первому встречному? Первую ночь я заночевал, правда, связанный, но потом хозяин домика одумался. Кому бы понравилось, если бы его туго связали на ночь? Не уверен, что такие найдутся.