Путь воина: Неофит - Людмила Перова

Кузнец улыбнулся:

— Да продлят добрые боги его дни! Ему сейчас уже перевалило за девятый десяток, он давно отошёл от дел и покинул столицу. Многие, как и вы, думают, что он мёртв. Он живёт при доме Дудуды. Слыхали о нём?

Гордей отрицательно покачал головой. Мастер-кузнец, казалось, был немного удивлён.

— Нет? Тогда я сейчас поясню, как туда добраться. А ещё я напишу для вас письмо настоятельнице и она разрешит вам встретится с Боромиром. Думаю он не откажет.

Чтобы добраться до дома Дудулы Гордею пришлось покинуть предместье столицы и двинуться по дороге на северо-запад. В стороне от дороги серебрилось широкое полотно реки, а по другой стороне раскинулись бескрайние сады и поля.

Через час Гордей уже был на месте. Дом Дудулы оказался богатым поместьем с обширным ухоженным садом, крепким деревянным домом и скотным двором. На территории Гордей заметил женщин разного возраста, от девочки и до старухи. Все женщины были одеты в одинаковые просторные платья голубого цвета, а их головы были плотно окутаны белыми платками.

Настоятельница встретила Гордея приветливо, прочла письмо и сразу же провела к маленькому гостевому домику в дальней части сада. Тут, в тишине и покое, доживал свой век легендарный кузнец.

Боромир оказался высоким мужчиной с широкими плечами и ладонями. У него было длинное, как обычно говорят, лошадиное, лицо глубоко-изрезанное морщинами. Сходство с лошадиным родом добавляли крупные белые зубы, которые старик, не смотря на преклонные года, сохранил в целости.

Седые волосы убраны под мягкую голубую шапочку, на ногах лыковые лапти, в глазах, цвета серого льда, покой и безмятежность, которые свойственны лишь мудрецам и детям.

— Этот мой ученик, он действительно немного странный. Не обижайтесь на его слова. — голос у старика Коваля был низким и звучным. — Я совсем не удивлён, что он отказался править меч и направил вас ко мне.

Гордей, увлеченный разглядыванием живой легенды, подумал: "Вот так стареют богатыри."

Боромир внимательно осмотрел меч, он не спешил высказать своё мнение. Но когда закончил, предложил:

— Я много слышал о вас, Финист. Не удивляйтесь, ладонежская земля быстро полнится слухами и они долетают сюда порой быстрее, чем в кремль Великого Князя. Я хочу предложить вам сделку.

Тем временем, настоятельница приказала женщинам принести еду и питье — дело близилось к обеду.

— Я поправлю вам меч, если вы расскажите откуда он у вас.

— Это очень простая история, совсем обычная, она может быть вам не интересна, мастер. — отмахнулся Гордей.

— Ошибаетесь, Финист. Такие вещи, как ваш меч, имеют характер.

Боромир поднёс меч к окну, ловя на сталь, солнечные лучи.

— Видите? — старик провёл пальцем по древним рунам нанесённым у основания клинка. — У этого меча есть имя, его нельзя просто взять. По работе мастера, по рунам, я могу прочесть его историю. Этот меч принадлежал славному витязю долгие годы, а потом сошел за ним в могилу, где провёл больше лет, чем исполнилось нам обоим, Финист. Но я вижу перед собою молодого воина, а не гробокопателя. Так в чём же секрет?

— Вы правы, в юности я сделал много глупостей но не тревожил праха павших. — согласился Гордей. — Это подарок в обмен на услугу.

— Какую?

— Женщина, которая дала мне его, нуждалась в защите. Она и её дочь. Я защитил её от бандитов, требовавших дань с её хутора.

— Ты что-то не договариваешь, юноша. Такими вещами не одаривают, а проклинают. — погрозил пальцем старый кузнец.

Гордей опустил глаза:

— Вы правы, мастер. Мне пришлось заплатить за обладание этим мечом несравнимо больше, чем несколько разбойничьих голов. Она, эта женщина, ведьма, была вдовой разбойника. Вместе с мужем они грабили старые могилы. Она заплатила мне не только мечом, но и вероломством: коварно соблазнила меня в минуту слабости, а когда я отказался стать её новым мужем, увела у меня друга и коня, бросив на произвол судьбы.

— Боги часто испытывают нас, Финист. Раз ты здесь, значит испытание ты прошёл достойно и ничто не мешает мне заточить его как следует.

Перед тем как отпустить Гордея, Боромир пригласил его в свою мастерскую, что бы показать кое-что интересное.

— Смотри, Финист, вот ещё один меч из звёздной стали. Он совсем не такой как твой — намного моложе и работа мастера не столь искусна, но он намного легче и острее обычного меча и у него отличный баланс. Разве это не удивительно, что я поправил сразу два таких меча за один день, когда прежде мне доводилось работать с ними раз в десять-пятнадцать лет?

— Это похоже на знак. Кому принадлежит этот меч? — с интересом спросил Гордей.

— Одному молодому, как и ты воину, вот только он на воина совсем не похож, скорее на актёра.

— На актёра? — удивился Гордей. — Вы знаете как его имя, мастер?

— Его зовут Приян Жилка, он родом из западных степей. В Артосе он проездом.

— Я бы хотел увидеть его, а может быть даже померяться силами! Битва на мечах из звёздной стали, ух! — с воодушевлением воскликнул Гордей.

Боромир рассмеялся и погрозил Гордею:

— Молодость — пора горячей крови, тебе ещё многому надо научиться, молодой воин. Прими мой добрый совет, если судьбе будет угодно вас познакомить, не начинай с Прияном свары, попытайся стать ему другом.

— Хорошо, мастер. Если вам так угодно, я последую вашему совету.

Боромир Коваль улыбнулся и сказал:

— Береги этот меч, как собственную душу, в чистоте и он сослужит тебе добрую службу. Я стёр руны прежнего имени, теперь он девственно чист. Настанет час и ты найдешь ему новое имя, я буду ждать, что бы написать его на клинке.

Любомир, неспеша, шёл по тенистой боковой аллее Центрального Парка. Это было одно из самых красивых мест Верхнего Города. Ровные ряды каштанов, сменялись маленькой берёзовой рощицей, окружавшей пруд, в котором резвились златобокие карпы.

Дорожки прямые и извилистые, широкие центральные и узкие боковые тропинки, выложены круглой речной галькой и битыми ракушками. Каменные лавочки в тени деревьев, клумбы белых маргариток. Здесь, ближе к центру, было уютно и спокойно, но стоило свернуть на одну из узких боковых тропинок и посетитель парка попадал в одиночество. Окруженный густыми кустами, скрытый от солнечного света пышными кронами, безлюдный уголок парка, как нельзя лучше подходил для грустных размышлений о не сложившейся судьбе.

За последнее время Любомир сильно исхудал, изменился. Наливные яблочки щёк провалились под острые скулы и небрежно поросли жесткой щетиной. Прежде густые, богатые локоны поредели их тронули серебряные нити седины и Любомир предпочёл их коротко остричь. Широкие плечи поникли,