Классичексие случаи в психологии - Джефф Роллс

Пациент вышел из больницы, но продолжал наблюдаться в ней амбулаторно. Через шесть месяцев врачи решили назначить ему более действенный курс лечения. Пациент согласился на него крайне неохотно. Психологи сняли фильм о женщинах, которые несли сумочки или катили перед собой коляски в той «возбуждающей и провоцирующей манере», о которой он рассказывал раньше. Перед показом фильма пациенту вводили рвотное и давали в руки несколько дамских сумочек. После этого курса аверсивной терапии никакого лечения больше не проводилось. Айзенк (Eysenck)[57] сообщал, что в дальнейшем пациента наблюдали врачи в течение нескольких лет, и он демонстрировал явный прогресс. Сумочки и коляски больше не вызывали у него сексуальных фантазий. Жена перестала опасаться, что муж попадет в полицию, и рассказала, что в сфере интимных отношений у них произошли заметные улучшения. Закрепленный за ним социальный работник также отмечал явное улучшение поведения. Пациент больше ни разу не попадал в полицию и даже получил повышение на работе. Айзенк сообщает, что лечение принесло огромную пользу пациенту, его жене, семье и обществу в целом.

Проблемы лечения

Сам этот случай и использование аверсивной терапии в целом порождает несколько серьезных проблем, требующих пристального рассмотрения. Первая проблема связана с выбранными методами лечения пациента. Утверждается, что аверсивная терапия является не слишком разумной и гуманной формой лечения, а используемые подходы часто кажутся механистическими. Многие, включая и психологов, считают лечение людей подобными методами отвратительным; такое лечение сопряжено с неприятными ощущениями и чувством дискомфорта. Многие считают его одной из форм «промывания мозгов» — унизительным процессом, при использовании которого человеческие существа рассматриваются просто как «вместилища» условных рефлексов. Кроме того, утверждается, что применение аверсивной терапии принижает ценность человеческой личности, поскольку предполагает, что у всех людей научение происходит одинаково, и поэтому всех их можно лечить с помощью одного и того же метода. Однако Айзенк настаивает на том, что в любом случае необходимо рассматривать альтернативы аверсивной терапии.

Первая альтернатива заключается в использовании какой-то другой формы психотерапии — например, психоанализа. Однако имеются свидетельства того (о которых сообщает и сам Айзенк), что эта форма «разговорного» лечения не приносит никаких реальных выгод. Действительно, Айзенк даже сообщает о том, что психоанализ по Фрейду может вызывать неблагоприятный эффект. Разумеется, пациента можно просто оставить в покое в расчете на то, что через какое-то время ему станет лучше (такой эффект называется спонтанной ремиссией), но обычно оказывается, что нарушения такого типа редко излечиваются сами по себе. К тому же, в данном случае пациент уже проходил различные курсы психиатрического лечения до того, как ему назначили аверсивную терапию, но без каких-то видимых улучшений. Айзенк утверждает, что успех какой-то другой формы разговорной терапии представляется здесь маловероятным.

Альтернатива может предусматривать тюремное заключение пациента на длительный срок. Оно послужило бы наказанием за его действия, но имеется мало доказательств того, что такая форма наказания оказывает долгосрочное позитивное влияние на будущие действия осужденного, особенно если он страдает половыми извращениями. Действительно, некоторые специалисты считают, что тюрьма просто заставляет таких людей тщательнее скрывать свои действия в будущем.

Разумеется, еще одна альтернатива будет состоять в том, чтобы выпустить пациента на свободу или взять его на поруки. Ведь, в конце концов, многие его действия были сравнительно безопасными и часто ограничивались нанесением царапин на стенки колясок ногтем большого пальца. Однако не вызывает сомнения, что люди должны иметь право на защиту и от таких индивидов. Хотя пациент уверял, что не имел намерения наносить повреждения детям, все же такой нежелательный исход мог стать побочным эффектом его странного отношения к детским коляскам. К тому же, некоторые его атаки на дамские сумочки крайне негативно влияли на пострадавших женщин. С учетом всех имевшихся возможностей Айзенк пришел к выводу о необходимости сделать выбор между следующими альтернативами: попросить пациента согласиться на интенсивный метод лечения (неприятный, но не слишком продолжительный — хотя пациенту он мог показаться бесконечно долгим), заключить пациента в тюрьму, предоставить ему возможность находиться на свободе или предложить ему продолжительное, дорогостоящее и, вероятно, неэффективное психотерапевтическое лечение в больнице.

Айзенк утверждал, что при наличии столь разных альтернатив аверсивная терапия была наиболее подходящим вариантом и наиболее эффективной формой лечения с точки зрения всех, кто имел отношение к этому случаю. Действительно, с позиций пациента представляется весьма спорным вопрос о том, можно ли запрещать ему прохождение терапии, которая его самого вполне устраивает, просто потому, что, по мнению некоторых людей, она в какой-то мере унижает человеческое достоинство. Этот вопрос также был рассмотрен Айзенком. Он доказывал, что терапии подвергаются именно сами пациенты, а они никогда не жалуются на этот способ лечения (однако, как мы скоро увидим, это утверждение является спорным). Он также утверждал, что многие люди изо всех сил стремятся пройти курс поведенческой терапии и что недопустимо лишать их возможности получить такое лечение. Он считал аверсивную терапию безопасной и эффективной во многих ситуациях, которые трудно исправить другими методами, и писал, что решающее слово всегда должно оставаться за самими пациентами.

Разумеется, многие люди по-прежнему не приветствуют применение аверсивной терапии в тех случаях, которые не представляют угрозы для общества. Примером поведения, которое в прошлом пытались изменить с помощью аверсивной терапии, является гомосексуализм. Гомосексуалисты, желающие изменить свою сексуальную ориентацию, вероятно, воспринимают этот метод как проявление общественного неодобрения их поведения. Такое неодобрение, наряду с давлением друзей и коллег, даже сегодня может стать мощной силой, заставляющей гомосексуалистов прибегать к помощи аверсивной терапии. Однако еще более уместным может быть утверждение о том, что такие методы не должны применяться к гомосексуалистам, которым правильнее будет посоветовать принять свою гомосексуальность как данность и постараться понять, что проблема в данном случае заключается в обществе, а не в самом индивиде.

Применявшиеся в прошлом методы «лечения» гомосексуализма[58] обычно предусматривали показ фотографий или фильмов с изображениями обнаженных мужчин. Эти изображения выполняли роль условных стимулов. В тех экспериментах препараты, вызывающие тошноту, и электрошок использовали в качестве неприятных, или безусловных, реакций. Электрошок обладает многими преимуществами перед препаратами, вызывающими тошноту. Во-первых, силу его воздействия можно регулировать, а время применения задавать более точно; предсказать с той же точностью время появления тошноты или рвоты после инъекции лекарства представляется невозможным. Подготовить удар электрошоком можно за несколько секунд, а тошнота может наступить лишь через несколько минут после инъекции. Согласно принципам выработки условного рефлекса, время безусловной реакции особенно важно для процесса научения, т. е. чем короче задержка появления реакции, тем легче реакция будет ассоциироваться с условными стимулами; это правило называется законом близости.

Один из вопросов, имеющих отношение к гомосексуализму, касается возможности изменения полового поведения человека в результате использования такой терапии. Кто-то может подумать, что после «излечения» своего полового влечения к лицам одного с ним пола пациент не будет испытывать вообще никакого полового влечения. Многие критики аверсивной терапии утверждают, что именно так и происходит в действительности. Однако Айзенк заявляет, что в большинстве случаев происходит усиление интереса к лицам противоположного пола при одновременном снижении интереса к лицам своего пола. Другими словами, гомосексуалист, проходивший курс такой терапии, обычно не становился «бесполым», а с более высокой вероятностью начинал проявлять склонность к гетеросексуальным отношениям. Как сообщалось позднее,[59] Айзенк признал тот факт, что некоторые гомосексуалисты после аверсивной становятся безразличными к представителям любого пола.

Хотя Айзенк и другие сторонники аверсивной терапии заявляли, что она оказывается успешной в 50% случаев, эти утверждения никогда не получали достаточного подкрепления. Имеются даже сведения о том, что пациенты, ставшие «бесполыми» в результате такой терапии, относились к числу тех, кому эта процедура помогла. Многие психиатры отказывались от применения аверсивной терапии не из-за морального беспокойства за своих пациентов и не из-за казавшейся им негуманности этой процедуры, а просто потому, что считали ее неэффективной. Было документально подтверждено, что некоторые гомосексуалисты-мужчины после проведенной аверсивной терапии впадали в депрессию и делали попытки самоубийства.