Удача не плачет - Юлия Владимировна Климова

Проснулась я, как ни странно, в девять часов и в довольно бодром состоянии. Быстро перекусив на кухне двумя бутербродами с сыром, выпив обжигающий чай, прихватив печенье с маком, я отправилась в библиотеку, где выбрала сразу три книги. В доме стояла тишина, и это мне нравилось. Никто не мешал продолжать вспоминать вчерашний вечер. Блокноты и папки с рисунками по-прежнему лежали на столе. Проходя мимо, я поглядывала на них и улыбалась.

«А я так и не научил тебя плавать», – последняя фраза Павла неожиданно вспыхнула и потребовала к себе внимания.

«Мне нужно научиться… Самостоятельно. И потом всех удивить. На глубину я, конечно, без подстраховки не проплыву, но в бассейне есть пара метров с удобным для меня дном. Туда-обратно, туда-обратно, и все получится… Главное – победить страх».

Купальник я надевала стремительно, мне не терпелось оказаться в бассейне. Вновь зайти в раздевалку, спуститься по гладкой металлической лестнице, коснуться воды. И я уже не обманывала себя, я с нетерпением ждала того момента, когда память обострит чувства. Павел учил меня плавать… Я хочу вернуться в прошлое и прожить этот момент еще раз.

«И я стану дельфином. Стану!»

Обогнув дом, я пошла по дорожке мимо скамеек и ступенчатых клумб. Теперь я знала, что бабушка любит цветы, и специально для нее к многолетним растениям каждую весну подсаживают махровые петунии, циннии, астры… Может, именно поэтому она часто стоит у окна? Любуется на свои цветочные владения. Но я сомневалась, что причина только в этом.

Открыв дверь, я зашла в просторное помещение бассейна, скользнула взглядом по деревянным лежакам, выстроенным в ряд около больших окон, и лишь потом посмотрела на воду.

Я была не одна.

Или Егор, или Павел…

Один из братьев плыл кролем к противоположному бортику. Брызги летели в стороны, и до слуха доносились отдаленные всплески воды. Я стояла не шевелясь, пытаясь понять: кто это? Но вряд ли в подобной ситуации можно отличить одного брата от другого.

Инстинктивно захотелось сбежать. И как можно скорее. Юркнув в раздевалку, я закрыла дверь, прижалась спиной к стене и попыталась превратиться в спокойную и сдержанную спортсменку, которой предстоит хладнокровно выиграть олимпийскую медаль. Но сердце колотилось как бешеное, и даже дышать ровно не получалось. Правда состояла в том, что я страшилась встречи и с Егором, и с Павлом. Вот только по разным причинам.

«Но он там… и уже плывет обратно… Я не смогу сбежать и при этом остаться незамеченной… Нужно было вернуться в дом. И все! – Я облизала пересохшие губы и попыталась достучаться до собственного разума. – Я сошла с ума. Ничего же не произошло. Искупаюсь, и все, какая разница, кто…»

Мысль оборвалась.

Как спуститься в воду, если в бассейне Егор? Как учиться при нем плавать? А ничего другого в воде я делать не смогу.

Повесив полотенце на крючок, я медленно принялась снимать спортивный костюм.

«Павел, это же ты, правда?.. Если честно, я боюсь встречи и с тобой. Вдруг ты не будешь рад? Вдруг сразу уйдешь? Или подумаешь, что я нарочно пришла, когда ты решил искупаться… Но… Павел, пусть это будешь ты! Пусть ты!»

Если бы на моем месте оказалась Вика, она бы выплыла из примерочной, как королевская яхта. Плавно и стремительно одновременно.

Но я, готовясь на всякий случай к худшему, вышла робко и не сразу посмотрела вперед. А когда подняла голову, то поймала… добрый взгляд Павла.

– Ты откуда взялась?! – крикнул он, держась правой рукой за дальнюю лестницу. И мгновенно поплыл ко мне. В его голосе угадывалась радость, что стало еще одним весомым плюсом. – Я не видел, как ты пришла. Спускайся, Дженни, – улыбнулся Павел, оказавшись совсем близко.

Наверное, самый лучший момент в жизни, когда счастье обрушивается на тебя без предупреждения. Когда оно окружает тебя со всех сторон, подталкивает вперед, щекочет шею и мешает соображать. Удивительно, я не упала в обморок, а сделала несколько решительных шагов и спустилась в воду.

– Я хотела сама попробовать научиться плавать.

– Раз я обещал, значит, мне и учить.

– А ты не торопишься?

– Нет.

– Ну-у… – произнесла я, подбирая слова. – Отлично.

Павел взял меня за руку и потянул за собой.

– Не бойся, плыви, я держу тебя.

То ли в прошлый раз я победила внутренний барьер, то ли счастье способно держать людей на воде, но почти сразу я поплыла. Легко и уверенно. И даже не испугалась, когда Павел отпустил меня.

– Я рядом, – на всякий случай сказал он.

Не представляю, сколько времени мы проплавали, я совсем не думала о минутах и часах. И пусть пока не получалось за одну попытку преодолеть приличное расстояние, но движения стали увереннее и дыхание сбивалось все реже и реже. Павел всегда находился поблизости. Я видела, как вода струйками стекает по его гладковыбритой щеке, как подпрыгивают в глазах голубые искры, как губы иногда вздрагивают или растягиваются в улыбку.

– Не устала? – спросил Павел, когда мы оказались в первой части бассейна, где ноги касались плиточного дна.

– Нет, – с легкостью ответила я.

– Наверное, на сегодня хватит. Пойдем одеваться.

– Еще чуть-чуть.

– Боюсь, тогда у тебя точно вырастут плавники, – пошутил Павел, но я уже угадывала смену его настроения. И интуиция подсказывала, что в ближайшее время мы вновь не будем видеться и общаться. Лицо Павла стало серьезным, он задержал на мне взгляд, а потом резко отвел его в сторону и направился к лестнице. – Пойдем, – добавил он.

– Подожди…

Павел остановился, развернулся и тряхнул головой, прогоняя оставшиеся капли.

– Хочется кофе. Посидишь со мной на кухне?

Слова прозвучали вроде обычно, но я уловила в них тень обмана. Так родители говорят с детьми, когда желают переключить их внимание на что-то другое. Будто кофе – меньшее зло. А главное – увести меня отсюда.

Но я не могла двинуться с места, я превратилась в жадину, желающую отвоевать у судьбы еще хотя бы пять минут счастья. И мне очень нужна была правда. Или половинка правды. Как уж получится…

– Павел, – начала я и замолчала, пытаясь подобрать именно те фразы, которые передадут беспокойство, но при этом не сильно обозначат чувства. – Мне иногда кажется, что ты не хочешь со мной общаться… Скажи, почему? Или я ошибаюсь?

Наверное, мне надо было похвалить себя за смелость. Я спросила о том, что действительно тревожило душу и что мечтала исправить.

– Тебе показалось, – ответил Павел, и его щека предательски дернулась. – Дженни, я к тебе очень хорошо отношусь. Обещай,