…И всяческая суета - Владимир Михайлов

Но это все — шум в очереди, записи и перезаписи, митинги «за» и митинги «против» — все это было лишь той верхушкой айсберга, что возвышается над водой и видна невооруженным глазом. А то, что было куда важнее, происходило под уровнем моря. Кое-что из этих подводных происшествий стало нам известно, и мы не преминем поделиться полученной информацией со всеми, кого она интересует — не оглашая, впрочем, источников.

4

Газеты читают везде. Хотя это, пожалуй, сказано не совсем точно. Вы, например, газету вряд ли читаете: вы ее скорее просматриваете, в зависимости от времени и настроения. Это — мимо, это — тоже, это, пожалуй, пробежим, а это, наверное, надо бы внимательно прочитать — когда время будет… Но есть места, и есть в них люди, которые читают газеты внимательно, неторопливо, вдумчиво, что-то отмечая, что-то выделяя — чтобы потом доложить. И можете быть уверены, что пространное собеседование с В.Р.Земляниным не прошло мимо внимания, было отмечено, а затем и доложено. И не в одном только месте, но в нескольких.

В Большом доме на Лужайке, ознакомившись с публикацией, нимало не удивились, но поняли, что процесс вступает в очередную фазу и, возможно, следует уже приступать к более активным действиям. Поэтому работники, которые могли иметь к этому отношение, собрались вместе, чтобы выработать план действий.

— Потому что высшему руководству в самое ближайшее время неизбежно понадобятся самые подробные данные, — пояснило должностное лицо, возглавившее совещание. — А также наша оценка и хотя бы элементарные прогнозы.

— Работа ведется, — доложил один из сотрудников рангом пониже. — Кодовое название — «Остров Пасхи».

— Почему Пасхи? — поинтересовалось начальство.

— По аналогии. Пасха — праздник воскрешения из мертвых.

— Остроумно. Что же там?

— Наш работник внедрился. Информирует, что воскрешение или восстановление людей действительно происходит. На чисто научной основе, без каких-либо мистических или религиозных обрядов и тому подобного. Заказы на восстановление принимаются официально, оплата производится открыто, бухгалтерия ведется, злоупотребления не установлены.

— Связи с иностранцами?

— По производственной линии не установлено. По экономической — нащупываются возможности создания совместного предприятия, но пока безрезультатно.

— Как ведут себя люди? Их ориентация, активность?

— Автор методики некоторое время был связан с секретной работой, имел допуск, за рубеж не выезжал, переписки не ведет, политически инертен, с иностранцами не общается…

— Зачем русскому человеку с ними общаться, — заметил один из участников.

— Нет, — сказал докладывавший, — по национальности он немец, по отцу. Отец в начале войны подвергался перемещениям, согласно указу.

— Вы говорите, с иностранцами не общается, — проговорило главное лицо. — А он сам иностранец.

— Ну, почему же… — усомнился было докладчик.

— Все равно иностранец, — твердо сказало лицо. — Надо помнить. Контингентом восстанавливаемых интересовались?

— Располагаем полным списком со всеми данными. Какой-либо четкой системы отбора не установлено. Отмечено, что с большинством восстанавливаемых Землянин при их жизни контактов не имел. За исключением своей матери. Не замечено какого-то предпочтения ни по линии профессии, ни по национальной, ни по местам рождения, проживания, работы, ни по партийной принадлежности…

— Немцев много восстановил?

— Немцев пока нет.

— Так. А евреи?

— Евреи есть, — признал докладывавший товарищ.

— Так, — повторило. Лицо, но уже с несколько иной интонацией. — Ну, и каковы ваши выводы: представляет ли производство на данном этапе опасность для страны, и если да, то в чем она заключается?

— Прямой опасности не выявлено, — был ответ. — Напротив, представляется возможным при определенных обстоятельствах использовать производство в интересах укрепления государственной безопасности.

— Каким же способом? — поинтересовалось Лицо.

— Ну… хотя бы путем возвращения в кадры некоторых особо ценных работников, обладавших опытом и заслугами.

— Гм, — издало Лицо. — Конечно, определенные основания считать так у нас есть. Однако надо видеть проблему во всей ее полноте. Вот вы сказали — восстанавливает евреев. Наверное, и армян тоже?

— Пока зафиксирован один, — вынужден был признать докладывавший.

— Я так и предполагал. Думаю, нет нужды говорить вам, насколько мы далеки от каких-либо расистских и тому подобных воззрений. Для нас, товарищи, все люди равны, если только они — честные советские граждане. И тем не менее, смотрите, что получается. Восстановлено некоторое количество евреев. В свете сегодняшних событий есть все основания полагать, что они в самом скором времени окажутся в Израиле. И не просто в Израиле, но на оккупированных сионистами арабских территориях. Когда о процессе восстановления станет известно в арабских странах, вообще в исламском мире, это будет воспринято как намеренная помощь Израилю путем усиления их людского контингента. Что в свою очередь приведет к осложнению наших отношений с указанным миром, а следовательно, к некоторому ослаблению безопасности нашей страны. Логично?

— Так точно, — сказал докладчик. — Логично.

— Вот видите. А вы не учли.

— Этот фактор мы учитывали, — сказал докладчик. — Но мы исходили из другой трактовки. А именно: приток советских иммигрантов в Израиль вызывает множество сложностей с их размещением и трудоустройством, приводит к недовольству населения, ослабляет позиции правительства, нарушает экономический баланс. И с этой точки зрения некоторое увеличение числа выезжающих…

— Да ну бросьте, — не согласился начальствующий. — Сложности, недовольства… Что они — не выкрутятся, по-вашему?

Присутствующие, видимо, в глубине души полагали, что хитроумные израильтяне выкрутятся. Во всяком случае, спорить с Лицом никто не стал.

— Ну, что же, — после краткой паузы сказал еще один участник. — Значит, надо производство прекратить. Дело небольшое.

Дело было, действительно, небольшим, и выбрать методику тоже труда не составило бы. Однако высказанное мнение открытой поддержки не получило.

— Не будем хлебать горячего до слез, — сказало Лицо наставительно. — Подождем, — и он на короткий миг поднял взгляд — не то, чтобы к потолку, но все же чуть выше горизонтали. — Но глаз не спускать. Сейчас подготовьте мне справку на страничку. На этом пока все. Вопросы?

— Разрешите? — вдруг, нарушая этикет, в обгон старших поднялся молодой работник, совсем недавно появившийся на Лужайке. — А может быть… Мне кажется, тут есть способ сделать очень удачный политический ход. Произвести полную и мгновенную реабилитацию наших Органов. Ведь в чем только нас не обвиняют. И в самом деле, в давние времена…