Зона эрогенных действий (СИ) - Павлов Игорь Васильевич

— Интересно, — прокомментировал Дэсад и повёл ладонь к груди, ухватив за сосок, ударил ещё раз!

Сама от себя не ожидала, но что — то в моём голосе изменилось. И это заметил паршивец.

Он одобрительно хмыкнул, взял меня за затылок, потянул к себе и поцеловал в губы, так робко, кратко и лаконично, что это было верхом цинизма. Как показалось. Шлёп продолжился, но не такой сильный, как в начале. Он шлёпал меня и шлёпал, то по одной ягодице, то по другой. И я кричала от каждого удара, ощущая тоненькие волны от сосков, что он продолжал трепать.

— То, что надо, — наконец сказал Дэсад. — Мы поняли друг друга, леди Кошка.

После этих слов он перевернул меня на спину, сел сверху и поцеловал сперва один сосок, затем другой. С такой нежностью, что я не знала куда и деться.

— Твои глаза выдают тебя, Маринда, — прошептал Дэсад и вдруг извернулся, оказавшись за моей спиной в сидячем положении.

Его руки грубо развели мои ляжки в стороны. А затем прошли под коленями и сцепились на моём затылке в мёртвый замок! Я даже сразу не сообразила, что он сложил меня пополам так ловко, ещё и поставил, как статуэтку на свои мощные ляжки.

— Ты так старательно выбрила писечку, — прошептал маркиз. — Надо обязательно показать её публике. Такую нежную, крохотную щёлочку, плотно сомкнутую и таящую в себе кое — какие стыдливые секретики. Не так ли, леди Кошка?

Я мотнулась, осознавая ужас ситуации. Но вышло смешно и безнадёжно. Руки безвольными веточками никак не могли помочь, а задница лишь мотнулась позорно в стороны, но ничего не изменилось. Паршивец скрутил меня так, что колени дошли до ушей, бёдра сдавили грудь к центру, та упёрлась в подбородок. И гадина давила на шею как раз в сторону груди, и я не могла ничего поделать с этим. Как и с тем, что моя писька выставилась на показ вместе с маленькой дырочкой анального отверстия. Загнул так, что я практически могла увидеть, как там у меня всё аккуратно.

Но видеть было не обязательно. Дэсад всё комментировал, шепнув, что моя дырочка даже меньше и красивее, чем у Дафны. Конечно! Туда никто и никогда ничего не совал. Даже я сама не осмеливалась проверять, каково это ощущение, когда там что — то инородное.

— Очень гибкая, — похвалил маркиз и сцепив сильнее, оторвал мою задницу от своих бедер! Натянул и скрючил сильнее. Я закряхтела отчаянно, ибо стало нечем дышать уж совсем. Он отпустил немного, стукая мой зад о свои ляхи. И снова повторил нажим, поднимая попой кверху! И так несколько раз, ввергая в ещё большую пучину позора, и давая осознать, насколько я ничтожно мала и беспомощна, особенно сложенная в три погибели.

Тем временем публика исходила оргазмом. С порой мутнеющей картинкой, я слишком поздно осознала, что дикари уже пододвинулись к нам вплотную, образовав круг расправы не более пяти метров. Они рассматривали меня!

И смаковали процессом вместе с Дэсадом.

— Как прелестны её непорочные дырочки, — комментировал маркиз и, вдруг отпустил со словами: — Но это лишь сладкая прелюдия, дамы и господа.

Руки на шее расцепились. Дэсад отпустил меня было, но вновь перехватил поудобнее. Голова провалилась куда — то вниз, а мои ноги растопырились шире… намного шире, теперь с обратных сторон колен держали всё только его ноги. Я как безвольная кукла уже не сопротивлялась. Что — то внутри надломилось, и будто со стороны я уже наблюдала за собственным телом и тем, что с ним делает затейливый маркиз.

А зря… надо было ещё оказать хотя бы символическое сопротивляться, прежде, чем он загнул меня в позу нараспашку, такую, что можно было провалиться сквозь землю смело. Моя голова была где — то промеж ляжек маркиза, левое ухо грели его яйца, переходящие в напряжённый член. Тело сложено практически, как в предыдущую позу, за исключением того, что ноги были неприлично широко, а распахнутая попа стояла теперь выше всего остального. Меня усадили вверх тормашками, заплетя ногами так, что я не могла даже пошевелиться. Да и у же не было сил. Еле дышала…

— О, как я мечтал увидеть эти дырочки, с самого начала, как рассмотрел шикарные глаза, прелестные губы и изумительной формы ягодицы, что удавалось рассмотреть лишь украдкой, и то не полностью. Как доступна и неприступна одновременно была эта женщина, — пропел маркиз, рассматривая мои полу распахнутые отверстия.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Шлёпнул по натянутой ягодице, проверяя реакцию, или просто показывая свою власть. Затем пошлёпал ещё у самой кисы. Потрогал пальцами жилки, на внутренней стороне бедер, будто оценивая натяжение. Взял за копчик обеими лапами, поддавил ещё к себе.

— О, да, какая гибкая. Ты можешь больше, давай, — шептал извращенец, расшатывая задницу и загибая ещё сильнее.

Когда убедился, что раскорячил, как следует, подступился уже ближе.

Лёгким касанием дотронулся до гладко выбритой киски! От ощущения полной беспомощности я обмякла окончательно. И тихо поскуливала у мучителя в паху. Но, когда осознала всю уязвимость, взмолилась.

— Не надо прошу… — вырвался мой тихий стон.

Но Дэсад делал вид, что и не заметил вовсе, лаская мою кису, он будто бы старался не касаться моего маленького отверстия дальше… Но я — то знала…

— Нежнейшая кожица, сегодня поистине день, когда сбываются мои самые грязные желания, — произнёс маркиз, поглаживая по половым губам и вдруг жестоко и похотливо выдал: — Ммм, давайте — ка посмотрим, что у нас там.

— Нет, нет, — прохрипела я, сжимая попу.

— Да, да, больше никаких грязненьких секретов, леди Миранда.

С этими словами он непринуждённо их разлепил!! Ой — ёй — ёй… Именно разлепил, ибо там уже давно копилась предательская смазка.

— О, леди Миранда, вам понравилось? — Прозвучал громкий сарказм маркиза, и варвары заржали сильнее.

— Шлюха, — брезгливо бросила королева и усмехнулась. Раздались и другие голоса разочарования…

Маркиз продолжал держать нараспашку кису и наслаждаться моментом истинного унижения. Меж раздвинутых губ веяло холодком от сочащейся смазки. Мой девственный цветок распахнули на обозрение, раскрыв самое интимное, что у меня было… и это в голове не укладывалось.

Я закрыла глаза, пытаясь решить, стоит ли мне теперь оставаться той, кто я есть. Или не есть, а была… как же просто получается перечеркнуть все свои достоинства, отдавшись воле жестокой судьбе.

Кожицу отпустили, я выдохнула с некоторым облегчением.

— Не нужно расслабляться леди Кошка, — усмехнулся маркиз, всё ещё не выпуская. — Вас ждёт ещё один сюрприз.

Я ощутила, что кто — то подал ему баночку. Судя по звукам, крышечка открылась. Повеяло мятой. Маркиз зачерпнул оттуда немного ароматной мази, и впервые мой анус ощутил касание мужчины. И не просто касание! Палец маркиза лёгкими, нежными и неспешными круговыми движениями растирал по сфинктеру мазь! Нет, ещё не проникал, но…

На глазах у всех нагло трогал моё анальное отверстие, по — хозяйски так…

— Вы встревожены, графиня? — Усмехнулся маркиз, закончив манипуляции. — Не бойтесь, я не стану проникать в вас сейчас. Это будет слишком скорая прелюдия для такого аппетитного мяса. Не так быстро.

Я ощутила свежесть на сфинктере почти сразу и сжала его отчаянно.

— О, леди Миранда, вы встревожены? Нет причин для беспокойства. Это моя особая мазь, что придумал для забавы, — Дэсад говорил и при этом держал за мои ягодицы, разведя так, что я ощутила натяжение на сфинктере, зная наверняка, что он растянул его очень даже хорошо, хоть и не касался сейчас.

Я сжимала попу, как могла, но ощущала, что мерзкая мазь всё равно проникает вовнутрь под действием силы тяжести и лап мучителя, что растопыривали анус до предела натяжения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Половые губы тоже разошлись, поганец большими пальцами специально растопырил их вновь. И чего — то ждал!

— Простите, — брякнул маркиз, немного ослабив натяжение. — Я думаю мазь вскоре начнёт действовать. Что вы ощущаете, леди Миранда?

Я промолчала. А он подул на анальное отверстие! Мятная прохлада на анусе усилилась и воспалила его. С каждым мгновением становилось холоднее…