Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич

Я уже собирался прощупать окружающее пространство своим магическим зрением, но, чуть подумав, отказался от этой затеи – мне почему-то верилось, что Поганец Сю теперь так просто от меня не сбежит.

Фун Ку-цзы, нисколько не расстроенный исчезновением маленького Сю, принялся меня наставлять:

– Нам повезло, в Цуду сейчас находиться сам правитель уезда, господин Тянь Шу. У него здесь летняя резиденция, и правитель прибыл сюда неделю назад вместе со своим двором и, что самое главное, со своими женами! Я очень надеюсь на благожелательное отношение его старшей жены, луноликой Имань Фу…

– А зачем тебе благожелательное отношение этой самой… луно… ликой?.. – простодушно поинтересовался я.

Учитель с явным превосходством взглянул на меня и изрек:

– Основа государственного управления – это обычаи народа. Обычаи народа определяются жизнью в семье. Семейная же жизнь зависит от поведения женщин!..

И тут я решил тоже блеснуть… ученостью. Припомнив прочитанную не так давно книжонку, я с умным видом возразил учителю:

– Твоя мысль глубока, но там, откуда я явился, один очень умный человек сказал: «В доме труднее всего иметь дело с женщинами и слугами. Если их приблизить, они становятся дерзкими, а если отдалить – озлобляются…»

Фун Ку-цзы остановился и, повернувшись ко мне всем телом, внимательно уставился мне в лицо. Затем, видимо, не удовлетворившись осмотром, строго спросил:

– Ты это не сам придумал?!

– Нет, конечно, – чуть растерялся я, – Мне бы и в голову не могло такого прийти – слуг-то у меня в доме никогда не было!..

Удовлетворившись моим объяснением, старик снова двинулся в путь, но на этот раз молча – то ли он исчерпал свои наставления, то ли у него пропала на время охота меня наставлять.

А крыши селения были все ближе и ближе. Поскольку сей населенный пункт располагался в небольшой низинке, образованной руслом неширокой, чистой речки, кроме крыш мы довольно долго ничего не видели. Только оказавшись совсем рядом, на небольшом пригорке, довольно круто сбегавшем к берегу речки, мы смогли рассмотреть все селение.

Было оно довольно обширным и весьма, на мой взгляд, странным. Небольшие, одноэтажные дома, построенные из дерева и глины и покрытые тростником, лепились один к одному, образовывая три сплошных, концентрических круга. Внешняя стена домов большого круга не имела окон, так что вполне могла служить своеобразной крепостной стеной. В середине селения, внутри самого маленького круга построек, по берегам протекавшей речки, был разбит довольно большой то ли сад, то ли парк.

Сверху мне было видно, что между домами снуют люди, над некоторыми крышами вился дым, были слышны звуки ударов металлом о металл, крики животных и детей.

Увидев это своеобразное поселение, я подумал было: «И как же они попадают внутрь своей деревни?..» – но почти сразу же разглядел большие ворота. Именно к ним вела та самая дорога, по которой мы шагали.

Всего несколько минут понадобилось нам, чтобы добраться до ворот деревни. Тяжелые створки, выполненные из довольно толстых брусьев, были распахнуты, и по обе стороны от них стоили толстые мужички, одетые в черные до колен халаты, странного, неопределенного цвета кожаные туфли и с железными колпаками на головах, причем колпаки эти имели маленькие козырьки спереди и сзади. В руках у этих ребят были… самые настоящие «волчьи метлы», а у пояса короткие дубинки.

«Вот это да!.. Это, видимо, и есть пресловутая стража, которой Фун Ку-цзы собирался отдать Поганца!..» – подумал я.

Мой учитель, между тем, с самым достойным видом приблизился к стражникам и веско произнес:

– Благородные воины, я, Фун Ку-цзы, известный в Поднебесной своей ученостью и мой ученик Сор Кин-ир, направляемся к правителю Тянь Ши. Он обещал мне кров и пищу…

– Проходи… – небрежно бросил стражник, стоявший справа, и нехорошим взглядом покосился на мои ноги.

Старик неторопливо двинулся вперед, а я за ним, стараясь не слишком отставать от него.

Войдя в ворота, мы оказались под прямоугольной деревянной аркой, заканчивавшейся метрах в пяти еще одними массивными воротами, у которых так же стояло двое стражников. Однако этим воинам мой наставник ничего не сообщил, он молча и все так же неторопливо миновал последний оплот обороны Цуду и свернул влево, вдоль фасада домов.

Дома внешнего круга имели с этой стороны довольно большие окна, правда, занавешенные изнутри плотными шторами, а вот с противоположной стороны улицы опять-таки тянулась глухая глиняная стена. Между домами внешнего и внутреннего круга, была проложена не мощеная дорога, шириной метра четыре. У единственных, как я понял, ворот дорога эта была совершенно безлюдна, зато уже метров через двадцать стали появляться местные жители, в основном детского возраста и местные животные самого разнообразного вида.

Одним из первых, кого я увидел, был довольно пожилой мужчина, пристроившийся на пороге своего дома перед маленьким столиком, поставленным на собственные колени. Не обращая внимания на окружающее, этот абориген что-то тщательно вырисовывал на узком и длинном куске плотной желтоватой бумаги. Я, не замедляя шага, взглянул на это художество и увидел незаконченный ряд элегантно выведенных иероглифов.

«Вещи бывают либо круглые, либо квадратные, а числа – четные и нечетные…» – прочитал я и тут же услышал голос своего учителя:

– Ты мой ученик, а не этого деревенского… философа… Изволь не засорять свое сознание и разум мудростью от сохи!..

Говорил он, не поворачивая головы, и гордо шествуя по деревенской улице мимо резвящихся в грязи ребятишек, собак и свиней.

По этой улочке мы прошли половину круга и оказались перед еще одной аркой, ведущей на внутреннюю улицу. Эта улица была значительно шире первой, вымощена булыжником и гораздо чище. Фасады домов, выходивших на нее с двух сторон, блистали большими чистыми окнами, за которыми были разложены ткани, украшения, посуда, одежда самого достойного вида… Не то, что мой халатик!.. В некоторых окнах, прикрытых шелковыми занавесями, были выставлены каллиграфически выписанные на уже виденной мной, желтоватой бумаге изречения назидательного содержания типа: «Если дело продумать тщательно, непременно добьешься успеха» или «Разве бросит свой плуг земледелец, уходя с поля!»

Не согласиться с ними было невозможно, но я был удивлен этим своеобразным обычаем.

И вообще, я, похоже, своим видом весьма напоминал деревенщину, впервые попавшего на звонкую городскую улицу. Это впечатление тем более усиливалось, что мой учитель шествовал по этой роскошной улице с огромным достоинством, словно не только не интересовался выставленными ею чудесами, а своим присутствием оказывал ей огромную честь!

Наконец мы добрались до еще одной арки и через нее вышли на большую круглую площадь, замощенную брусчаткой. Прямо напротив возвышалось двухэтажное здание, причем первый его этаж был раза в два шире второго, и потому здание накрывала изящно изогнутая двухъярусная крыша. Столбы, поддерживавшие каркас строения были выкрашены в ярко-красный цвет, что делало здание необычайно праздничным и торжественным, да, вдобавок, по зеленым стенам бежали золотые иероглифы изречений, касающихся государства и общества.

Фун Ку-цзы остановился на площади и, кивком указав на здание, произнес:

– Вот здесь расположен вход в летнюю резиденцию правителя уезда, высокочтимого Тянь Ши. Сейчас мы пройдем к нему, ты держись позади меня и молчи… В крайнем случае, можешь поклониться или кивнуть, а вообще, просто повторяй мои движения… Я надеюсь, к тебе правитель не обратиться…

– А если обратиться?.. – очень натурально встревожился я.

Фун Ку-цзы снова внимательно взглянул на меня и сурово проговорил:

– Постарайся быть кратким!..

И он направился прямо к двум, застывшим у лаково отсвечивающих дверей, фигурам, разодетых в багряные, расшитые золотом халаты и державшим в руках да-дао, или «большие мечи». Это странного вида оружие представляло из себя полутораметровые черные древки, на которые были насажены широченные, чуть изогнутые лезвия с утолщенными концами длиною в метр. Вообще-то, эти да-дао очень напоминали… весла для каноэ, только вот ребра у этих «весел» поблескивали весьма грозно. Я представил себе, с каким «изяществом» могут орудовать таким оружием наряженные в халаты ребята, и невольно улыбнулся. А затем поспешил за своим учителем – тот был уже почти у самых дверей.