Жизнь Внутри Наруто: Ураганные Хроники - Александр Василенко

В южных деревнях проживало достаточно много людей, в том числе бывших солдат, охотников и шиноби. Судя по всему, они наступали с юго-западных гор, где после прорыва границы и обустроили свой лагерь. Деревня Мастеров, где их перехватил Суйгецу была одной из последних перед Деревней Охотников (Звука). Между ними было лишь одно фермерское хозяйство и параллельно на севере располагалась Деревня Рыбаков, которую они захватили ранее для контроля речного участка перед тем как ударить по относительно укреплённой деревне Мастеров, где к ночи уже образовался какой-никакой, но гарнизон и прибыло подкрепление от Хаку. Жители южных деревень, особенно деревни Мастеров, были сильными духом людьми, которые уже многое повидали за свою жизнь и совсем не были рады посторонним, поэтому, вместо эвакуации, охотно присоединились к защитникам и вместе с ними оказывали сопротивление как могли, отдавая свои жизни за минуты задержки войск противника.

Однако самая худшая ситуация была в порту города Линк, который атаковал флот страны Морей. Наш морской торговый путь охранялся также патрульными кораблями, которые ещё до прорыва границы перестали выходить на связь. Поисковые суда, отправленные утром также пропали и только после этого корабли противника появились на горизонте. Высылка парламентёров также закончилась только бессмысленной потерей и тогда комендант города Марчелло, в 11:40 утра принял решение о введении в городе военного положения, полном прекращении работы порта, стягивании всех войск с ближайших пограничных частей в город и подготовке к обороне. Противник не торопился, будто специально давая обороняющимся время…

Из доклада одного из выживших шиноби:

«Я был прикомандирован к господину Марчелло в качестве телохранителя и никогда не испытывал к нему особенного уважения. Я знал его ещё, когда он проходил переподготовку в деревне Звука. Избалованный своими знатными родителями мелкий засранец, который с чего-то решил, что может быть ровней настоящим шиноби. Когда меня приписали к нему, он, как и полагается самоуверенному ублюдку использовал телохранителя как посыльного и даже в тот день… Я ожидал от него одного единственного приказа, когда мы столкнёмся с реальной опасностью. Точнее не так… Я ожидал, что в один момент вернувшись с докладом не застану его на месте и что он сбежит, как последняя крыса, но его нога не ступила за пределы города и это вызвало моё удивление. Все решения, которые он принимал, показывали и доказывали всем, что он не в шутку готовит город к обороне. Настолько, насколько это возможно в данной ситуации. Гарнизон города был совсем небольшим и потому был отправлен запрос на подкрепление. Гражданские добровольцы, которых было большинство местных жителей также были грамотно задействованы для сбора на местах техники вроде баллист и катапульт, организации засадных точек, перетаскивании продовольствия и создании тайных путей снабжения для тех, кто будет находиться в укрытиях и нескольких подземных бункерах и также баррикадировании улиц и перекрёстков. Я был назначен старшим одной из засадных групп на левом фланге. Трое гвардейцев с арбалетами и короткими мечами в качестве вспомогательного оружия и один шиноби… Такой был наш засадный расчёт. В некоторых группах было по двое шиноби, но я был силён и поэтому в своей группе был один. Мы сидели достаточно долго… Первые обстрелы начались лишь на закате. Когда они начались, я многое осознал сразу. В боях такого типа мы – шиноби мало что могли. Стоящие на баррикадах пытались как-то сбивать ядра встречными бросками взрывных кунаев и у кого-то даже получалось, но нам было строго приказано не выдавать свою позицию, и мы могли лишь прижимать голову на своей дальней крыше, когда мимо пролетали залётные пушечные ядра. Тяжелее всего было слышать, как попав под зажигательный снаряд кричат от боли твои товарищи, сгорая заживо… После приходило понимание, что на своей позиции, удачным броском я бы мог сбить какое-то ядро и возможно погибло бы меньше… Обстрел ядрами был достаточно плотный и продолжительный с несколькими перерывами. Мои гвардейцы не были трусами, но под конец, нервы у них начали сдавать. Вокруг нас всё было разрушено и окружающие здания горели, а мы, натянув респираторы, чтоб не задохнуться в дыму, продолжали лежать на крыше нашей четырёхэтажки. Они всё уговаривали меня сменить позицию, опасаясь, что следующим залпом накроет и нас, но, я был непреклонен. Когда противник направился на штурм, их страх сменился на желание разорвать противника в клочья, побежав в бессмысленную лобовую атаку. Этот порыв мне также пришлось сдерживать давлением своего Кю и угрозой убить того из них, кто нарушит мой приказ. На своём участке мы так и не дождались пехоты противника. Внезапно, на нас налетела гигантская птица, оглушающая и причиняющая жуткую боль своим криком, а на ней сверху сидел какой-то ублюдок в серебряных доспехах. Моя основная специализация – яды, а никак не открытый бой на передовой, но и для засад я также неплох. Сложив печати, я использовал технику звукового барьера. В зоне действия моего Кю, а это примерно пол сотни метров вокруг меня все звуки подавлялись до нуля. Это защитило мою группу от звуковой атаки птицы, и мы быстренько сбили её из арбалетов болты которых были смазаны ядом. Я попытался добавить ей ещё взрывным кунаем, но его на свой щит принял всадник птицы в доспехах. Он быстренько раскидал моих парней, которые попытались добить его после падения с птицы. Одного пронзил копьём насквозь. Я попытался воспользоваться моментом и тем, что он тоже не должен ничего слышать. Но, в своих доспехах, он оказался даже быстрее меня – шиноби, и похоже, неплохо ориентировался по Кю. Мне повезло всё же ударить его кунаем в сочленение между пластинами лат перед тем, как получить удар щитом с разворота, отбросивший меня на десяток метров и вырубивший об уцелевшую стенку горящего здания. Судя по всему, мой парализующий яд подействовал достаточно быстро и не дал ему меня добить. Я очнулся, видя прямо у своего лица его лежащее тело. Я так и не понял сколько прошло времени, понял лишь, что из моей группы все мертвы. Добив противника, я понял, что этот участок мы не удержали, а меня, скорее всего, приняли за труп. Отступая по задымлённым улицам до участка для перегруппировки, я не встретил никого из противников, лишь слышал звуки боя в отдалении, когда я добрался до забаррикадированного перекрёстка, ведущего на центральную площадь я увидел, как над портом засияло второе солнце, а после огненное светило расправило крылья и взлетев наверх в облака,