Твое... величество! Anthology - Галина Дмитриевна Гончарова

- Ну-ка! Улыбайся, а то все подумают, что тебя зверски пытали и мучили все плавание! Чего ты нос повесил?

Рэн развел руками.

- Понятно! Опять хандра напала!

Если бы плавание шло легко и быстро, она бы толком не успела. Но море же! Сначала шторм, а потом штиль. Бертран подозревал, что это вулкан погоду подпортил, но скале его возмущение безразлично. Хотя давно могли бы уже прибыть!

- Н-ну…

- Прекращай! Драконы нужны всегда, или ты думаешь, ее величество от нас откажется?

- Ее величеству еще нужно что-то решить с супругом.

- Решит. Может, и с нашей помощью! А не устроимся в Эрланде, вернемся в Картен! Нет, так еще куда полетим! Чего ты переживаешь?

- Действительно…

- Все будет хорошо, я тебе точно говорю! Но лучше бы, конечно, Эрланд. Мне Клара понравилась. А ты себе никого присмотреть не хочешь?

Рэн посмотрел на друга с искренним удивлением.

- Присмотреть?

- Почему нет? Сам подумай, женишься, дети пойдут, может, и среди них драконы будут?

Кажется, Бертран нашел нужные слова. Рэн задумчиво кивнул.

- Да… посмотрим.

- Вот то-то же! А то хандрить, тосковать…. Фу! И еще раз – фу!

Рэн улыбнулся.

- Ладно… посмотрим, что дальше будет!

- Давно бы так!

Корабль медленно приближался к берегам Картена.

***

- Ваше величество! Прибыл его величество Саймон!

Поклон был более, чем почтительным.

Мария сначала удивлялась, потом уже сообразила. Это для нее, человека двадцать первого века, преклонение перед богами и вера были чем-то странным. Да, не прошли мимо и семьдесят лет советской власти, и омерзительное поведение церкви в девяностые годы. В Бога Мария верила, но религиозностью не страдала.

А тут не так!

Тут люди верят. Искренне и даже неистово, и на костер идут с этой верой. В обычные дни им для этого и личной убежденности хватает. А тут – еще и подтверждение!

Да какое!

Вторая ипостась у адмирала, вторая ипостась у Демьена… по коридорам дворца шлепал очаровательный ядовитенький утконос, и нагло приставал ко всем. Увы, физические недостатки это исправить не помогло, шут остался ровно таким же, как и был. Помолодел только.

Характер у него тоже не особо исправился, и один из эрров, который решил потискать очаровательного зверя, так получил задней лапой, что… нет, не помер. Но очень об этом пожалел.

Провалялся в горячке почти неделю, проболел потом…

Ей-ей, помереть было проще.

А кто все это устроил?

Правильно, королева. Вроде, как и у нее вторая ипостась есть, просто никто не рассказывает, какая именно. И камень Многоликого у нее.

Благословение на ней, не иначе. А идти против той, которую благословили Боги?

Не-не, найдите других идиотов.

Говорит ее величество, что они с королем помирились? И вообще, так было задумано?

Ну… наверное, так оно и есть. Письма точно настоящие, там королевская печать. Та самая, старая. То есть если и было оно написано, то королем. Королева-то ее достать не могла, ее во дворце не было! Пусть даже она бы пришла ненадолго, но это ж лезть под крышу, в эту башню... нет, незаметно такого не проделать! Значит – все правда.

А вдруг…

Ну, пусть не у самого эрра или эрры, но у кого-то из их семьи будет благословение Многоликого? Ее величество честно обещала выделить один день в месяц, и всех посмотреть… вот, уже и день назначен. Какие уж там бунты?

Да и с заговорами становится сложно. Вот так будешь разговаривать, а за окном птичка сидеть будет. Или киска под столом играть. Или… да мало ли, кто еще есть?

Рисковать никому не хотелось.

Лучше дождаться того самого дня, а потом… а потом будет еще что-то интересное. Наверняка.

- Прибыл? Отлично!

По правилам, королеве полагалось его дождаться в тронном зале, но Мария твердо решила, что ей на правила – чихать!

Если так вспомнить историю…. Кто все эти правила соблюдал? Да те, кто на троне не особо крепко сидел! Те же Тюдоры – узурпаторы же, вот и пошло, правильный подход к королю, правильный отход от короля. Тот же Людовик, четырнадцатый по порядковому номеру. Мало кто помнит слово «фронда», а ведь правление у парня началось с гражданской войны. Вот он и перевел всю энергию придворных в другое русло. Пусть не короля мечтают свергнуть, а спорят, кто ему тапочки подавать будет. Такой ритуал разработал – его потом никто уже соблюдать не смог!

А вот Наполеон, к примеру, церемониями сильно не утруждался. Или Петр Первый!

Романовы заморачивались с поклонами и прочим, а Иван Грозный… любой боярин, который посмел бы царю указывать, что «не подобает» быстро познакомился бы с товарищем Скуратовым-Бельским. И орал бы жалобно: «Гриша, за шо?!». *

*- Малюта Скуратов – Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский. Прим. авт.

Так что королева пролетела по коридорам так, что за ней едва успевала небольшая свита, и выскочила во двор, в котором как раз останавливались кареты. И одна из них, самая крупная.

И из нее как раз выходит человек, который настолько похож на Марию, что ему и тонкого золотого обруча на голове не надо. И так ясно, что брат.

- Саймон!

Мужчина обернулся, и тут же получил в объятия сестру.

- Мария! Ты… ты такая…

- Какая? – Мария прекрасно знала, что она сейчас красавица. Но услышать же приятно! И платье ей идет цвета ультрамарин, и сапфиры к месту. Рубин надежно спрятан под одеждой.

И сейчас он, кстати, нагревается.

А не кажется ли вам, ваше величество, что ваш брат тоже того-с? Двуипостасный?

А ведь может быть.

- Совсем как девочка. Я такой тебя и помню, - определился Саймон. Сам он выглядел не только на свой возраст, даже и чуточку побольше. Корона сильно давит, если ее носить не только для украшения.

- Я рада, - просто сказала Мария. – Пойдем! Я так давно тебя не видела, я столько хочу узнать! Как жена, как дети? И за Феликса тебе громадное спасибо!

Саймон и опомниться не успел, как его увлекли во дворец, заговорили, затянули… и обошлись без кучи утомительных церемоний. Сразу перешли к скромному (всего четыре перемены блюд) семейному обеду, а там его и отдыхать отправили. И то, возраст не