Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ) - Белянин Андрей Олегович

– Признавайся, это был гипноз? Какой хитростью ты сместил нашего красноколпачника? – насела я на этого негодяя.

– Разве теперь это уже важно? – затравленно огрызался узурпатор.

– Рано радуешься, козел безрогий!

– Рогатый! Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть, как сказал, подписывая со мной контракт, автор трагедии, которую вы решили поставить.

– Он сказал также: «Дьявол может цитировать и Священное Писание для своих грешных целей». – Я вовремя вспомнила лекции Профессора и блеснула образованием.

– Это было как раз после встречи со мной, значит, он успел записать, – радостно похвастался этот негодяй. – Помнится, я еще привел ему такое изречение из Библии: «Уильям, Бог всемогущ!» – и впервые даже он не нашелся, что ответить.

– Брехня! В Библии такого нет, – уверенно отмела я.

– Было! Просто ты читала отлакированный вариант. Кстати, агент 013 пригласил меня участвовать в спектакле. Пожалуй, впервые скажу открыто и прямо, хотя это и трудно – для меня это честь, я почти с самого начала мечтал попасть в вашу труппу! Ведь актерство – это мое призвание. И зная, какой строгий у вас отбор, как разборчив ваш режиссер, скажу честно – я счастлив стать и хозяином Базы…

– Временно-формально – начальником! – резко поправила его я, но он не обратил внимания.

– …и актером труппы Профессора – это был самый счастливый день в моей жизни! Кроме, наверно, дня, когда я заключил контракт сразу на целую олимпийскую сборную США перед Пекинской олимпиадой. Но не горюй, я буду вам приятным хозя… шефом!

– Хэ… – ненавистно сверкнув на него глазами, иронично бросила я.

Дьявол, продолжая ухмыляться, смущенно отвел взгляд, как бы говоря, что вполне понимает мое возмущение, но…

– Ты не получишь нас, База не сдастся! Клянусь Аллахом!

Но нечистый вовремя поправил меня:

– Не клянись именем Всевышнего, это грех! Да, сначала я хотел только заполучить души. А теперь планирую остаться здесь жить, мне нравится у вас! И, в конце концов, я ведь такой же изгой на земле, как все вы.

– Не дави на жалость. И мы не изгои – мы оборотни! Нас любят, чтоб ты знал…

– Ну да, вы просто «особенные», а это никогда не позволит вам вернуться в свое общество и стать счастливыми.

– Мы уже дома, и нам не нужно другого. И свой дом мы будем защищать до последнего, а ты его не получишь!.. – Я умолкла, сообразив, что поздно пить боржоми… то есть обещать не допустить действия, которое уже совершилось.

– Но я уже получил, – подтвердил мои мысли дьявол. – И по-прежнему считаю, что я один из вас. Конечно, не сразу это понял. Но, проворачивая задуманное, постепенно полюбил вашу Базу, мне стали симпатичны ее жители. Это удивительные ощущения… Я думал, в моем сердце не осталось места иной любви, кроме любви к гадостям, но… к счастью, ошибался. В общем, я решил выйти на пенсию, пожертвовав своей апокалипсической миссией. Когда-нибудь, рано или поздно, этот день все равно бы настал, так почему не сейчас? Не до Страшного же суда мне ишачить?!

Мне странно было слышать подобное заявление из уст дьявола, но, может, он недоговаривает или у него просто есть кому его подменить на основной работе? Я запуталась в своих же умозаключениях и предпочла дослушать…

– Поверь мне – все, чего я хочу, – это чтобы обитатели Базы приняли меня как своего, я так устал быть изгоем. Как говорил любимый тобой Шекспир…

Ведь щеки шлюхи, если снять румяна,

Не так ужасны, как твои дела

Под красными словами! —

процедила я сквозь зубы бессмертные слова, испепеляя его взглядом…

Можно улыбаться, улыбаться

И быть мерзавцем…

…Если не везде,

То, достоверно, в Дании, —

подхватил он. -

Ха-ха…

Поняв, что этот бессмысленный литературный спор можно продолжать бесконечно, я молча развернулась и вышла. Победа почти оставалась за мной, но…

– Увидимся на репетиции-и, – крикнул он мне вслед. – И вели там приготовить мне личную артистическую уборную!

Гнуснейшего и прилипчивейшего субъекта свет не видывал. Он, как морской полип, присосался к нашей Базе или как банный лист к… Ну что ж, «поцарствуй, отсрочка это лишь, а не лекарство…».

Наша База магическим образом притягивает всех исправившихся негодяев, но это не тот случай. В исправление дьявола и младенец не поверит, потому что он – тот самый исключительный случай, подтверждающий общее правило.

Это будет злокачественная опухоль на теле нашей Базы! И что, вот так взять и отдать родной дом под его тлетворное влияние? Ну уж дудки, профи по борьбе с нечистью так легко на сказки не ведутся. А психология преступника, пусть и единственного в своем роде, нам известна. Джек Попрыгунчик, впрочем, тоже был единственным в своем роде, однако его только огонь исправил… посмертно. Зло всегда одинаково…

К нашему заговору присоединился грифон Рудик, который играл в спектакле Полония. Он как древнегреческое существо и политеист особо не переживал за неминуемое разложение Базы, но, чтобы вернуть своих учеников по восточным танцам, был готов на все. Наш новообращенный православный священник Бэс проводил по радио активную агитацию против дьявола. В его черном сердце не было страха, в конце концов, древнеегипетский божок появился здесь раньше, чем был сформирован институт дьявола как таковой! Не правда ли?

Так вот, сегодня он пригласил на передачу Рудика, а тот вызвал дьявола на словесные прения. Дьявол не явился (он учил роль Клавдия!), и наш гордый грифон битый час в одиночку доказывал, что восточные танцы по всем параметрам лучше латиноамериканских, а в особенности паршивого аргентинского танго! Круто, да?

После чего передачу, естественно, закрыли, а радиорубку опечатали, запретив Бэсу и кому-то еще на Базе заниматься общественным вещанием без особого разрешения нового шефа. Приказ такого содержания доставил Брандакрыс со своей мерзкой улыбочкой на лице. Никто не успел заметить, как он стал главным наушником дьявола (похоже, заменил на этом поприще кота), поскольку никого лучше тот себе найти не смог, а у Брандакрыса была причина озлобиться на нас – у него забрали роль Горация. ПАХ от него тут же «открестился», и справедливо… О, если бы я тогда знала, какую роль этот героический хоббит играет на самом деле.

Дьявол, кстати, тоже понимал, с каким намеком ему дают роль Клавдия, но очень уж хотел блеснуть на подмостках столовой, так что не смог устоять. Все-таки роль главного изверга была его ролью. И Профессор вел его профессионально, прошу простить за невольный каламбур. Оцените:

– Клавдий – релаксирующая личность, в нем что-то есть… Я чувствую…

– Это фигура, раскрывающая твою душу великого злодея, король-отравитель, и это, вне сомнения, лучшая роль всех шекспировских трагедий! – поддакивал ему кот.

– А Гамлет? Я бы не отказался его сыграть…

– Гамлет – мой! Но неужели вас привлекает образ упитанного принца-нытика?!

– Н-нет… король меня вполне устраивает, – сдавался дьявол. – Это моя роль! Но мне только концовка не нравится. Может быть…

– Так там почти все погибают, не только Клавдий!

– Это верно… Ну, хорошо, я его сыграю.

…Знали бы мы, что он сотворит, вдохновленный своей ролью, буквально в тот же день. Подкравшись к шефу в отставке, когда тот спокойно спал в оранжерее в послеобеденное время, наслаждаясь заслуженной пенсией, дьявол влил ему в ухо из фляги сок белены. Злодей хотел упрочить свою власть, узнав, что на Базу послана комиссия с экзорцистом, заклинателем змей и мормонским пастором – для проверки нового кандидата и расследования обстоятельств отставки гнома. Внезапный запрос на утверждение нового шефа показался им подозрительным, тем более когда они прочли, что все это устроил сам дьявол. Да и кто бы не счел это подозрительным?