Перстень Сварга - Веда Корнилова

- Желаю успехов в хорошем начинании.

- Погодите, погодите… - мальчишка что-то лихорадочно соображал. - Так вы оттого и не стали звать стражу, чтоб эти ужасные люди могли уйти и устроить у заказчицы скандал?

- А ты сообразительный парень. Я же сказала: одно дело деньги пообещать, но вот совсем другое - расставаться с ними. По-человечески жалко отдавать столько золота, которое с куда большей пользой можно потратить в семье.

- Вы, вы… Знаете, что я сделаю? Сейчас же пойду к ней домой, и завтра вам будет стыдно за то, что вы могли так плохо подумать о моей девушке! Чтоб вы знали, она по вечерам занимается тем, что читает богоугодные книги…

- Погоди! Что, ты сказал, она читает по вечерам?

- Богоугодные книги… Что вы смеетесь?

Однако Олея, услышав о том, что дочь Серио будто бы читает, да еще и богоугодные книги, едва не умерла от смеха. Стоило ей только представить эту картину, как на нее вновь и вновь накатывали очередные приступы хохота. Насколько Олее помнилось, единственная тоненькая книжечка, которую она однажды увидела в руках дочери Серио, состояла из рисунков весьма непристойного содержания, однако более чем фривольные подписи под ними девица разбирала только что не по слогам…

Более или менее Олея успокоилась только когда стала подходить к своему дому. Обернувшись к мальчишке, который все это время шел подле нее с насупленным видом, женщина произнесла, стараясь казаться как можно более серьезной:

- Спасибо, что проводил. А сейчас, мальчик, иди домой, уже поздно.

- Перестаньте называть меня этим дурацким словом!

- Верно. Ты просто очень хороший и милый парень, только вот с выбором подружки тебе не повезло.

- Ответьте мне, только честно: за что вы над ней раньше так издевались? Били и вообще…

- Я тебе скажу так: ты видел, как я умею владеть хлыстом? Так вот, поверь мне, если бы я хоть один раз отходила ее, как положено, (и даже не хлыстом, а вожжами), то дури в голове этой девицы было бы намного меньше, да и вела бы она себя тише воды, ниже травы. Впрочем, можешь считать все, что тебе заблагорассудится. Так что до свидания, мой дорогой, и я действительно рада, что познакомилась с тобой, мальчик.

Уже закрывая за собой дверь, Олея вновь улыбнулась - надо же такое придумать, богоугодные книги!.. Между прочим, парнишка, и верно, неплохой, так что он рано или поздно должен разобраться, что к чему. Лучше бы, конечно, это произошло пораньше…

- Доченька, ты что так долго? - мать уже ждала Олею. - Я уже беспокоиться начала. Тебе сейчас надо быть поосторожнее.

- Все в порядке. Знаешь, кого я по дороге встретила? Жениха доченьки Серио.

- И что?

- Да ничего. Просто поговорили…

Ночью Олее приснился странный сон. Она снова оказалась в той непонятной красноватой пустоте, где напротив них с Белом стоял Сварг. Тогда, в подполе на горящей заставе, их воспоминания внезапно обрывались, и ни она, ни Бел так и не могли вспомнить о том, что же им тогда сказал Сварг. Впрочем, она и сейчас еще не могла точно вспомнить тот разговор. Кажется, Светлый Бог сказал им что-то вроде того, что в награду за верность он подарит им долгую и счастливую жизнь…

Утром Олея проснулась с чувством, что все у нее будет хорошо. Кажется, она сегодня очень долго спит: вон, ночная тьма в окне уже меняется на бледное серое утро, а если учесть, что зимний рассвет приходит поздно, то можно предположить - времени уже немало.

- Доченька, вставай… - в комнату вошла мать. - А ведь нам еще в суд идти, ты не забыла? Что-то заспалась ты сегодня не по делу! Неужели даже крики Серио тебя не разбудили?

- Серио? Не слышала… А что ему было нужно?

- То есть как это - не слышала? - удивилась мать. - Ну и горазда же ты спать! Ведь даже соседи из своих ворот выглядывали, чтоб посмотреть, что за шум у наших ворот стоит! А я-то думала, что ты просто выходить не хочешь… Муженек твой бывший заявился, причем был жутко не в настроении, кричал, что вам обязательно надо поговорить. Может, это ему и надо было, только вот мы его в ворота не пустили - зря, что-ли, я охранника нанимала?! Между прочим, этому нашему новому работнику так было и сказано: если Серио ступит на порог, ты окажешься за порогом!

- На тебя это непохоже…

- Да стоит мне только вспомнить, как Серио тебя тогда на порог своего дома не пустил, так у меня кровь вскипает! Столько времени прошло, а меня все еще обида гложет! А вот сейчас он к нам в дом заявился, ему, видишь ли, с тобой переговорить надо! Ничего, долг платежом красен!

- И что еще было? Серио сказал еще что-то?

- А ничего особенного! Покричал-покричал, ногами потопал, да и ушел. Вот и все наше с ним общение. И без того ясно, чего ему надо было: сегодня же новое судебное разбирательство по тем кражам, за которые тебя в свое время осудили, вот муженек твой бывший и беспокоится! Если будет доказано, что ты тут ни при чем и осуждена ошибочно, на основании ложных показаний его дочери и подкупленных свидетелей, да к тому же будет оказана вина этой девицы… В этом случае я ни Серио, ни его мерзавке не завидую!

Значит, - подумалось Олее, - значит, вчера в доме Серио произошло что-то такое, после чего нежный папаша был вынужден принять какие-то меры. Просто так Серио вряд ли пришел бы в дом бывшей жены, и уж тем более не стал бы поднимать шум у ворот, опасаясь привлечь к себе чужое внимание: он же твердил всем и каждому, что не только не желает иметь со своей бывшей женой ничего общего, но и близко к ее дому подходить не желает. Ну-ну…

- В общем, вставай, доченька… - продолжала мать. - Собираться надо.

- Мама, ты не могла бы выполнить мою просьбу? - неожиданно для себя произнесла Олея. - Скажи на кухне, чтоб обед сегодня готовили не только для нас, но и для гостей. Мне почему-то кажется, что вечером в нашем доме будет немало людей…

- А почему бы и нет? - пожала плечами мать. - Хорошую мысль ты мне, Олеюшка, подала. Давно у нас в доме не было настоящего веселья, и если сегодня все пройдет удачно, то мы вечерком ох и погуляем!.. Родственники придут, соседи заглянут, да и отцовы приятели будут тут как тут - эти прямо нюхом чуют, когда мы столы накрываем!

У здания суда народу было много, а в самом зале и вовсе, как говорится, яблоку было негде упасть. Слухи о пересмотре дела уже давно ходили по городу и вызывали немалый интерес. О том, что дочка Стара, кажется, невиновна, говорил весь город, и желающих поглазеть на происходящее разбирательство было в избытке. Олея с родителями оказалась в центре внимания, а чуть позже не меньшее внимание было уделено и Серио с его милой дочкой. Олея сразу поняла, что ее бывший муж, мягко говоря, не в настроении, а белобрысая девица, хотя и шествовала с видом оболганной добродетели, но выглядела неважно. Похоже, у нее или башка трещит с перепоя, или же с самого утра она получила от отца хорошую трепку, хотя, скорей всего, тут было и одно и другое. А еще рядом с ней нет жениха, того самого милого мальчишки. Интересно, отчего же он к своей невесте не спешит?