Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

побыстрее, я кое-что осознал. Мне следовало признаться себе в этом много лет назад. Я всегда это знал. Я люблю вас, Августа.

Разыгрывая роль любовника, он следил за ее лицом, читая его, как моряк читает море. Сначала она попыталась придать ему изумленный вид, но почти сразу же отказалась от попытки и довольно улыбнулась, немного покраснев, почти как девушка. Потом сосредоточенно задумалась над чем-то, словно просчитывая все плюсы и минусы.

Мики понял, что она еще не решилась.

Он обвил рукой ее талию в корсете и привлек к себе. Она не сопротивлялась, но на ее лице застыло выражение нерешительности.

Когда их лица почти встретились и ее груди касались лацканов его сюртука, он прошептал:

— Я не могу жить без тебя, дорогая Августа.

Она ощутимо вздрогнула и едва пробормотала:

— Я стара, я гожусь тебе в матери.

Он прошептал ей на ухо, проводя губами по ее щеке:

— Но ты не моя мать. Ты самая желанная женщина из всех, что я знал. Я мечтал о тебе все эти годы, ты и сама понимаешь. А теперь… — он поднял руку с талии, едва не касаясь ее груди. — Теперь я едва сдерживаюсь, чтобы не заключить тебя в объятия. Августа…

— Что? — прошептала она.

Она еще могла сорваться с крючка, и потому Мики решил разыграть свою последнюю карту:

— Теперь, когда я больше не посланник, я могу развестись с Рейчел.

— О чем ты?

— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил он, прижав губы к ее уху.

— Да, — успела ответить она, прежде чем он заставил замолчать ее поцелуем.

* * *

Эйприл Тилсли, как всегда великолепная, в алом шелковом платье с лисьим мехом, ворвалась в кабинет Мэйзи в больнице для женщин, размахивая газетой.

— Слышала, что случилось?

— Эйприл! — воскликнула Мэйзи, вставая. — Ради всего святого! В чем дело?

— Мики Миранда застрелил Тонио Сильву!

Мэйзи прекрасно знала, кто такой Мики, но Тонио вспомнила не сразу. Вроде бы один из приятелей Солли и Хью в молодости. Он еще увлекался азартными играми, и Эйприл встречалась с ним, пока тот окончательно не разорился.

— Мики его застрелил? — повторила она изумленно. — Он что, умер?

— Да. Это напечатали в свежем дневном выпуске.

— Но почему он его убил?

— Там не написано. Правда, тут написано кое-что другое… Присядь, Мэйзи.

— Зачем? Скажи!

— Тут написано, что полиция разыскивает его по подозрению в совершении трех убийств: Питера Миддлтона, Сета Пиластера и… Соломона Гринборна.

Мэйзи рухнула в кресло.

— Солли! — вырвалось у нее. — Мики убил Солли? Ах, бедный Солли!

Она закрыла руками глаза.

— Тебе нужно выпить бредни, — сказала Эйприл. — Где вы его храните?

— Здесь у нас его нет, — Мэйзи постаралась собраться с духом. — Покажи мне газету.

Эйприл протянула ей газету.

Мэйзи прочитала первый абзац. В нем говорилось, что полиция разыскивает бывшего посла Кордовы Мигеля Миранду, чтобы допросить его об убийстве Антонио Сильвы.

— Бедный Тонио, — сказала Эйприл. — Он был одним из самых приятных мужчин, для кого я раздвигала ноги.

Мэйзи продолжила чтение. Полиция также хотела допросить Миранду о гибели Питера Миддлтона в Уиндфилдской школе в 1866 году, о смерти старшего партнера Банка Пиластеров Сета Пиластера в 1873 году и о гибели Соломона Гринборна, попавшего под колеса экипажа на боковой улице в районе Пиккадилли в июле 1879 года.

— Что, еще и Сет Пиластер — дядя Хью? Он еще и его убил? — возбужденно спросила Мэйзи. — Но зачем? Что все они ему сделали?

— Газеты никогда не пишут самого главного, — деловито ответила Эйприл.

Третий абзац вновь заставил сердце Мэйзи биться быстрее. Стрельба произошла к северо-западу от Лондона, близ Уайтхэмстоу, в поселке под названием Чингфорд.

— Чингфорд! — ахнула Мэйзи.

— Никогда не слышала…

— Там живет Хью!

— Хью Пиластер? Ты что, до сих пор по нему сохнешь?

— Он же здесь тоже замешан, как ты не понимаешь? Это не совпадение. О боже! Надеюсь, с ним все в порядке.

— Ну, наверное, газеты написали бы, если бы с ним что-то произошло.

— Но ведь прошло несколько часов. Откуда им знать все подробности.

Не в силах сидеть на месте, Мэйзи встала:

— Я сама выясню, цел ли он.

— Как?

— Поеду к нему домой, — ответила Мэйзи, надевая шляпку и прикалывая ее булавкой.

— Его жене это не понравится.

— Его жена paskudniak.

Эйприл засмеялась.

— Это еще что такое?

— Гадина, сволочь.

Мэйзи надела пальто. Эйприл встала.

— Можешь доехать до железной дороги в моем экипаже.

Когда они уселись в экипаж, выяснилось, что никто из них не знает, откуда ехать до Чингфорда. К счастью, кучер, также работавший в борделе Эйприл вышибалой, сказал, что поезд ходит от станции Ливерпуль-стрит.

По приезде Мэйзи торопливо поблагодарила Эйприл и побежала на станцию, где толпились люди, возвращавшиеся домой. Здесь было накурено и грязно. Люди шумно говорили между собой, повышая голос, чтобы перекричать визг стальных тормозов и кашель паровых двигателей. Мэйзи пришлось прокладывать путь к кассе мимо женщин с пакетами, ушедших пораньше с работы служащих в котелках, инженеров и пожарных с закопченными