Трилогия «Хроники Сиалы» - Алексей Пехов

Есть!

Пузырьки веселой толпой устремлялись в рваную щель в потолке! Рвусь следом за ними, оказываюсь еще в одном колодце, но теперь уже уходящем точнехонько вверх. Там, впереди, мерцает что-то неуловимо прекрасное. Работаю ногами, в глазах темно, начинаю подумывать, что срочно пора учиться дышать водой или собирать вещички перед дорогой в свет. Серебристое мерцание уже рядом, больше всего это похоже на тонкую пленку, растянувшуюся от стенки до стенки. Пузырьки свободно проходят сквозь нее. Значит, и я смогу. Касаюсь пленки, по всему телу пляшут иголки... Лечу... и я уже не в узком коридоре, а где-то...

Сижу на берегу огромного подземного озера. А может, и не огромного, но "огонек" не может высветить другого берега. Вдыхаю пьянящий аромат воздуха. Дрожу. Пока плыл, вода казалась очень теплой. Да она и была теплой, но стоило выползти на берег и откуда не возьмись напал та-а-акой озноб, что хоть костер разжигай (рад бы разжечь, да дров нет). Сразу же сбросил с себя всю одежду и вытащил из насквозь промокшей сумки свитер, завернутый в дрокр. Спасибо эльфийской ткани, одежка оказалась сухой, словно и не побывала несколькими минутами раньше в воде. Одеваюсь. Сразу полегчало. В довесок к теплому свитеру я еще попрыгал и подрыгал ногами и руками. После долгого купания это обычно помогает прийти в норму.

Не знаю, как я оказался в озере, не знаю, где оно находится, то ли в пещере, то ли в зале, но Посланник не обманул – это Ярус меж ярусов. Потому что ничего подобного в секторе Героев уж точно нету.

А тьма! Все равно холодно! Выжимаю одежду, но без солнца она будет сохнуть еще Сагот знает сколько времени.

Отправиться в путь мне пришлось намного раньше, чем высохла одежда. Волшебный фонарик у меня всего лишь один, и его силы уже на исходе. А вокруг тьма, и стоит поторопиться, если, конечно, я не хочу, как крот, тыкаться носом в стены и идти на ощупь. Что случится после того, как погаснет "огонек", я старался не думать. Ну да, признаю, была у меня глупая надежда на то, что появится освещение, или я набреду на склад факелов, или (что было бы очень хорошо) на лавку карлика, торгующего магическими побрякушками. А пока я только мечтал и шел, точнее, бежал по совершенно прямому коридору, стены которого в свете "огонька" цветом походили на запекшуюся кровь.

Нельзя бежать вечность. В боку давно уже засела тупая игла, и пришлось перейти на шаг. Я устал и очень, просто ОЧЕНЬ хотел есть. Два дня вынужденной голодовки и водопой (иначе не назовешь) на берегу пещерного озера (хотя от воды после подводной прогулки меня и так уже мутило) не способствовали покою желудка. За кусок хлеба отдам правый глаз. Или левый. Естественно, никто не собирался проводить такой обмен или подбросить мне буханку хлеба, и приходилось слушать не только эхо собственных шагов, но и голодные протесты в животе.

Наконец настал самый неприятный момент. Вначале свет волшебного фонарика побледнел, расплылся, затем "огонек" неуверенно мигнул и погас. Вновь вспыхнул, испуганно затрепетал, пытаясь разгореться с новой силой, сверкнул. На мгновение озарил коридор на целых двадцать ярдов и теперь уже окончательно угас, подарив мне слепоту. Сейчас я оказался беспомощнее новорожденного котенка.

Я в раздражении отбросил погасшую палочку в сторону. Доигрался. А Фор ведь меня предупреждал. Уж лучше камера в Серых камнях, чем вот так бродить по мраку, ожидая неизвестно от кого неизвестно какой бяки. Поныв в свое удовольствие, я приложил левую руку к стене и поплелся (именно так, и никак иначе) вперед. Все дальнейшее очень напоминало мне путешествие по тюрьме Хозяина. Тогда я плелся точно также. Держась рукой за стены и таращась в темноту. Таращись не таращись – все едино. Сейчас я не увижу собственных пальцев на руке, даже ткни я ими себе в глаза. Говорю же, ТЕМНО.

Врать не буду, я не знаю, сколько времени так плелся. Скорость не ахти какая, боишься провалиться в какую-нибудь яму, Сагот знает как оказавшуюся вдруг у тебя под ногами, или нарваться на хитроумную ловушку. Что до ловушек, то после недолгого размышления я попросту выбросил мысль об их присутствии из головы. Чего нервы тратить, если я все равно не могу рассмотреть самой примитивной западни? Трижды я отдыхал, один раз пытался дремать, но голодные боли не давали уснуть.

Нога вверх, нога вниз. Держаться стены. Не останавливаться. Идти. О том, что все мои потуги, скорее всего, останутся безнадежными, я старался не думать. Гнал от себя поганые мысли прочь, но они возвращались с новой и новой силой.

Под подошвами сапог раздался едва слышный хруст, и я остановился. Нагнулся, пошарил у себя под ногами. Пальцы нащупали что-то маленькое, с неровными, острыми краями. Или черепки, или осколки костей. Откуда здесь взяться черепкам? Вот-вот. Неоткуда. А вот костям в Костяных дворцах самое место.

Тогда, спрашивается, откуда здесь кости? Конечно же можно предположить, что это останки похороненных, но кто будет хоронить покойников там, куда практически невозможно попасть? Да и знали ли орки с эльфами об этом месте? А если это не захоронения, то... То кто-то, как я, пытался пройти по этому коридору, но остался здесь навсегда. Но скольким же людям и нелюдям надо было прогуляться в этих местах, чтобы кости хрустели под ногами, словно снежный наст? Многим, а это в принципе невозможно (разве что сюда забредали уже не первое тысячелетие). Почему кости (если это кости) так мелко раздроблены? Зря я задал этот вопрос, сразу же стал нервничать.

Хруст, хруст. Хруст, хруст.

Этот мерзкий звук начинал меня раздражать. И смущать. Что-то в нем было не так. Я остановился.

Хруст.

Не понял... Это что еще за чудо такое?! Сделал еще несколько шагов, напряженно прислушиваясь.

Хруст. Хруст.

Остановился.

Хруст. Хруст.

Вот ведь странность-то! Еще одна шутка строителей подземелий, связанная с загадками эха? Желая проверить свою теорию, я громко выкрикнул:

– Хей!

Ни-че-го. Никакого ответного "хей" или хотя бы "эй-эй-й". Никакого козлом драного эха, как говаривал Дядька, да пребудет он в свете. Правая рука как бы невзначай упала на рукоять ножа. Уже догадываясь, в чем тут дело, я прошел еще немного вперед.

Хруст-хруст.

Остановка и уже привычное: хруст.

Это не эхо! Это чужие шаги! Кто-то шел следом за мной! Он старался идти в такт моим шагам и останавливался, когда останавливался я. Правда, все делал очень неумело, потому-то я его и услышал. Я весь обратился в слух, но тот, кто находился у меня за спиной, не шевелился и не издавал ни звука. Прижавшись спиной к стене, я усиленно боролся с паникой. Главное не делать резких движений, кто знает, как мой невидимый попутчик отреагирует на размахивающего ножом человека. Конечно же я ничего не видел, а вот тот, кто находился рядом со мной, должен прекрасно видеть, раз уж его угораздило поселиться в таком неосвещенном местечке.