'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

— Читаете мои мысли, Ваше Величество. Таким образом мы защитим мирных жителей, а потери среди членов ордена Стражей будут сведены к минимальным, — соглашаюсь я.

— Звучит как цель, к которой стоит стремиться, — кивает император, переводит взгляд на архимага и спрашивает:

— Вы долго собираетесь стоять, Ростислав Григорьевич? Или вам есть ещё что сказать?

— Нет, Ваше Величество, — бурчит он и садится в кресло, опустив глаза.

Александр Николаевич, сложив пальцы домиком, говорит:

— Подытожим. Благодаря вашему дару у нас есть шанс изменить мир и сделать его более безопасным местом. Ради этого я готов вложить любые ресурсы, поэтому спрошу прямо: что вам требуется, Андрей Алексеевич?

Долго не думаю, потому что уже знаю ответ. Это решение пришло спонтанно, но назревало давно.

— Скажу, как есть, Ваше Величество. Мне и моему отряду становится тесно в рамках ордена. Я хочу основать собственный независимый орден и забрать всех Багровых Стражей с собой.

Верховный командор аж вздрагивает и смотрит на меня, широко распахнув глаза.

— Андрей, я не ослышался⁈ Вы хотите бросить нас⁈

— Со всем уважением, вы выбрали неподходящее слово, Фёдор Витальевич. Я не собираюсь никого бросать, наши ордена будут помогать друг другу и делать общее дело. Но передо мной, как вы понимаете, стоят несколько иные задачи, и мне требуется свобода действий, — объясняю я.

— Она у вас и так есть!

— Мне требуется больше, и я не хочу никому подчиняться. Опять же, со всем уважением. Я намерен сам принимать решения, не согласовывая их ни с кем, разве что в исключительных случаях.

Разочарованно мотнув головой, Коршунов вздыхает и говорит:

— Что ж, я мог предположить такой исход. Не имею возражений, ваше величество, если вы даёте добро — я готов отпустить барона Зверева и всех его людей.

— Конечно же, я даю добро! — отвечает император.

— Благодарю, ваше величество, — благодарно кивнув, говорю я.

— Андрей Алексеевич, это, несомненно, верное решение. Я сегодня же прикажу подготовить все документы, на основание нового ордена во главе с вами. Мой указ будет обнародован в ближайшие дни. Скажите, как вы хотите назвать свой орден?

— Думаю, что это очевидно. Орден Багровой бури, — с улыбкой отвечаю я.

Император коротко смеётся и говорит:

— Действительно, можно было догадаться.

— Стоит ли выбирать такое название? Багровые бури ассоциируются с горем и разрушениями, — бормочет Ростислав Григорьевич.

— Я собираюсь изменить эти ассоциации в умах людей, — усмехаюсь я.

— Дело ваше, — кривясь, говорит архимаг.

Ненадолго повисает пауза. Александр Николаевич прерывает её следующей фразой:

— Это ещё не всё, ваше благородие. Я предлагаю обеспечить ваш новый орден начальным бюджетом. Считайте это моей благодарностью за вашу работу, и не вздумайте отказываться. Я понимаю вашу позицию, но вы не будете мне ничего должны, все права и главенство в Ордене Багровой бури останутся за вами.

— Хорошо, Ваше Величество. С радостью принимаю вашу благодарность, — отвечаю я.

— Погодите, это ещё не всё, — император поднимается.

Он берёт со столика кожаную папку, которую принёс с собой, и достаёт оттуда какой-то документ. Жестом просит меня приблизиться, я встаю и подхожу к правителю.

— За верную службу Родине и защиту мирных граждан, я, Император Всероссийский, дарую вам, Андрей Алексеевич, наследный титул графа.

Он протягивает мне документ. Это оказывается указ, подписанный ещё два дня назад. Офигеть! Не ожидал.

Собственно, это мало что меняет. Что барон, что граф — по большому счёту разницы нет, старшинство титулов по большей части формальное. Хотя теперь я могу принимать к себе вассалов, да и в обществе ко мне будут относиться иначе.

Поэтому, безусловно, я очень рад.

— Поздравляю, ваше сиятельство! — говорит Коршунов. Архимаг что-то неслышно бурчит под нос.

— Спасибо, Фёдор Витальевич. Спасибо, ваше величество, — говорю я, пожимая Александру Николаевичу руку.

— Вы этого достойны, Андрей Алексеевич. С этого момента вы граф. Что касается ордена — как я уже сказал, официально он будет основан в течение нескольких дней. Вам потребуется обсудить кое-какие детали с моими юристами, они вам позвонят.

— Пусть лучше звонят адвокату рода. Если потребуется моё личное вмешательство, он со мной свяжется.

— Нет проблем. Что ж, господа, думаю, мы всё выяснили и можем закончить.

— Простите, Ваше Величество, но есть ещё один момент, — я поворачиваюсь к архимагу, и под моим взглядом он неловко ёрзает на кресле.

— Что? У вас есть ко мне какой-то вопрос? — бурчит он, поглаживая свою бороду.

— А вы как думаете, Ростислав Григорьевич? Вы прилюдно назвали меня лжецом и мошенником. Думаете, я просто так это проглочу? Вызываю вас на дуэль.

— Андрей Алексеевич, окажите мне честь быть вашим секундантом! — тут же вмешивается верховный командор.

— С радостью, Фёдор Витальевич, благодарю вас, — киваю я.

Архимаг сжимает кулаки и встаёт, а затем рявкает:

— Хорошо! Думали, я испугаюсь⁈ Вызов принят! Сразимся магией, или что у вас там за дар, и немедленно!

— С превеликим удовольствием. Ваше величество, прошу предоставить нам помещение, если это возможно, — говорю я, повернувшись к императору.

— Можете использовать тренировочный зал в западной части дворца. Только сразу говорю: не вздумайте проводить смертельную дуэль. Вы оба нужны империи! — чётко произносит Александр Николаевич.

— Само собой. Верну вам Ростислава Григорьевича живым, но, возможно, не очень целым. Уверен, в Коллегии магов есть великолепные целители, которые подлатают его после нашей дуэли.

— Мы ещё посмотрим, кого нужно будет латать, — бурчит архимаг.

— Да, очень скоро это увидим, — с улыбкой отвечаю я.

— Я буду готов, когда найду секунданта. Увидимся на месте, — Тихонов достаёт телефон и, поклонившись императору, выходит из комнаты.

С усмешкой смотрю ему вслед. Александр Николаевич, попрощавшись со мной и Коршуновым, отправляется по своим делам. А мы с верховным командором не спеша идём по коридорам дворца следом за слугой, которому приказали проводить нас в нужный зал.

— Тихонов весьма силён. Он не зря верховный архимаг империи, — осторожно замечает Коршунов.

— Ничего, я справлюсь. Послушайте, Фёдор Витальевич, я надеюсь, между нами нет обид?

— Всё в порядке, Андрей, я тебя понимаю. Не буду скрывать, мне очень жаль, что ты покидаешь наши ряды. Но у тебя свой путь, и, если он расходится с нашим. Не стану препятствовать.

— Благодарю. Если ордену Стражей потребуется