Фантастика 2025-129 - Денис Старый

Дмитрия Дмитриевича Сельвана, о существовании которого в будущем только знал, что он такой был. А теперь вот… Познакомимся поближе.

— Ваше превосходительство, как только прибыл в расположение, то сразу к вам. Доктора не пускают к его высокопревосходительству светлейшему князю Ивану Федоровичу Паскевичу-Эриванскому. Посему, не сочтите за труд, примите меня и выслушайте! — сказал я с легкой, приветливой улыбкой.

— Рад познакомится. Я знаю, сколь много вы уже сделали для армии. Главный интендант Южной армии рассказывал. И сразу же у меня для вас новость… Да вы присядьте, господин Шабарин, — улыбнулся Сельван.

Я присел, не рассказывать же ему, что задницу отбил при последних двух переходах верхом так, что и сидеть на мягкой подушке не комфортно.

— Так вот, до того злополучного ранения командующего я получил от него дозволение использовать ваш полк по своему усмотрению. Я рассчитываю, что у вас будет свое усмотрение, как действовать. Можете мне уже об этом рассказать? — генерал казался мне весьма приятным человеком.

Но не хотелось ошибаться, потому я пока что говорил уклончиво, утверждая, что еще не решил, как именно действовать.

— Одно спрошу у вас, на данное время: я могу пошуметь на дорогах, через который в крепость поступает подкрепление и провизия? — спросил я. — И вовсе начать действие на дорогах противника?

— Это пытались делать и до вас. Сложная там местность, Дунай с его ручьями и протоками, камыш, болотистость. Большим отрядом не пройти, а малые турки всяко бьют, имея охранение. Но мне было бы любопытно, если вам что-то удастся. Я видел, как обучаются ваши люди. Покажите же нам всем, армейским занудам, что вы не зря здесь, — улыбаясь говорил генерал.

— Покажу. Но и вы направьте своих больных солдат в мой лазарет. Не идите на поводу лекарям, что сами не могут излечить раненых. У меня доктора, которые экзамен сдавали самому профессору Пирогову. Между прочим, он уже и сам вот-вот прибудет, — сказал я, получил приглашение на обед и обещание попробовать сотрудничать.

Пришлось немного перенести Военный Совет. Но он все равно состоялся и я принял решение, с чего начать свой боевой путь в этой войне.

От автора:

Исправить исторические ошибки, реформировать империю на пятьдесят лет раньше, спасти мир от надвигающейся катастрофы. Попаданец в императора Николая I: https://author.today/reader/161917/1320499

Глава 4

Мы залегли в зарослях камыша и пребывали в ожидании появления обоза противника. Недаром уныние царит в русской армии. Мало того, что крепость, действительно, кажется неприступной, так ещё и погода сырая, унылая и крайне опасная для здоровья.

Как бы после уже первого рейда в том отряде, во главе которого я выдвинулся на разведку боем, не оказалось больных с воспалением лёгких. Всё же ноябрь. С учётом того, что рядом болото, большая река и низина, холод ощущался будто мы не на юге, а в сыром и прохладном Петербурге. И это ведь ещё хорошо, что в моём полку нет никаких проблем с обмундированием. У нас хватает плащей, даже плащ-палаток, тёплой одежды. Можно рассчитывать и на то, что бойцы закаленные. Мы тренировались, разведчики проводили днями в лесу, когда одни прятались, а другие их искали. Учились и залегать на часы без движения. Выдюжим.

— Что предлагаешь? — спросил я у Тараса, когда он вернулся с разведки и доложил о приближении достаточно крупного обоза турок.

— Работать плотно и пробовать утащить то, что у них в телегах! — сказал Тарас.

— Это понятно, какая задумка?

— Обычная работа, как вы, ваше превосходительство, изволите говорить. Зачем выдумывать что-либо, если есть проведенный план? — резонно заметил Тарас.

Я лишь развел в разные стороны руки, мол, работай. И был полностью согласен. Если условно выдумывать велосипед, если ситуация неординарная. Но когда все складывается именно так, как и предполагается, к чему готовились, то лучше всего использовать наработанные схемы.

Несмотря на то, что среди слов Тараса затесалось «попробовать», командир полка говорил уверенно и жёстко. Сильно было задето его самолюбие, что не было доверия к моему полку, даже насмешки. Тарас не был дворянином, благодаря мне приобрёл статус купца, бывший до того мещанином. Но гордости и самоуважения ему было не занимать. А тут сплошные шуточки и издевательства со стороны белой кости офицерства.

— Ты точно видел в том обозе оружие? — спросил я, но, уловив реакцию человека, поставленного на командование полком, решил сгладить. — Я верю в то, что так оно и есть. Но мы пропустили уже два обоза, выбирая более жирную добычу. Больше выжидать нельзя.

Уже почти шесть часов, с рассвета, как мы лежали в засаде, в холоде, подкрепляясь лишь тушёнкой, сухарями и холодной водой, не имея возможности даже использовать примусы, чтобы не демаскировать себя. Вот-вот, и даже у меня начнут сдавать нервы.

Крепость Силистрия оказалась крепким орешком. С востока и частично с севера сложно было к ней подобраться из-за болот. Южнее крепости протекала река Дунай, тут так можно было только обстреливать с кораблей и не саму крепость, а форты. По сути, лишь только северо-западное и западной направления и были удобными для подхода к цитадели. Но именно здесь и находились выдвинутые вперёд многочисленные форты неприятеля.

Как почти безнаказанно обстреливать турок, засевших в Силистрии, я уже знал. Дальнобойные пушки под унитарный снаряд двигались в том обозе, в котором ехал, да всё никак ещё не доедет, профессор Пирогов. Я уже посчитал, что расстояние, на котором можно было бы расположить артиллерийскую батарею и обстреливать крепость, при этом не страшась получить в ответ, было достаточно.

Так что я ещё заставлю уважать и себя, и своих бойцов, когда начну бить по самой крепости. Более того, в течение двух-трёх недель подойдёт, наконец, и дивизия, сформированная Воронцовым за счёт его же средств. Ну и немного моих денег. Потому как в дивизию я передал две сотни револьверов и ещё три сотни штуцеров. Есть договорённость, что дивизия будет действовать по согласованию со мной и участвовать в тех операциях, которые я разработаю. Если разработаю.

Не то, чтобы я в себе сомневался. То, что закостенелая система русской армии может тормозить мои начинания, — это проблема. Но то, что я уже здесь и вот-вот начну свою войну, вселяло надежду.

Порядка тридцати семи телег, которые я назвал бы, скорее, «арба», медленно, не боясь ничего, с сонной охраной, приближались по вполне приличной дороге к крепости. Почему бы не