Братство волка - Дэйв Волвертон

Миррима перескочила через ограждение и оказалась по щиколотку в густой грязи. Кое-как пробравшись по полю, она подошла к Боринсону и обнаружила вдруг, что ужасно волнуется и не знает, как заговорить.

Боринсон же, стоя к ней спиной, снял шарф с копья и обмотал вокруг шеи. Попытался завязать, но ему мешали латные рукавицы и прочее снаряжение.

Миррима подошла и принялась сама завязывать шарф, но руки у нее дрожали так, что получалось ненамного ловчее. Она посмотрела мужу в лицо. Волосы у него были в грязи, над правым глазом запеклась кровь.

— Ты видела? — спросил он.

Миррима молча кивнула, затягивая узел шарфа. Сейчас она не видела ничего. Перед глазами все расплылось от слез.

— Черт возьми, я ведь могла бы сейчас завязывать это на твоем мертвом теле.

Боринсон коротко, нервно засмеялся.

— Ты так мало думал обо мне, что даже ничего не сказал? — ей представилось, как он сражается тут, а она об этом и не подозревает.

— Я пытался тебя найти, — сказал, оправдываясь, Боринсон. — Но не нашел — ни на пиру у короля, ни на играх. Никто тебя не видел с самого утра. А сэр Скалбейн меня вызвал и потребовал боя до захода солнца. Это было дело чести!

«Конечно, — подумала Миррима, — никто ее не видел». Она сама постаралась, чтобы никто не узнал, куда она пошла.

— Ты же мог подождать. Неужели ты любишь меня меньше, чем свою честь?

О любви они еще не говорили. Пожениться им предложил Габорн, и Миррима согласилась. Они и знакомы-то были меньше недели. Но она успела его полюбить. Ей хотелось услышать от Боринсона то же самое.

— Конечно же, нет, — сказал он. — Но что такое жизнь без чести? Да и ты меня никогда бы не полюбила, будь я другим.

Говоря это, он устремил взгляд куда-то ей за спину, и она оглянулась. Там стояла сестра-всадница Коннел, держа в руках ее лук и колчан. Миррима бросила их на холме. Боринсон улыбнулся всаднице.

— Миледи, — сказала та, — вы уронили вот это. Миррима взяла свое оружие.

— Эрин Коннел, какая встреча! — сказал Боринсон, кланяясь. — Я не знал, что вы здесь.

— Я приехала только вчера, — сказала сестра-всадница, — и мне совершенно нечем заняться, кроме как пялиться на протухшую голову опустошителя, которую вы привезли утром.

— Вы встречались раньше? — спросила Миррима.

— Да пару раз, — неуверенно сказал Боринсон. — Старый король Ордин дружил с матерью Эрин и обычно, когда проезжал через Флидс, гостил у них во дворце.

— Рада вас видеть, — сказала Эрин, коротко, застенчиво поклонившись.

Мирриме все это не понравилось. Не понравилось, что они знакомы, не понравилась, что Коннел, может быть, влюблена в ее мужа. Она спросила у него прямо:

— Ты знаешь, что она хочет детей от тебя? Боринсон крякнул от неожиданности и залился краской.

— Ну да, конечно, хочет, какая Всадница не хотела бы от меня детей? — ляпнул он не подумав, словно находился в компании собутыльников. И тут же запнулся, сообразив, что сказал не то, и шутливо добавил: — Но мы, разумеется, не продадим ей никого из наших драгоценных отпрысков, не так ли, моя милая?

Миррима, отнюдь не успокоенная его словами, натянуто улыбнулась.

Глава 7

Верховный Маршал

Боринсон огляделся по сторонам, мечтая оказаться где-нибудь подальше от жены. Спросить, что она делала с луком и как оказалась в компании Эрин Коннел, он не решился.

К счастью, нужно было освободить поле для очередных бойцов, и, взяв коня под уздцы, он направился вместе с обеими женщинами к Верховному Маршалу.

Маршал о чем-то шептался с принцем. Боринсон, обладавший двумя дарами слуха, расслышал конец разговора издалека.

— Передайте своему отцу, что он может оставить свои проклятые деньги себе, — говорил Верховный Маршал. — Если этот юноша действительно Король Земли, я не буду зимовать с моими войсками в Кроутене. Я отправлю их туда, где они нужнее.

— Конечно, конечно, — ответил Селинор самым любезным тоном. Тут он поднял взгляд и увидел приближавшегося Боринсона.

Борисон улыбнулся и сказал на ходу:

— Принц Селинор, сэр Скалбейн, позвольте представить вам мою жену.

Верховный Маршал приветливо кивнул, принц же Селинор лишь окинул Мирриму с головы до пят оценивающим взором.

— Мне пора забрать лошадь, — сказал принц и отвернулся. Он прошел мимо Боринсона, и тот почувствовал сильный запах спиртного. Селинор стал пробираться сквозь толпу на северный конец поля.

— О чем это шла речь? — спросил Боринсон у Верховного Маршала, глядя великану прямо в лицо. Скалбейн возвышался над ним, как медведь. — Что там с зимовкой в Кроутене?

Верховный Маршал внимательно посмотрел на Боринсона, словно прикидывая, что ему рассказать. Ничто из того, что он мог поведать о короле Андерсе из Южного Кроутена, явно не подлежало разглашению. Но Скалбейна, человека несговорчивого, казалось, не заботило, какие последствия может возыметь его откровенность.

— Я был в Белдинуке, когда дня четыре назад до меня дошла весть о том, что Радж Ахтен напал на здешний замок. Привезли эту весть посланные короля Андерса, который просил меня отвести в Южный Кроутен Праведные Полки Рыцарей Справедливости. Они же привезли деньги нам на дорогу. Денег в полтора раза больше, чем надо. Это смахивает на подкуп.

— Он хочет подкупить Рыцарей Справедливости? — изумился Боринсон.

— Я могу понять Андерса, — продолжал Верховный Маршал. — Когда всюду шастают отряды Радж Ахтена, любой король захотел бы, чтобы Рыцари Справедливости оставались у него в стране. Это и в самом деле разумное желание. Но вместо этого мы загнали Ра Ахтена в горы, и я приказал своим людям найти его.

Однако, когда прошлой ночью я добрался до Кроутена я узнал, что Андерс по-прежнему хочет, чтобы мои войск шли к нему, поскольку беды Мистаррии его не волнуют. Сын его просто из кожи вон лезет, чтобы заключить сделку, хотя бы на сегодняшний день.

— И что вы думаете делать?

— Андерс придет в ярость. Я отправляю его золото обратно, во всяком случае, большую часть.

— Он, похоже, струсил, — сказал Боринсон. В черных глазах Верховного Маршала блеснул опасный огонек.

— Боюсь, вы его недооцениваете. Это похуже, чем просто трусость.

— Что вы имеете в виду?

— Ему нужны мои отряды, очень нужны. Трусу они были бы нужны для защиты. Но, побывав в Кроутене, я задумался — а что, если он боится не Радж Ахтена? Что, если на самом деле он боится Короля Земли?

— Габорна? — спросил Боринсон с удивлением, ибо не мог представить, чтобы Андерс боялся этого юноши.

— Я получил тому подтверждение на границе. Король Андерс разместил на дорогах свои отряды и запретил выезд в Гередон крестьянам и даже купцам. Солдаты его называют Габорна обманщиком и говорят, что смотреть на него — пустая трата времени, которая вредит интересам Андерса.