Маршал 2 - Ланцов Михаил

- Странная ситуация, - задумался Гитлер. - Неизвестно что в этой ситуации хотели Советы.

- Полагаю, они решали сразу комплекс задач. И даже более того - я считаю, что они шли на грани импровизации. О чем свидетельствуют экстренные меры по найму ряда французских и итальянских коммерческих судов для эвакуации из Барселоны отступающих республиканцев. Шестьдесят тысяч рабочих - это весьма недурно. Советы очень внимательно отнеслись к возможности получить лишние квалифицированные рабочие руки и приложили к этому все усилия. Да и не только их. Например, тщательная и аккуратная эвакуация завода Hispano-Suiza из Барселоны? Как докладывают наши испанские друзья, на заводе были демонтировано все оборудование, которое только можно было демонтировать. Остальное взорвано. Как и корпуса цехов. Вы обратили внимание на то, сколь тщательно, рачительно и кропотливо представители Советского Союза прибирали к рукам все, что только имело какую-то ценность. Грузовые и легковые автомобили, мотоциклы, трактора, велосипеды... все, что грузилось на зафрахтованные французские и итальянские торговые суда и вывозилось в СССР. Даже остатки бензина.

- Да, я тоже очень удивился такому подходу. Совершенно не похоже на Советский Союз.

- Кроме того, был вывезен золотой запас и масса ценностей из музеев и государственных учреждений. Даже старые королевские реликвии! Объявив, что франкисты обязательно их продадут на рынке для покрытия своих военных расходов. Конечно, нельзя сказать, что Испания ограблена, но...

- Я согласен с вами. Свыше трехсот тысяч эмигрантов - само по себе не мало. А тут еще столько всего ценного. Но как это непосредственно связано с Чехословацкой кампанией?

- У Советов появился человек, который умеет очень интересно и трезво планировать сложные, комплексные операции. Не только военные.

- Стратег высокого уровня?

- Да. Причем то, как он работал с Испанией, говорит нам о том, что этот человек отличается чрезвычайно практичным умом. Это и не было учтено. Мы ведь надеялись на обещания и заверения наших друзей в Чехословакии, которые клялись, что войны не будет. Будто бы никто на нее не пойдет. Однако они не учли важного фактора - в конце прошлого года в Чехословакию приехал Тухачевский в качестве главы советской делегации, которая должна была налаживать военно-техническое сотрудничество. Испания нам показала, что маршал прекрасный командир, способный на генерирование сложных и нестандартных ходов на поле боя. Он не нужен был там для налаживания военно-технического сотрудничества. Ни как заместитель наркома, ни как талантливый полководец. Его появление говорило только об одном - война будет. И подобных нюансов было не мало. Фон Бек не учел или не захотел учесть подобные сведения, кардинально меняющие оценку предвоенной ситуации в Чехословакии.

- А англичане? - Спросил разъяренный Гитлер. - Они тоже знали?

- Это мне не известно. Могли знать или догадываться, но считали, что мы справимся. Ведь им наш провал был не нужен.

- Значит преступная халатность Людвига и попустительство англичан... - прошипел фюрер. - Они дорого заплатят за это! - Гальдер промолчал. Он понимал, что сейчас страсть совершенно захватила Гитлера и со словами нужно быть очень осторожным.

Прошло несколько минут, прежде чем фюрер смог взять себя в руки:

- Вы сможете гарантировать успех новой операции?

- Она будет не нужна, мой фюрер, - кивнул Гальдер.

- То есть? - Слегка опешил Гитлер.

- Эмиль Гаха сделал все за нас. В течение двух-трех месяцев с территории Чехословакии будут выдворены не только советские добровольцы, но все левые и патриотически настроенные силы. И к концу этого года Чехословакия будет наша. Спокойно и без стрельбы. Правда, это сильно ослабит заводы, так как приличное количество рабочих придется тоже депортировать, но лучше ослабленные заводы, чем никакие. Так что, к концу этого года мы получим вполне лояльную и подконтрольную Чехословакию без какой-либо военной операции.

Гитлер посмотрел на Гальдера внимательным, испытывающим взглядом. Минуту смотрел. Не меньше. Но у того не дрогнул ни один мускул.

- Вы понимаете, что если ваше предложение окажется неверным, то мое доверие к вам будет подорвано?

- Безусловно.

- И вы, все равно, готовы рискнуть?

- Дело не в риске.

- А в чем же?

- Дело в том, что меня заботит благополучие Германии, и я хочу принести ей максимальную пользу. Мне нет смысла вам лгать. Чехословакия уже наша. Осталось чуть-чуть подождать, чтобы это спелое яблоко само упало нам в руки.

- Почему вы так считаете?

- Советский Союз, на мой взгляд, придерживается той же стратегии, что и в Испании, пытаясь получить максимальную выгоду при формальном поражении. Отступает, сохраняя лицо, и уносит с собой все, что только можно унести, вывезти и угнать. Тот, кто планировал операцию в Испании, преследовал только одну цель - получить максимальную выгоду для Советского Союза. В Чехословакии чувствуется его же рука. Нам сдадут Чехословакию, получив с нее все, что можно получить. Конечно, как в Мадриде замки и музеи не обдерут до голых стен, но обогатятся знатно. К огромному нашему счастью - золотой запас Чехословакии хранится в Лондоне. А то бы слишком хозяйственные Советы его совершенно точно прибрали к рукам.

- Если вы правы, то мы с каким-то торгашом столкнулись, а не коммунистом. Обычный политический спекулянт, а не политик. Неужели Сталин допустил такого до власти?

- Спекулянт. Провокатор. И большой хитрец. Но его шаги для Советского Союза чрезвычайно выгодны, прежде всего, в плане укрепления обороноспособности. Причем, что немаловажно, они производятся достаточно аккуратно, чтобы с нами окончательно не рассориться и не ввязать Европу в большую войну.

- Вы думаете?

- Конечно. Они работают хоть и нагло, но аккуратно. Но я бы много отдал за то, чтобы понять, кто-то там у них планирует такие комбинации. Пока нам известно, что появление Тухачевского связано с очередной авантюрой. И все. Канарис только разводит руками. Так что я предлагаю тщательно отслеживать деятельность советского маршала, ибо он, безусловно, связан с таинственным комбинатором, являясь воплотителем в жизнь его начинаний.

Гитлер вновь замолчал и несколько минут аккуратно вышагивая. Потом остановился возле карты Европы и, спустя минуту, не поворачиваясь, ответил:

- Хорошо, я поговорю с Канарисом. Это действительно выглядит очень любопытно. Однако я все равно хочу подстраховаться, а потому попрошу вас подготовить новый план войны против Чехословакии. Второго провала быть не должно.

Прошел несколько минут, прежде чем фюрер смог взять себя в руки:

- Вы сможете гарантировать успех новой операции?