Мужчина в окне напротив - Олег Рой

Тогда это был некрасивый долговязый мальчик в больших очках, который от застенчивости вел себя излишне развязно и раздражал всю их компанию своими неуместными, а часто и просто глупыми шутками и манерой лезть во все, что его не касалось. Сейчас Сережик, конечно, несколько изменился, по крайней мере с виду. Он повзрослел и уже не казался таким худым и долговязым, выглядел просто высоким, а очки, хоть и сохранились, но сменились на более современные и элегантные и не портили его, а скорее даже украшали.

Возможно, будь на месте Иры другая женщина, она сочла бы, что Сережик изменился в лучшую сторону. Но у Ирины и мысли подобной не возникло. Она ведь ждала совсем другого Сережу! А тут – такой облом…

Вздохнув и чувствуя себя так мерзко, как это только возможно, Ира приблизилась к нему. А что еще оставалось делать? Не сбегать же из кафе, в самом деле…

– Привет, – выдавила из себя Ирина.

– Привет Иришка! А я тебя сразу узнал. – Сережик сиял, как морда собаки пограничника на станции метро «Площадь революции», которая, как известно, исполняет желания. – Да ты садись, садись!..

– Спасибо, – буркнула она и опустилась на стул.

– А ты здорово изменилась! – Он продолжал бесцеремонно ее разглядывать.

– Ты тоже, – нехотя ответила Ира.

Сережик изо всех сил старался показать себя галантным кавалером:

– Что тебе заказать? Тут пирожные очень вкусные, десерты всякие…

– Я сладкого не ем, – сердито пробурчала она. – Берегу фигуру.

Он окинул ее взглядом:

– Ну да, ты, конечно, поправилась… Но пока еще ничего, ты не такая уж полная.

– Так себе комплементик! – фыркнула Ира.

– Девушка! Принесите нам меню, пожалуйста, – крикнул Сережик на весь зал.

– Не надо мне никакого меню! Дайте просто минералки без газа, и все. Я ненадолго, у меня еще дела сегодня.

– Ну вот, – огорчился Сережик. – А я-то надеялся, что мы с тобой посидим, поболтаем, детство вспомним…

– В другой раз как-нибудь, – отрезала Ира.

В глубине души она понимала, что совершенно напрасно злится на Сережика. Разве он виноват в том, что она надеялась на встречу с совсем другим человеком? Надо было бы взять себя в руки и хотя бы постараться быть вежливой, но Ира ничего не могла с собой поделать. Господи, ну почему, почему ей все время так не везет?!

– Значит, ты так и не вышла замуж? – вдруг спросил Сережик.

– Как видишь…

– Так это ж хорошо!

– Ты находишь? – скривилась Ира.

– Ну, конечно! Значит, теперь мы можем с тобой… это… Ну, в общем, встречаться. Ты ведь небось даже не знаешь, что я в тебя влюблен был? Два лета подряд, между седьмым и восьмым классом и между восьмым и девятым. Это я потом уже на Дашку переключился.

Ира ничего не ответила. Приняла у официантки свою воду, отпила большой глоток.

– А ты про Дашку ничего не слыхала? Как она там? Я ее тоже очень хотел бы повидать…

– Опоздал, – не без злорадства сказала Ирина. – Дашка уже замужем, сыну два с половиной года, сейчас второго ребенка ждет.

– Жаль, – огорчился Сережик, и это почему-то еще больше обидело Иру.

– А где ж ты раньше-то был? – ехидно поинтересовалась она.

Тот пожал плечами.

– Работал. Карьеру делал… Я экономист по специальности, сейчас работаю в строительной компании, «СТК-проджект», у Станислава Кириллова,[6] знаешь такого?

Она отрицательно покачала головой.

– Ну что ж ты так! – осудил Сережик. – Это очень известный человек, и фирма у него одна из самых крупных в России. Я теперь начальник отдела, зарабатываю прилично, нашу компанию, тьфу-тьфу-тьфу, кризис пока не тронул… А ты, я знаю, ведущая на каком-то радио.

– Не на каком-то, а на «Маяке», – снова обиделась Ира.

– Ну извини, я просто радио вообще не слушаю. Когда в машине еду, предпочитаю аудиокниги крутить. Двух зайцев сразу убиваю. А ты, значит, не замужем…

– Слушай, сколько раз ты еще будешь это повторять? – вспылила Ирина.

– Да ладно тебе, не злись… Это ж я радуюсь. Я-то думал, ты одна из первых в нашей компании замуж выскочишь. Хоть за Сережку Москаленко. А у вас с ним не срослось, бросил он тебя, на ту красотку Маринку променял…

На этом терпение Иры лопнуло. Нет уж, хватит с нее! При всем уважении к маме она больше ни минуты не желает оставаться в обществе Сережика! Ирина поднялась и торопливо сунула руки в рукава куртки.

– Ладно, я поехала! Пока! Спасибо за угощение!

Она подхватила свою сумочку, которая так идеально сочеталась по цвету с сапогами, и зашагала к выходу.

– Ир! Ир, ну ты чего, обиделась, что ли? – крикнул ей вслед Сережик, но она даже не обернулась.

«Если я приеду домой, посмотрю в окно, а у него там блондинка, то возьму и повешусь», – сердито думала Ира, мчась по вечерним улицам. Но, к счастью, хотя бы тут все оказалось в порядке. «Сергей» из квартиры напротив был один, сидел за своим ноутбуком, не отрывая взгляда от экрана, и у Ирины немного отлегло от сердца.

– Вот скажи, «Сереж», – почему мне так не везет в жизни? – спросила она, заняв свое привычное «наблюдательное» место в кресле у окна. – Все как-то наперекосяк идет… Одна радость – с тобой поговорить. Если бы ты еще хоть что-нибудь отвечал…

Время шло, дни текли за днями, похожие один на другой, но это уже не вызывало у Иры такого гнетущего чувства тоски, как раньше. Проснувшись утром, она первым делом взглядывала в окно и радовалась, увидев в квартире напротив своего «Сергея». Обычно он в это время еще спал, так как был «совой», поздно ложился, не слишком рано вставал и обычно никуда не торопился по утрам, из чего Ирина сделала вывод о том, что у него, как и у нее, гибкий график работы, а собака привыкла. Скорее всего, что-то творческое: он часто и подолгу просиживал за раскрытым ноутбуком и явно не играл в игры, а делал что-то серьезное, писал или, может, рисовал – таких подробностей ей, к сожалению, не было видно.

В отличие от большинства мужчин, которых Ира знала лично или по рассказам подруг, «Сергей» любил готовить, мог иногда затеять целое пиршество, часа два, а то и три провести на кухне, нарезая что-то, помешивая, добавляя специи и снимая пробу, а потом съесть все это один, вернее, вдвоем с собакой. Впрочем, подобное кулинарное вдохновение посещало его довольно редко, не чаще раза в неделю, обычно по выходным. В другие дни он довольствовался полуфабрикатами, наскоро разогретыми в микроволновке.

Дневной ритм жизни мужчины в окне напротив был непредсказуем. Он мог целыми сутками не выходить из квартиры, разве с собакой гулять; мог уехать в обед часа на два или на три, потом вернуться и сидеть весь вечер дома; а мог сорваться около полудня и не возвращаться допоздна или даже до утра. Эти его долгие отлучки беспокоили и даже пугали Иру. Каждый раз, когда «Сергей» задерживался, она начинала волноваться и придумывать себе всякие ужасы. Зато вечера, которые он проводил дома, были для нее почти настоящим счастьем.

Раньше Ирина терпеть не могла серых осенних и зимних дней и долгих ночей, а теперь радовалась тому, что за окном пасмурно или темно – в квартире у «Сергея» почти все время горел свет, и она вся была видна из ее окон как на ладони. Сама Ира, наоборот, зажигала лампы редко, что, как она была уверена, позволяло ей оставаться невидимой для мужчины в окне напротив. Чтобы удобнее было за ним наблюдать, Ира сделала в своей гостиной перестановку: с немалым трудом придвинула диван к самому подоконнику, справа от него поставила журнальный столик, а телевизор переселила на новое место, слева от окна. Когда «Сергей» включал «ящик» (у него была плазменная панель с довольно большим экраном), Ира находила ту же программу и смотрела вместе с ним новости, приключенческие фильмы или так полюбившийся ей снукер.

Ей очень нравилось разговаривать с ним. И раньше, еще до появления в ее жизни мужчины в окне напротив, Ира, находясь дома одна, иногда принималась разговаривать вслух, сама с собой, но заметив это, тут же пугалась и замолкала, поскольку считала почему-то, что это – первый признак сумасшествия. Теперь все было по-другому – она же говорила не сама с собой, а с «Сергеем»! И потому, ничего не боясь и не стесняясь, Ирина пересказывала ему свои сны, делилась всем тем радостным или неприятным, что происходило у нее на работе, «обсуждала» с ним прочитанные книги или просмотренные «вместе» и фильмы и иногда даже спрашивала совета. Для последних случаев у нее появилось что-то вроде особой игры – она искала ответ, в поступках «Сергея». Вот, скажем, однажды она случайно увидела, как водитель Ринат, любовник рекламщицы Лели, потихоньку обнимается в укромном углу с секретаршей главного Танечкой. Ира несколько дней мучилась сомнениями – сказать об этом Леле или не говорить? Вроде бы они с ней приятельницы, почти подруги… Спросила совета у мужчины в окне напротив. Тот, как сидел за своим компьютером, так и не пошевелился, и Ирина расценила, что это значит «нет». И верно – что она будет лезть в чужие дела? Пусть ребята сами разбираются в своем любовном треугольнике. Зато когда Ира через пару дней поинтересовалась мнением «Сергея», пора ли уже ставить на «деушку» шипованную резину или подождать настоящих морозов, он тут же встал из-за компьютера, потянулся, прошелся по комнате. И Ира решила, что это, конечно же, знак, обозначающий «да». Значит, время «переобувать» машину на зиму уже пришло.