Притяжение страха - Анастасия Бароссо

Юлия, медленно, пускала вверх колечки дыма, пользуясь полным отсутствием ветра. Все предыдущие события, включая обнаружение на пляже красавца с темными кудрями, шок от Собора, чудаковатость «трамонтанцев», историю в Готическом квартале и особенно - знакомство с Карлосом, в конце концов, разбудили в Юлии, доселе не очень свойственное ей, любопытство. Возможно, просто потому, что теперь эти вещи вдруг показались непонятно, но логично связанными друг с другом…

Да, абсолютно точно, события и люди переплелись в ее сознании гораздо более тесно и изощренно, чем она могла себе представить. Это забавно. Припоминая поцелуи Антонио, она чувствует блаженную боль внизу живота и задается здравым вопросом, почему же она не трахнула его прямо там, на гостиничной кушетке… и от этого, еще сильнее жаждет увидеть дона Карлоса. Или хотя бы вспомнить его дыхание, от которого на ее шее шевелились тонкие завитки.

Понимая, что совершенно запуталась, Юлия курит третью сигарету подряд, по привычке начиная ругать себя. И с удивлением понимает, что она, кажется, счастлива.

Она, наверное, слишком много выкурила. И от этого, когда засыпала, опасность, о которой предупреждали чудные добряки, связалась у нее в голове не только с Антонио, но еще с Саградой, ожившим манекеном-вампиром и всезнающим взглядом серебряных глаз. Вспомнив о том, что сама же сегодня отправила его обладателя восвояси, Юлия поспешила уснуть. Чтобы не заплакать снова.

Ошеломленная и растревоженная не на шутку всей этой мистической ерундой, она засыпала, положив рядом с собой сделанные Карлосом фотографии. Так получилось, что единственным материальным предметом в череде расплывчатых грез, связывающим ее с реальностью, стал светло-голубой конверт из шершавой бумаги…

Глава 12

Она ела. Купалась. Снова ела, снова купалась. Смотрела на замок.

Любовалась веселой гармонией «игрушечных» круглых башенок. Соблазнялась видом сосен и извивами пологой дорожки, поднимающейся к вершине утеса, падала в долгий усыпляющий транс, представляя, как станет бродить по уютным закоулкам внутри крепостных стен… Но так и не смогла туда пойти. Слишком обидно. Слишком трудно было бы совершить прелестную прогулку теперь, одной, сознавая, что еще вчера у нее был реальный шанс отправиться туда с умопомрачительным мачо.

Юлия баловала себя весь день, упрямо и целенаправленно.

В отель она возвращалась с опустевшего пляжа, пошатываясь от долгих купаний и изнуряющих солнечных ванн. И, тем не менее, выбрала дальний путь, специально сделав крюк, чтобы на одной из крохотных площадей старого города накупить дорогих, потрясающе красивых и совершенно не нужных обновок.

Съела огромное кремово-розовое суфле в малюсенькой частной пекарне-кафе, запив его чашкой латте. Забила всю сумку засахаренными фруктами и конфетами ручной работы, приобретенными там же у красивой и строгой, как испанская королева, хозяйки. Она даже выпила в нижнем баре «Дон Жуана» порцию амаретто со льдом перед тем, как подняться в номер.

Она старалась. Хотела. Но у нее так и не получилось отвлечься от всех этих странных мыслей, мистических догадок и сумасшедших предположений, что со вчерашней ночи не давали спокойно наслаждаться прелестями дивного городка. Один плюс в этом, правда, был. Абсолютно некогда и незачем стало думать о прошлом. И это уже было неплохо. Но - и не совсем хорошо.

После теплого душа, после тупого лежания на кровати с пультом в руках перед выключенным телевизором, после фанатичного втирания в кожу тела, рук, ног, лица и шеи бесконечных душистых кремов, у нее начался такой душевный зуд, что она чуть не закричала что-то, перегнувшись через перила балкона, невозмутимым немцам, уже собравшимся внизу на «коктейль».

Она металась по номеру, как тигр по клетке, по сто раз перекладывая с места на место вещи, бестолково хватаясь то за книжку, то за бутылочки ликеров в холодильнике, то за голову. Раз десять она брала в руки голубой конверт и столько же раз откладывала его в сторону. В конце концов, стало понятно, что по любому нужно куда-то выйти, чтобы не сойти с ума.

Снова тащиться в «Трамонтану» казалось немыслимым - такая экзотика хороша лишь в малых количествах. Антонио, несмотря на письменное обещание, что-то не торопился ее разыскивать. Феерический роман с доном Карлосом она профукала окончательно и бесповоротно… Вспомнив об этом, она больно прикусила губу, чтобы не разреветься. Но зато она поняла, куда сейчас пойдет.

Торжественно пообещав себе по возвращении напиться амаретто до чертиков в глазах, Юлия стала деловито собираться.

Ее тянуло туда именно так, как злоумышленника тянет на место преступления. Она знала - там это все станет более реальным. Сидя там, ощущая ночной ветер, вдыхая острый аромат моря и видя равнодушно-насмешливые подмигивания волн, она сможет быстрее поверить в то, что это было на самом деле. В то, что он стоял там, спрятав красивые руки в карманы черных широких штанов. Стоял и смотрел на нее. И даже, в какой-то момент, почти дотронулся до ее кожи… Юлия зажмурилась и застонала мысленно от этого воспоминания.

Краситься на этот раз она, конечно, не стала. Причесываться особенно - тоже. Она даже не мыла голову после пляжа, и теперь белые слипшиеся пряди облепили голову волнистыми линиями, как спящие змеи в прическе медузы Горгоны. Она надела длинный сарафан из синей марлевки, который выполнял функцию пляжного костюма, сверху накинула маленькую джинсовку. Ветер сегодня был сильный, не в пример вчерашнему. А на море он, скорее всего, еще сильнее.

Безучастно пройдя мимо всепонимающего портье, немцев в баре, шумного народа, толпящегося у сувенирных лавок, она спустилась на темный пляж.

…Луна вновь была в облаках. Но они неслись по небу нескончаемым фронтом так быстро, ровно и постоянно, что казалось, они стоят на месте. И что это именно луна, одурев, несется куда-то, как золотой беспощадный бумеранг.

Юлия подходила к той самой лодке, невольно ускоряя шаги. Не терпелось восстановить ту ситуацию в мельчайших подробностях. Вызвать ее в памяти, как гипнотизер вызывает у сорокалетнего пациента ощущения давно забытого детства. Она так замечталась, так опьянела от одних только этих мыслей, что не заметила самого главного. А когда заметила - было уже почти поздно.

Черный силуэт с серебряными волосами…

Он был похож на одну из горгулий в Готическом квартале. Мощная сгорбленная спина, голова упала на руки, скрещенные на согнутых коленях. Сначала Юлия не поверила себе. А когда поверила - решила, что это судьба. Ну, или, как минимум - сатисфакция!