Выстрел издалека - Стивен Лезер

– Да это может быть кто угодно, агент Говард! – сказал он наконец.

– Конечно, качество оставляет желать лучшего. Снимок был сделан с очень большого расстояния, а мы потом его увеличили.

Уолш передал фотографию командиру отделения.

– Это что, борода? Или просто какая-то тень? – спросил Такер, вглядываясь в фотографию.

– Мы предполагаем, что борода, – ответил Говард.

– У Ловелла не было бороды, по крайней мере в то время, когда он здесь служил. Мы не разрешаем носить бороду и усы, это мешает надеть подводную маску. Но, разумеется, он мог отпустить ее уже после того, как оставил службу.

Сощурив глаза, Такер внимательно изучал фотографию.

– Одно я могу сказать вам абсолютно точно – в руках у этого человека винтовка системы «барретт». Только она имеет такой профиль.

– Вы правы. Как раз поэтому я и решил, что человек на снимке может быть Ловеллом, – пояснил Говард. – Я показывал фотографию другому снайперу. Тот узнал тип винтовки и подтвердил, что Ловелл предпочитал пользоваться именно ею.

Задумчиво потерев подбородок, агент продолжал:

– Возможно, вы сочтете мой вопрос странным… Ловелл ведь не взял при увольнении свою винтовку с собой?

Оба десантника рассмеялись.

– Крайне маловероятно, – ответил Уолш.

– Абсолютно исключено! – Такер высказался более категорично. – Но ведь ее можно купить у любого торговца оружием.

– Как вы полагаете, чем Ловелл может сейчас заниматься?

Мужчины пожали плечами.

– Может ли он зарабатывать, применяя свои уникальные способности?

– Вы имеете в виду – быть наемником? – уточнил Уолш.

– Ну да, что-то в этом роде.

Уолш и Такер поглядели друг на друга, потом перевели взгляд на Говарда.

– Вполне возможно, – наконец высказал свое мнение Уолш.

– А имеет ли для него значение, в кого стрелять?

– Пожалуй, нет, – сказал Уолш.

Говард посмотрел на Такера, ища подтверждения этим словам. Тот кивнул, соглашаясь. Говард помолчал, постукивая ручкой по записной книжке.

– Я хочу задать вам еще один вопрос. Это просто предположение, и я прошу вас не повторять его за пределами этого кабинета. Мне нужно точно знать, с кем я имею дело… на что способен этот Ловелл.

Оба офицера воззрились на Говарда, ожидая продолжения.

– Если бы ему достаточно заплатили, смог бы Рик Ловелл стрелять в президента?

– Господи! – прошептал Такер.

– Судя по тому, что я прочел в его личном деле, такая возможность существует, – ответил лейтенант.

– О да, – присоединился к этому мнению и Такер. – Наверняка!

В личном деле Рика Ловелла значился его последний адрес – жилой квартал на окраине Коронадо, в десяти минутах езды от учебного центра морских десантников. Сидя в машине, Говард изучил дело и внимательно рассмотрел фотографию Ловелла. У бывшего десантника было необычно узкое лицо, как будто при рождении какой-то великан сильно сжал ему голову. Говарда не удивило, что Ловелл уже не живет по этому адресу. На его стук дверь открыла девочка-подросток, расширенные зрачки и отсутствующий взгляд которой сразу выдавали пристрастие к наркотикам. Где-то в глубине дома играла пластинка «Благодарный мертвец». Прекрасно понимая, что девчонка не ответит ни на один его вопрос, если он представится агентом ФБР, Говард сунул служебное удостоверение обратно в карман и сказал ей, что он старый приятель Ловелла. Медленно, как бы нехотя, девочка объяснила ему, что тот уехал год назад, она сама с ним никогда не встречалась, а почта на его имя не приходит уже примерно полгода.

– А он не оставил своего нового адреса? – поинтересовался Говард.

Из глубины дома послышался чей-то голос, и рядом с девочкой появился бородатый мужчина. Взгляд у него тоже был отсутствующим, и ему явно не помешало бы помыться.

– Кто вы? – спросил он, высовываясь из-за плеча девочки.

– Это друг того парня, что жил здесь раньше, – пояснила она.

– Он похож на полицейского, – сказал мужчина.

– Мне это многие говорили! – рассмеялся Говард.

– В общем, тот парень здесь больше не живет. Вы поняли? – повторил мужчина и попытался закрыть дверь.

Говард успел поставить ногу в проем, и дверь осталась приоткрытой.

– А после него остались какие-нибудь вещи?

– Да нет, – ответила девчонка.

– Типично полицейский вопрос! – воскликнул мужчина, сильнее налегая на дверь.

– Если бы я и впрямь был полицейским, то появился бы здесь с ордером на обыск, – холодно пояснил Говард. – А если ты не перестанешь вести себя как осел, я позабочусь о том, чтобы полицейские действительно нанесли тебе визит.

Мужчина пробормотал что-то невнятное и ушел в дом. Говард улыбнулся девочке.

– А кто ваш домовладелец?

– Зачем вам это? – насторожилась она.

– Я просто подумал, что у него может быть новый адрес моего друга, вот и все.

На лбу у девочки пролегла глубокая складка. Казалось, она силилась понять услышанное. Затем она кивнула и ушла в дом. Говард ногой тихо открыл дверь пошире. Квартира представляла собой настоящую помойку – везде валялась мятая одежда, а на столе громоздилась грязная посуда и упаковки от еды, принесенной из ближайшей закусочной. Бородатый мужчина растянулся на диване. Он прикрыл глаза рукой, как бы защищаясь от того тусклого солнечного света, который с усилием пробивался через замызганные окна. Вскоре девочка вернулась с клочком бумаги, вырванным из записной книжки. На нем кое-как был нацарапан адрес домовладельца. Швырнув записку Говарду, она с шумом захлопнула дверь.

В личном деле Лу Шолена, напарника Ловелла, было написано, что он живет с родителями в том районе Коронадо, который лучше всего можно было описать как «квартал белых бедняков». Дом оказался одноэтажным строением, давно нуждавшимся в покраске. На подъездной дорожке стоял ржавый «форд»-пикап. Калитка была закрыта проволочной петлей. Неухоженную лужайку с выгоревшей кое-где травой окружал металлический забор. На нем висела большая табличка, на которой от руки было написано «Осторожно, злая собака». Подъехав к дому, Говард снизил скорость. На траве сидел огромный ротвейлер, уставившийся на него злобным взглядом. Говард решил не заходить сразу в дом, а сначала позвонить по номеру, обозначенному в личном деле. На звонок ответила старая женщина – как догадался Говард, мать Шолена. Она говорила с сильным немецким акцентом и с трудом подбирала слова. Говард представился старым другом ее сына, служившим с ним в ВМС, и сказал, что Лу приглашал его в гости, если ему случится быть в Коронадо. Женщина извиняющимся тоном объяснила, что сын работает в Калифорнии, и она не ожидает его домой еще по крайней мере три месяца. Говард спросил, нет ли у нее его адреса, но мать ответила, что ее сын не живет долго на одном месте. Когда она спросила его имя, Говард сделал вид, что не расслышал, и повесил трубку. У него оставалось еще несколько жетонов. Он позвонил бывшему домовладельцу Ловелла и не очень удивился, узнав, что тот не оставил своего нового адреса и ему.

Перед тем как сесть в самолет, направлявшийся в Феникс, Говард позвонил в свой офис и сообщил Келли то, что ему удалось узнать о Ловелле и Шолене. Она записала их фамилии и номера банковских счетов, куда ВМС переводили им ежемесячное жалованье. Говард сомневался, что бывшие десантники настолько глупы, чтобы продолжать пользоваться этими счетами, но проверка тем не менее не помешает. Просто поразительно, как часто именно подобные мелочи помогали в расследовании дела!

– А у меня плохие новости. Это касается кредитных карточек Питера Арнольда и Джастина Дэвиса, – сообщила Келли.

– И в чем же дело? – поинтересовался Говард.

– Я запросила список сделанных по ним покупок и только что получила ответ. Были приобретены золотые украшения, телевизоры, видеомагнитофоны, стереооборудование. В общем, совсем не то, что обычно покупают террористы.

– Но как раз то, что купил бы мальчишка, стащивший чью-то кредитную карточку, – высказал свое мнение Говард.

– Я тоже так подумала, – согласилась девушка. – Шелдон считает, что мы должны арестовать их как можно скорее.

– Согласен, – сказал Говард.

Сообщив, когда он предполагает появиться на работе, Говард повесил трубку, в душе проклиная Келли Армстронг. Казалось, стоит ему на минуту отлучиться из своего кабинета, как она тут же бежит советоваться с Джейком Шелдоном. Чертовски амбициозная бабенка! Говард не мог отделаться от ощущения, что она не остановится ни перед чем, лишь бы подняться хотя бы на одну ступеньку по служебной лестнице.

Он позвонил еще – на этот раз своей жене. Ее не было дома, поэтому он оставил на автоответчике сообщение о том, каким самолетом он прилетит, и попросил ее не беспокоиться – его машина ждет в аэропорту и он доберется домой сам.