Ключ от проклятой комнаты - Анна Князева

Дойдя до места, Лера вдруг вспомнила, что забыла на столе ключи от машины. Ностальгическая грусть испарилась, осталась только досада. Простившись с прошлым, она должна была возвратиться туда еще раз…

Она поднялась на шестой этаж, сунулась в коридор, но тут же отпрянула. В темноте у дверей конторы стоял мужчина и отмыкал ключом дверь. Он зашел в приемную, по-видимому, был знаком с системой сигнализации, потому что та не сработала.

Сняв сапоги, Лера прокралась к двери и прислушалась, готовая в любую минуту рвануть к лестнице. Из кабинета доносились шаги, было слышно, как отворяется шкаф и выдвигаются ящики. Она услышала, как мужчина прошел в кабинет. Минут через десять его шаги снова раздались в приемной. Сообразив, что он в любую минуту может выйти, Лера отступила назад.

Ближайшим укромным местом был туалет. Лера бросилась туда и, забежав, прикрыла дверь так, чтобы иметь обзор. Ожидать пришлось долго. Мужчина вышел лишь через тридцать минут, в темноте не сразу нащупал скважину замка и, решив посветить, достал телефон.

Табло мобильника вспыхнуло, и Лера испуганно зажала рукой рот. У двери конторы стоял Губанов. Замкнув дверь, он огляделся, потом направился к лестнице.

Лера надела сапоги, зашла в приемную за ключами, потом побрела к лифту. То, что сейчас случилось, было для нее самым ужасным ужасом. Она будто получила удар под дых.

Встречаясь с Дмитрием, Лера понимала, что в их отношениях присутствует элемент флирта.

«Но чтобы так обломаться…»

Лера понемногу приходила в себя. Было ясно, что теперь о чувствах говорить не приходится. Даже если между ними что-то и было – Губанов просто ее использовал. Оставалось выяснить, с какой целью.

Вернувшись домой, она долго не могла заснуть. В голове крутились фрагменты их встреч, диалогов. Всплывали отдельные слова, в которых, казалось, крылся особый смысл. После нескольких часов анализа и логических сопоставлений прорисовалась четкая картина происходящего.

Во-первых, Губанову есть что скрывать, и он запросто может оказаться убийцей. Во-вторых, он что-то искал в конторе, и только поэтому Лера оказалась в зоне его интересов.

Ей вспомнились многие мелочи, над которыми прежде она не задумывалась. Именно с его приходом в бизнес-центр начались убийства. Первое проникновение в контору было не случайностью, и уж тем более не рабочим визитом с целью оказания помощи. Теперь Лера была уверена: той ночью сигнализация сработала потому, что Губанов допустил ошибку, пытаясь открыть дверь. Проработав всего неделю, он мог не знать всех особенностей охранной системы.

Другое дело сегодня. На этот раз он раздобыл ключ и смог отключить сигнализацию.

Что-то еще крутилось в памяти, но Лере не удавалось вспомнить, что именно. Ведь мелькнула однажды мысль, и она сделала для себя заметку. Потом забыла…

«Списки! – вспомнила Лера. – Списки сотрудников, работающих по выходным».

За ними он якобы приходил в день гибели Шостока в его кабинет, что и зафиксировала камера. Эта ложь могла бы ему сойти с рук, если бы не одно обстоятельство. Лера помнила: она сама отнесла списки в отдел безопасности за два дня до случившегося. Следовательно, Губанов и здесь врал, и не кто иной, а именно он мог взять оружие Шостока. Тем более он хорошо знал, где лежит пистолет. После убийства Шостока Губанов стер отпечатки, объяснив это тем, что спасает от подозрения ее, Леру.

«Как ловко он влез в расследование, используя служебное положение и свое полицейское прошлое… Да и я хороша, сама поехала с ним к Федорову».

К утру ей стало окончательно ясно: у Дмитрия Губанова своя, отдельная роль в этой «пьесе». Теперь предстояло выяснить, в чем она заключается, а главное, в каком «акте» Лере следует обо всем сообщить Васину.

Глава 34

Промокшая до смерти

Как и в других офисных зданиях, трудовая жизнь «Пресни Палас» заканчивалась поздно, а начиналась рано. Утром после непродолжительной тишины на этажах появлялись уборщицы, отмыкали свои кладовые и, вооружившись ведрами, мыли, скребли и терли.

К восьми, максимум к девяти часам все было готово к плодотворной работе сотрудников. В вестибюле включали свет, то же происходило на этажах. Здание приобретало обжитой вид. Из кафе пахло едой и кофе.

Первая волна служащих появлялась часов в восемь. В то утро их было не больше пяти, тех, кто почти одновременно вошел в здание и направился к лифтам. Кнопку вызова нажал сонный мужчина в длинном пальто и шарфе. Двери разъехались, казалось, кабина поджидала желающих покататься.

Мужчина в длинном пальто явно что-то разглядывал. К нему приблизились остальные. Они стояли у входа в кабину и смотрели внутрь, где на полу в расслабленной позе сидела женщина, похожая на уборщицу. Могло показаться, что, выбившись из сил, она пристроилась отдохнуть. Трудиться ей пришлось много. Так много, что, вспотев, она промокла до нитки.

– Я ее знаю, – удивился хлипкий очкарик. – Это наш комендант.

– Да не-е-ет… У Филиции Павловны другая прическа.

Самой Филиции Павловне было наплевать, пусть даже ее не узнают. Она умерла несколько часов назад и, сидя в холодной луже, уже пошла синими пятнами.

– Похоже, она утонула, – сказал мужчина в длинном пальто.

На что ему ответили резонным вопросом:

– Как она могла утонуть в лифте?

Зайдя в бизнес-центр, Лера поняла: что-то случилось. В вестибюле царило необыкновенное для утренних часов оживление. Вместо того чтобы спешить на работу, служащие сбивались в кучи, самые активные из них периодически меняли места дислокации. Отовсюду слышался шелест встревоженных голосов.

– Что случилось? – Лера обратилась к знакомой. – Из-за чего переполох?

– Женщина утонула.

– Утонула? – Лера нерешительно улыбнулась, посчитав ее слова неудачной шуткой. – Где она могла утонуть?

– В лифте.

– Да ну вас… – Лера махнула рукой и прошла дальше.

По мере того как она приближалась к лифтам, ее сомнения понемногу рассеивались.

– Примите в сторону. Работают только два лифта, – полицейский отгонял зевак, словно гусей, широко расставив руки.

Лера поднялась на шестой этаж и, взглянув на часы, решила зайти к Маше.

Та была на месте.

– Слышала? – спросила она.

– Что?

– Шанта-Жорку утопили.

– В лифте? – Лера иронически взглянула на Машу. – Это какой-то бред.

– Утопили не знаю где, а нашли ее в лифте.

Лера опустила глаза и, когда снова посмотрела на Машу, тихо сказала:

– Похоже, это не кончится никогда. Не успели похоронить Шостока…

– Знаешь, – Маша решила поведать о собственных переживаниях, – я Филицию Павловну не любила, но даже мне ее жаль.

– Жаль? – Переведя взгляд на окно, Лера сказала бесстрастно: – Здесь слово «жаль» не подходит.

– Действительно. Извини. – Пытаясь исправить неловкость, Маша сообщила: – Кравченко восстановлен в должности, потому что вчера его укусила собака. – Она кивнула на мусорную корзину, в которой лежал испачканный кровью бинт. – Грязью заросли… Уборщица взяла два отгула.

– Кого-нибудь задержали? – спросила Лера.

– Никого. Собака-то Викина…

– Да нет… Я про убийство.

Маша ничего не успела ответить. В приемную вошел Васин, с ним – несколько человек, среди которых был Дмитрий Губанов.

– Где генеральный? – спросил следователь.

– Вечером будет, – ответила Маша. – В его кабинете ведут работы.

– Некстати.

Из кабинета выглянул Олег Иванович и поманил Машу рукой.

– Что? – спросила она.

– Зайди, посмотри.

Она прошла в кабинет, за ней отправились остальные.

Олег Иванович показал рукой на пол вблизи окна. Там в ковровом покрытии зияла квадратная дыра, размером пятьдесят на пятьдесят сантиметров.

– Ковролин новый? – спросил Губанов.

– Со старыми дырами, – ответил Олег Иванович. Он обернулся к Маше: – Дырка была?

– Нет, – сказала она.

– Ковролин ваш?

– Наш.

– Тогда откуда взялась дыра? Его только недавно сняли.

– Не знаю, – Маша присела и потрогала пальцем резаный край.

Из приемной послышались голоса, сопение и топот ног. В кабинет занесли стол.

– Куда ставить? – спросил грузчик.

– В приемной, – Олег Иванович махнул рукой. – Ковролин унесите обратно на склад. Потом разберемся.

– Кто ж теперь разберется? Филиция Павловна умерла, – Маша выпрямилась и растерянно оглядела присутствующих. – Я не знаю, откуда взялась дыра. Два дня назад ее точно не было. Я помню.

Все понемногу переместились в приемную. Лера исподволь наблюдала за Губановым. Насупившись, он смотрел под ноги. Когда задавали вопросы, отвечал коротко и неохотно.

В приемную зашел системный администратор.

– Ну? – подался к нему Губанов.

– На видеокамерах записей никаких нет. Вчера вечером рухнул сервер. Восстанавливаем.

– Ясно, – сухо сказал Дмитрий. – Что в компьютере у Филиции Павловны?