Разрешаю смотреть - Мария Манич

Или сюда? — Кусает мою ключицу, а потом прикусывает мою грудь прямо над кружевной полоской лифчика.

— А-й-й... — Запрокидываю голову, подставляя его жадному рту всю себя.

Находит мои губы и устраивает мне самый глубокий и неприличный поцелуй в моей жизни. Пожираем друг друга как ненормальные. Со стонами и моими вскриками.

— Хочу тебя, — констатирует очевидное Федя. — Замахался уже...

Я уже несколько минут без стеснения трусь о его выпирающую эрекцию. Его рука сдёргивает с плеча платье вместе с бретелькой лифчика, и мой сосок оказывается у него во рту, а рука протискивается между нами и ныряет в мои трусики.

— Ещё… ещё… — прошу не останавливаться его рот и руку.

Федя рычит, когда дергаю его за волосы и пытаюсь отыскать губы. Впивается в мои, продолжая двигать пальцами внутри меня. Не забывая давить на клитор, от чувствительности которого я опять вскрикиваю и начинаю извиваться, но он вдавливает меня собой в стену так, что даже при всём желании я не смогла бы вырваться.

Мой мозг отключается.

Несчастную кладовку заполняют пошлые мокрые звуки, мои стоны и тяжелое дыхание Немцева.

— Федечка… — рыдаю, сдавив его голову локтями.

— Потрогай меня, — просит со стоном, упорно продолжая вести меня к оргазму.

— Ммммм...— Выгибаюсь дугой, когда он меняет наклон пальцев и скорость их движения.

Протискиваюсь рукой между нашими телами. Сжимаю его через шорты и трусы, чувствуя пульсацию и каменную горячую длину. От этой твердости и внезапной неуправляемости Феди, с которой он принимается толкать бёдра навстречу моей руке, на меня снисходит оргазм...

Выкрикиваю его имя, зажмурившись и вжавшись носом в его шею.

Сдавив мою талию рукой до боли, Федя стонет и дрожит, издавая рваные проклятья…

Неожиданно дверь за его спиной распахивается настежь!

Я в ужасе вскрикиваю, пряча лицо на груди Феди, но не думаю что кого-то это обманет, учитывая цвет моих волос!

Федя наваливается на меня, продолжая стонать и содрогаться, и в этот момент мне хочется защитить его от всего! Потому что он кончает и не может предпринять ровным счетом ничего, в то время как за его спиной раздаётся полный возмущения голос его старшего брата:

— Федя, блять, твою мать!

Глава 13

— Блять… — сипит Федя мне в шею, прижимаясь к ней губами и опуская на пол мои ноги, — п-ф-ф-ф…

Его тело расслабляется, а нос шумно тянет воздух.

Слышу громкий хлопок двери и команду Макса с той стороны:

— Выходите отсюда. В темпе.

— Подожди… — бормочу Феде на ухо, потому что ноги меня не держат, а перед глазами пляшут розовые сердечки.

Кажется, мое либидо выбрало себе хозяина… Ох…

Руки Феди тут же смыкаются вокруг моей спины. Сдавив меня ими, оборачивается через плечо, прислушиваясь. Сердце напротив моего замедляет ритм. Ткнувшись лбом в каменную грудь, вдыхаю запах Фединой футболки, пытаясь вернуть ясность ума, но моя голова будто набита сладкой ватой.

После наших совместных оргазмов я каждый раз будто не в себе. Хлопаю глазами и смотрю на мир так, будто в первый раз всё вокруг вижу. И это чувство уязвимости. Оно каждый раз приходит следом, но уже через секунду моё лицо начинает пылать.

Знаю, что сейчас красная, как помидор, и в моём случае это не самое приятное зрелище.

Приподняв голову, смотрю на Федю. Мои губы припухли, их покалывает. Его — выглядят такими же. Он спокоен. Щёки у него покраснели, а в волосах дикий бардак. И он смотрит на меня с этой своей лёгкой улыбкой.

— Хочешь, скажу, что ты не виноват? — шепчу хрипло, убирая руку с его шеи и очерчивая пальцем три родинки в уголке его губ.

— Правда? — склоняет набок голову, глядя на меня с нежностью. — Возьмёшь вину на себя?

— Это я тебя заманила…

— Я прям весь сопротивлялся, — флегматично замечает он.

Тихо смеюсь, глядя в его расслабленное лицо. Сделав вдох, вдруг целует мою скулу, и я как на привязи тянусь за его губами...

— Чё вы там, застряли? — летит с обратной стороны двери.

Вздрагиваю и смотрю на Федю.

Разжимает руки, и я касаюсь голыми пятками пола. Отстранившись, вяло поправляю платье. На мою грудь будто стая комаров напала. Она вся в неровных красных пятнах.

Какого чёрта Максу нужно?

— Он что, собирается нас отчитывать? — Прикрываю плечи волосами, глядя на себя сверху вниз. — Мы уже давно совершеннолетние...

— Ага. — Хватается Федя за шорты. — Целых два года. Блять…

Смотрит на мокрое пятно в районе паха и, дёрнув с полки над моей головой побитое жизнью полотенце, зажимает его в кулаке, прикрывая ширинку и бормоча себе под нос:

— Вот дебил…

Хрюкнув от смеха, кусаю кулак.

Он кончил себе в шорты. Клянусь всем на свете, я такого никогда ещё не видела. Просто… у него стоит на мои веснушки и наверняка не только на них.

Глуповато улыбаюсь, а Федя хмуро и ворчливо спрашивает:

— Довольна, То-ня?

Кажется, прямо в это мгновение все другие парни перестают для меня существовать. Прямо в эту минуту они сливаются в какое-то бесформенное пятно. Их лица, голоса и слова...

— Оуи, Феодор, — вздыхаю я, поднимая на него глаза.

— Пошли. — Подхватывает мою ладонь своей и тащит из подсобки.

Макс стоит у противоположной стены, сложив руки на груди с крайне недовольным видом, чем напоминает мне своего старшего сына, которой похож на него как капля воды.

— Тыква, дуй отсюда, — тычет подбородком в сторону лестницы.

Чёрт. Я ведь просила так меня не называть. Всех до единого. Особенно при свидетелях мужского пола. Мне двадцать, а не шесть! Кошусь на Федю, надеясь