Буду покорной - Екатерина Орлова

начала объяснять концепцию. Когда я дошла до «тяжелой артиллерии» из аксессуаров БДСМ, внезапно мои трусики… завибрировали. Я бросила испуганный взгляд на Клима и резко замолчала. Вибрация была легкая, едва ощутимая, но по телу пронеслась мелкая дрожь. Ощущения были такие, словно кто-то нежно гладил самую чувствительную часть моего тела. Я опустила взгляд на стол, стеклянную столешницу которого медленно, круговыми движениями, указательным пальцем поглаживал Клим. Мои щеки вспыхнули. Уверена, я выглядела так, словно у меня резко повысилась температура. Я прищурилась, глядя на Романова, а он, как ни в чем ни бывало, вытащил из-под стола вторую руку и разжал кулак, демонстрируя мне маленький прямоугольник, зажатый в ладони. Пульт! Вот в чем заключалась его игра. Я попыталась сделать свой взгляд умоляющим, чтобы он не заставил меня опозориться перед Иветтой. Самое странное, что в тот момент мне даже не пришло в голову выйти на несколько минут и снять в туалете это белье. Но тогда бы Клим знал, что под юбкой ничего нет. Я была поймана в ловушку, из которой мне нужно было как-то выйти, сохранив чувство собственного достоинства.

Выпрямив спину, я продолжила презентацию. Иветта делала пометки в своем блокноте, внимательно следя за слайдами на экране и сменяющимися эскизами. А я… чеканила заученный текст, пока мои мысли путались.

– И вот такой еще снимок, где он жестко… м-м-м… – я снова посмотрела на своих слушателей. Брови Иветты практически спрятались под платиновой челкой, а глаза были широко распахнуты. Клим ухмылялся только уголками губ. Я хотела испепелить его взглядом, но эта опция, к сожалению, была мне недоступна. – Где они… в общем, вот такой эскиз, да. Можно изменить позу, чтобы не было так откровенно. – Я замешкалась, глядя на свой эскиз, где у ног Доминанта сидела саба, широко разведя ноги. Верхний нависал над ней, крепко сжимая в ладони плетку, а второй рукой схватив ее за волосы. Если прикрыть глаза и хорошенько покопаться у меня в голове, это был не эскиз, не проект. Фантазия. Чертова фантазия, которая не давала мне покоя все эти дни с момента, когда я заглянула в эту замочную скважину двери, ведущий в мир запретных удовольствий.

– Что здесь откровенного? – фыркнула Иветта, – Девушка в нижнем белье. Так и останется на фотографиях. В конце концов, можно нижнюю часть снимка сделать мутной, чтобы только угадывались очертания ее ног, и поместить туда рекламный слоган или логотип магазина. Что скажешь, Клим? – спросила она, повернувшись лицом к нему.

Клим продолжал внимательно сверлить меня взглядом. Мне казалось, он знал, что между моих ног уже образовался потоп, удовольствие нарастало. Мне хотелось крепко сжать бедра между собой или отобрать злосчастный пульт и немного прибавить мощности, чтобы довести свое удовольствие до грани. Я почувствовала, что Клим, словно прочитав мои мысли, усилил воздействие, вызвав новую волну дрожи. Мне уже было тяжело стоять на ногах. Да, мощность была не настолько сильная, чтобы начала стонать или забилась в оргазме, но все равно это отвлекало и сильно сбивало с толку.

– Прекрасная идея. Обе. И эскиз мне нравится, и идея с мутным низом снимка. Продолжай, Вероника.

– Хорошо, – выдохнула я громче, чем следовало.

Снова повернулась к эскизам, но тут режим переключился, и теперь вибрация словно накатывала волнами. Я даже посчитала, их было три. Первая самая слабая, вторая немного сильнее и короче по времени, а третья самая короткая, но после нее я ощущала, как будто мне в живот вставили металлическую спицу, которая пронизывала мои внутренности, выстреливая удовольствием в паху. У меня затряслись руки, это ощущалось как нескончаемая пытка. Мое дыхание стало тяжелее, а воздух вокруг словно раскалился. Было чертовски жарко, как в печке. И больно между ног, потому что это чертово отсроченное удовольствие сводило с ума. В какой-то момент моих сбивчивых комментариев к эскизам у меня закружилась голова, и я схватилась за доску, чтобы не упасть. Вибрация тут же прекратилась, Клим давал мне несколько минут перевести дух.

Я продолжила презентацию. Клитор пульсировал и болел. У меня было такое ощущение, словно между ног все опухло. Сделав несколько спасительных вдохов, я завершила презентацию на позитивной волне, практически пообещав, что после этой рекламной кампании все товары из соответствующего сегмента продадутся без проблем. Обычно я не даю гарантий, но легкость, которую приобрело мое тело после того, как стихла вибрация, толкала меня на необдуманные слова.

– Мне понравилась презентация. Клим, что скажешь? – спросила Иветта.

– Да, достойно. Даже лучше, чем я ожидал.

Он тер указательным пальцем нижнюю губу, привлекая к ней внимание. На столе завибрировал телефон Иветты. Она посмотрела на экран, а потом встала со своего места.

– Простите, я на минутку, – сказала и быстро вышла из конференц-зала.

И в тот самый момент, когда за ней закрылась дверь, а я подошла к столу, вибрация возобновилась с новой силой. Но теперь это не ощущалось, как нежное поглаживание. Каждая из волн была мощнее предыдущей. Мне пришлось упереться ладонями в столешницу, чтобы дрожащие ноги не подкосились. Я крепко зажмурилась, не способная элементарно открыть рот и попросить Клима прекратить пытку.

– Смотри на меня, Ника, – прозвучал жесткий, но тихий приказ. Я качнула головой, и вибрация усилилась. – На меня, – грубее произнес Клим, и я подняла голову.

В глазах стояли непролитые слезы. Он играл со мной, удерживая на грани. Переключал режимы, то усиливая, то ослабляя удовольствие. Мое дыхание сбилось, и теперь я хватала ртом воздух короткими, поверхностными глотками. Глаза Клима потемнели. Он внимательно всматривался в мое лицо, опускал взгляд на часто вздымающуюся грудь и ниже к пальцам, которые бестолково царапали стеклянную столешницу.

–Хочешь кончить? – тихо спросил он.

– Да, – выдохнула я.

– Тогда попроси, как следует.

Я не понимала, чего он хотел от меня. Мысли окончательно спутались в безобразный клубок, из которого их, казалось, уже никогда не выпутать. Голова шла кругом, комната как будто вращалась. Я вспотела. Дрожала. И, кажется, даже стонала. Войди сейчас Иветта, она бы застала очень странную картину, которая наверняка сбила бы ее с толку.

– Пожалуйста… – простонала я хрипло.

– Пожалуйста – кто? – строго спросил он.

– Пожалуйста, Мастер, – вырвалось из меня нервно.

Клим улыбнулся, не сводя с меня глаз, а потом еще немного прибавил