Траарнская Академия Магии (СИ) - Самсонова Наталья

— Про мрак особенно актуально, — вздохнула Лесса.

И Иржин согласно кивнула: магистр скрывал свое лицо и тело. Леди дер Томна уже успела «угоститься» целым ворохом гадких сплетен. Магистру приписывали и жуткие преступления, и отвратную внешность. Ни одного мало-мальски пристойного слуха про него не ходило. Это при том, что лично Ирж менталист показался самым достойным преподавателем.

«Ректора в расчет не берем — он еще ни одной лекции не прочитал», — справедливости ради отметила леди дер Томна.

— Так, — Алиана остановилась у центральной лестницы, — если я не ошибаюсь, то нам на третий этаж, кабинет двести восемнадцать.

— Кабинет двести восемнадцать на втором этаже, — флегматично ответила Иржин. — Второй этаж — номера начинаются на двести, третий — на триста и так далее. Чтобы студенты не путались.

Найдя на втором этаже кабинет двести восемнадцать, подруги прочитали табличку «Менталистика не здесь. Входить и спрашивать где — запрещено. Даже если вежливо — все равно нельзя. Даже если скоро звонок — открытие двери карается снятыми баллами».

— Однако, — почесала кончик носа Тродваг. — Попробуем поискать на третьем?

— У нас еще двадцать минут до об… — Вик увидела магистра Эриера и, не произнося лишних слов, рванула ему наперерез.

Переглянувшись, подруги последовали за ней, но не торопясь, сдержанно и с достоинством. На тот случай, если придется бежать в обратную сторону.

Но не пришлось — магистр что-то проворчал, и Вик вприпрыжку помчалась обратно.

— Четвертый этаж, от лестницы направо, кабинет номер четыреста тридцать один, — отрапортовала она.

Алиана же нехорошо прищурилась и процедила:

— Ясно. Что ж, сочтемся.

А леди дер Томна лишний раз убедилась, что внутри академии интриги плетутся со страшной силой.

«Понять бы только, ради чего все эти трепыхания, — мрачно подумала Ирж. — Разве им станет легче, если нам станет хуже?!»

Кабинет менталистики оказался просторным, светлым и лишенным каких-либо ярких деталей. Однообразная цветовая гамма стен (светло-бежевый), парт (чуть темнее стен), скамеек (в тон партам). Пол по цвету зеркалил потолок, который в свою очередь зеркалил насыщенно-бежевые оконные рамы и дверные откосы.

— Я как будто внутри молочной шоколадки, — восхитилась Вик. — Мы первые, что ли?

— Я думаю, что остальные все же решили зайти за тетрадями, — пожала плечами Алиана. — Предлагаю сесть у окна. Я выбираю переднюю парту.

— Я сяду за тобой, — кивнула Ирж.

Дальнейшее было ожидаемо — Вик предпочла сесть рядом с леди дер Орнат, а Тродваг устроилась за одной партой с Иржин.

— Будет лучше, если листы мы создадим заранее, — уверенно сказала Алиана. — Если магистр скажет: «Никакой магии», придется объясняться.

Ирж согласно кивнула и щелкнула пальцами. На столе оказалась кипа не скрепленных между собой пергаментов и два черно-графитных карандаша. Алиана же создала две полноценные тетради и две перьевые ручки.

Постепенно класс заполнялся студентами. Все четыре первых курса собрались в одной аудитории. И, как со смешком отметила Иржин, остальные студенты предпочитали кучковаться по факультетам. Из-за этого их четверка смотрелась довольно странно.

«Хорошо, что у нас нет отличительных знаков. Форма и форма», — подумала леди дер Томна.

— Добрый день, студенты. — У кафедры материализовался магистр Эриер.

— Здравствуйте, магистр, — хором отозвались студенты.

— Писчие принадлежности вам сегодня не понадобятся, — хрипловато произнес преподаватель. — Я должен знать, кто и на что способен, а потому сегодня вы попробуете погрузиться в глубины собственного разума.

— Неужели медитация?! — неверяще вопросила Вик.

— Нет, студентка Натив, до медитации надо дорасти, — рассмеялся магистр. — Я дам вам толчок и посмотрю, как вы им воспользуетесь.

Иржин уважительно посмотрела на менталиста — отправить в глубины разума всех поступивших первокурсников под силу не каждому. Да вообще никому не под силу! Их же около восьмидесяти душ!

«Чудовищная мощь, — отметила про себя леди дер Томна. — Может, он скрывает лицо, чтобы иметь возможность спокойно ходить по улицам Траарна? Чтобы при его приближении улицы не пустели, а лавки не закрывались».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ирж хотела обсудить это с Тродваг, но, повернувшись к подруге, обнаружила пустое место. Резко развернувшись обратно, она увидела, что аудитория обезлюдела.

«В глубине моего разума скрывается кабинет менталистики?!» — неприятно поразилась Иржин, и в этот же момент пространство вокруг нее взорвалось яркими красками.

Коротко ругнувшись, Иржин протерла глаза, пытаясь вернуть себе нормальное зрение. Безумный калейдоскоп ослепил ее. В другой ситуации она бы запаниковала, но чего бояться внутри себя?

«Себя», — ошеломленно подумала Ирж и осторожно отступила на пару шагов назад.

Посреди комнаты, убранство которой было не рассмотреть — стены были будто подернуты туманом, — прямо на полу, посреди осколков от разбитой посуды, сидела она сама. Иржин-из-подсознания, в роскошном платье, со спутанными (но чистыми, спасибо хоть за это) волосами, была обладательницей абсолютно безумного взгляда.

«У меня всю жизнь ненормально яркие глаза, то синие, то зеленовато-синие, — отрешенно подумала Ирж, — но у этого варианта меня они не просто яркие, они горят каким-то безумным огнем. Что это? Наваждение магистра или я и правда потихоньку схожу с ума?»

Леди дер Томна мало знала о такой сложной, заумной магической науке, как менталистика. Наставник Версар учил защищаться от атак, но его наука годилась лишь для боя — не смотреть в глаза, постоянно перемещаться и не позволять менталисту прикоснуться к обнаженной коже. И, опять же, Ирж не смотрела в глаза магистру и не позволяла ему касаться себя.

«Но сидела почти без движения», — честно признала она, продолжая рассматривать вторую себя. Вторая Иржин как раз начала забавляться с осколками — она выстраивала их в подобие башенки, чтобы после разрушить.

«Спросить бы, что со мной. Но ведь это самое распространенное правило — не говорить с собой внутри себя», — посетовала Ирж.

— Я дома, — в странной комнате зазвучал ненавистный Иржин голос.

«Вот же поплавец! Во мне поселился Гидеон Валдерис?!» — оторопела настоящая Иржин и с нескрываемым любопытством пронаблюдала, как безумная леди дер Томна (или леди Валдерис?) плавно поднимается на ноги. Как исчезают осколки и как спутанные волосы превращаются в изысканную прическу.

— Ты вновь неправильно меня встречаешь, — со странным выражением произнес Валдерис, и в его руках появилась плеть. — Ты должна стоять на коленях, моя леди.

Пространство вокруг Ирж начало подрагивать, наливаться цветом, но прежде, чем мир разлетелся на осколки, она увидела, как на лице ее двойника вспухает кровавая полоса.

«Убить ублюдка», — пронеслось в голове леди дер Томна.

В бешенстве она огляделась, ожидая увидеть продолжение сцены. Но вокруг был лишь сине-зеленый туман. Или густой дым? Странная летучая субстанция совершенно не мешала дышать и закручивалась смешными спиральками. Иногда в центре этих спиралек появлялись часы, у которых стрелки крутились в разные стороны. Или яйца, которые стремительно становились птенцами, затем взрослыми птицами, а после превращались в запеченные куриные тушки.

«Я голодная, что ли?» — развеселилась Ирж и кончиком пальца ткнула в одну из таких куриц. Тушка немедленно осыпалась пеплом, который еще в полете превратился в несколько незабудок.

Внезапно на Иржин навалилось осознание: это все она. Та Безумная Иржин, это ее представление о жизни с Валдерисом. Она ведь думала об этом, допускала мысль принести себя в жертву своей семье. Спасибо, что мама с папой нашли правильные слова и не дали ей совершить ошибку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А вот этот клубящийся дым-туман — это ее магия.

— Ты мне нравишься, — доверительно шепнула Ирж и коснулась обезумевшего будильника, который отсчитывал бегущее назад время. — У меня глаза такого же цвета. Мы хорошо поладим — я научусь правильно с тобой обращаться и буду тебя любить, а ты будешь любить меня и защищать.