Мой (не)ласковый зверь - Эми Мун

Альфа сел на водительское сидение. Пощелкал кнопками и выдал ожидаемое:

– Пристегнитесь. Мозги аэролета взломаны.

Фокс отреагировала совершенно буднично: лязгнула застежкой ремня и выдала неизменно-саркастичное:

– А ты рассчитывал на другое?

Я же снова промолчала. Но в животе скрутился неприятный свинцовый комок. Что мешает Марии направить аэролет в ближайшее здание? Это ведь она спустила нас сюда… Берг коротко рассказал, что машина просто перестала слушаться.

Но если подумать логически… Хотя какая, к черту, тут может быть логика? Мы плясали под дудку сумасшедшей бабенки, и я вообще не понимала, почему она нас не прибила в самом начале.

Машина дрогнула и мягко оторвалась от земли. Пролетела несколько десятков футов вверх и опять замерла.

Я испуганно охнула. Но альфа оставался спокоен. И Фокс тоже – женщина со скучающим видом рассматривала унылый заводской пейзаж. Кругом разруха и пыль, сплошная серость. Безнадега.

Аэролет вновь ожил. И снова наш полет составлял лишь несколько метров – до ближайшей мало-мальски пригодной площадки. А потом снова.

Берг осторожничал. Пробирался вверх максимально безопасным путем, чтобы падение не стало фатальным, но…

Всегда есть это чертово «но».

Перед выходом, маячившим над головой, распахнулся огромный провал. Завод был как будто разрублен или взорван – так делали, чтобы удержать пленников внутри. Перебраться можно лишь по воздуху.

– Давай уже не томи, – подала голос Фокс. – Мы или разобьёмся к чертовой матери, или выживем.

Мой уничтожающий взгляд женщина, естественно, проигнорировала.

– Берг, – позвала я альфу, но ответа не получила.

Зато увидела, как крепко он стиснул руль. А потом нажал на педаль газа.

Машина подпрыгнула вверх и рванула к выходу.

* * *

Ни хрена хорошего он не ждал. Да вообще, сидя в этой консервной банке, ничего не ждал.

Мария опять «играла». Давным-давно люди в ее сознании превратились в кукол.

С ними можно делать что угодно: наряжать, заботиться или… ломать.

Уродовать, как того несчастного, чей труп сейчас лежал на дне грязного канала. Михаил примерно знал, какие эксперименты ставили над мужчиной, и ни один из них не был приятным.

Сам по себе переход – болезненная штука, а если он проходит с нарушениями, то от человеческого сознания остается жуткая имитация. Примерно, как у Марии. Жаль что они с отцом заметили это слишком поздно.

Или не хотели замечать.

Когда кого-то любишь, неважно – друг это, родственник или вторая половина, – закрываешь глаза на многие вещи.

А если к тому же мечтаешь оправдаться перед самим собой, то становишься совершенно слепым.

Мария это знала. В ее перекрученном и вывернутом наизнанку сознании на редкость мирно существовали отсутствие логики и эмпатия. Она понимала чувства других и любила их использовать.

А десять лет, проведенных в закрытой клинике, научили обходить любые психологические ловушки.

Поэтому иногда ему приходилось отступать. Делать вид, что он беспомощен и готов принять ситуацию. Как сейчас.

Михаил мягко потянул руль на себя, проверяя управление машиной. Пока еще работало. До площадки оставалось несколько десятков футов, но в любой момент двигатели могли выключиться.

Или нет.

Аэролет мягко приземлился на площадку и двинулся дальше.

Позади раздался облегченный вздох – Ника всегда выражала эмоции ярко, а вот он не разделял оптимизма пары.

Нутром чуял: Мария им что-то приготовила. Ни хрена не радостное. А насколько отвратительное – он понял спустя жалких полчаса.

– Мих, куда ты нас тащишь? – первой подала голос Аманда.

– Сам бы хотел знать. Аэролет только что переключился на внешнее управление.

Фокс забористо выругалась, а от Ники опять потянуло напряжением и паникой. Зверь внутри тихонько заскулил. Требовал утешить пару немедленно, но приходилось вести себя смирно. Пока игра идет по правилам Марии. Пусть наслаждается.

Машина, до этого летевшая прямым курсом к центральному входу «Бионики», спланировала вниз. Острые шпили его детища исчезли, и перед лобовым стеклом скоро показались глухие бетонные стены складов и технических залов, где проходили демонстрации.

Аэролет приземлился на одну из площадок и распахнул двери.

Михаила не надо было просить дважды, как и Нику с Амандой. Девушки очутились снаружи быстрее, чем он.

– Мих, смотри, – Аманда кивком указала на стену рядом с входом.

– Вот же твою мать…

Пятна, на которые он изначально не обратил внимания, оказались брызгами крови.

– Чую, нас ждет веселье, – протянула Аманда. – А оружие почти на нуле…

– У меня вообще нет оружия, – пробурчала Ника.

И неосознанно отступила ему за спину. Так, как сделала это однажды год назад. Зверь мигом приободрился. Девочка искала защиты, значит, все еще верила. И на этот раз он постарается ее не подвести!

– Держись рядом, Ни-ка, – обронил в полголоса. – И постарайся не смотреть по сторонам.

* * *

Не смотреть по сторонам. Ни в коем случае не смотреть!

О, если бы я могла, использовала бы повязку на глаза, но приходилось внимательно следить, чтобы не вступить в очередную лужу крови.

«Правда, я чуть-чуть оживила интерьер, Ми-и-иша? Тебе нравится?»

Мерзкий голос бился в ушах, как будто его поставили на реплей. Я очень хотела от него избавиться, а заодно стереть из памяти вид разорванных и выпотрошенных тел, которые лежали буквально на каждом шагу.

И если Мария хотела нас запугать – что ж, у нее это прекрасно получилось. Я боялась. Даже в Черном Секторе не доводилось наблюдать настолько мерзких картин, а ведь там обитали конченые ублюдки.

– Мих, – донесся сдавленный шепот Аманды. – Тот в медкапсуле еще живой…

Альфа раздраженно выдохнул.

– Аманда…

– Спасибо, Мих, – перебила его женщина и повернула в сторону. – Твою мать!

А через секунду раздался противный «хлоп». К горлу подкатила тошнота, хотя я не видела, что там произошло. Зато очень хорошо слышала.

В поле зрения возникли обтрепанные полусапожки Фокс

– …Валим нахрен отсюда, – сдавленно пробормотала женщина.

Берг промолчал. Но я чувствовала, что он нервничает все сильнее.

Как оказалось – не зря. Едва мы приблизились к двери, как она распахнулась, и звериный рев наполнил помещение.

Опять оборотни! Точно такие, как был в Черном Секторе!

– Вот блядь, – прошипел Берг, а в следующее мгновение я уже смотрела, как он трансформируется в зверя.

– Держи! – Фокс сунула мне в руки пистолет. – В укрытие, быстро! – И пихнула меня к ближайшим ящикам.

…Следующие несколько часов я запомнила очень смутно. Берг так и не стал обратно человеком – он пробивал нам путь в образе зверя, а я очень старалась целиться точнее, а не спускать заряды вхолостую.

Сознание как будто заморозилось. Время текло медленно-медленно и вместе с тем слишком быстро. Мы куда-то бежали, постоянно от кого-то отбивались. Берг вел